Экзорцист 1-5 - Павел Николаевич Корнев

поджала губы Сола, моментально взяла себя в руки и продолжила: — Как вы уже знаете, Эдвард Второй в ультимативной форме потребовал от нас пропустить его войска к границам Озерков и Марны. Безвременная кончина посла Ланса позволила отсрочить принятие принципиального решения, но дольше отмалчиваться уже не получится. Поэтому стоит обсудить, какое решение мы вынесем на большой совет. Маркиз Юдолис, ваше мнение.

— С точки зрения военной науки переброску войск по нашей территории можно расценивать как приоритетную задачу военачальников Ланса, — уставившись в стол, начал бубнить маркиз. — В этом случае они смогут вторгнуться в Озерки не с полуночи, переправляясь через полноводную сейчас Малицу и рискуя завязнуть в болотах, а напрямую…

— Это все понятно! — перебила военачальника герцогиня. — Что будет, если мы ответим отказом?

— Армия Ланса сейчас сильна как никогда, — выдавил из себя маркиз, которому жутко не хотелось признавать полное превосходство полуночного соседа. — Придется созывать ополчение…

— И? — повысила голос Сола. — Что тогда?

— Продержимся два месяца, не больше, — как в прорубь сиганув, признал очевидное маркиз Юдолис. — А если за нас возьмутся Высшие, то и того меньше.

— Понятно. Какое мнение по этому вопросу сложилось у казначейства?

— Война с Лансом будет иметь катастрофические последствия. Даже в случае победы придется значительно поднять сборы и пошлины, чтобы покрыть военные расходы. В то время как за провод войск можно назначить плату. В разумных пределах, конечно. И…

— Ясно, — перебила казначея герцогиня. — Маркиз Витайла?

— Мы можем рассчитывать на военную помощь Озерков, но вряд ли она будет существенной, — задумался первый советник. — Тирош скорее выступит на стороне Ланса, Алезия предпочтет выждать время.

— Дождутся они, на свою голову, — буркнула Сола. — Что Марна?

— Есть сведения, — сцепил пальцы глава тайной жандармерии, — что Стильг перекидывает туда свои войска.

— Ну, нам от этого ни холодно ни жарко, — усмехнулся казначей.

— Маркиз, — вновь обратилась к Витайле герцогиня, — что вы скажете по поводу большого совета?

— Что касается большого совета, мы в состоянии провести любое решение, — бодро отрапортовал первый советник. — Крупные землевладельцы будут настроены против войны, но остальное дворянство такой шанс упускать не захочет. Та же ситуация и с цехами. Кто-то будет «за», кого-то отпугнет введение новых налогов. Поэтому все зависит от того, в каком свете мы представим наше решение. Одним говорим, что союз с Лансом — это мир, и они на нашей стороне. Другим говорим, что под шумок можно будет пощипать Марну и Озерки или там Тирош, и дело сделано. Ну, или наоборот. Как будет угодно вашему высочеству.

— Землевладельцам можно посулить заказы на провизию со стороны Ланса, — предложил казначей.

— Именно, — сразу же ухватился за эту идею маркиз Витайла. — Или намекнуть, что провиант будет реквизирован…

— Тут какой еще момент есть, — взял слово начальник тайной жандармерии. — С чего вообще Ланс решил пойти на переговоры? Он ведь может смять нас, как смял Норвейм, Нильмару и Пакт. Так почему не война?

— Они опасаются распылить силы, — буркнул маркиз Юдолис. — Воевать на два фронта…

— Да перестаньте, — поморщился Юрис Кястайла. — Надо будет, они и на три фронта сдюжат. Нет, Лансу нужно выиграть время. Совершить рывок, которого от них никто не ждет.

— Стильг? — уставился на висевшую на стене карту военачальник. — Они собираются вторгнуться в Стильг до наступления холодов!

— Я так полагаю, — пожал плечами Кястайла. — Остается только решить, на чьей мы стороне…

— Ричард? — решила узнать мнение капитана Гвардии Сола.

— К бесам Ланс, — глядя ей в глаза, заявил рыцарь. — Если уж продаваться, так Стильгу.

— От них предложений не поступало, — едва сдерживая бешенство, процедила герцогиня.

— Ваше высочество, господа, — поднялся из-за стола преподобный Шумлиус, — мы с вами сейчас вообще не о том говорим! Нам не о мирском тлене, а о душе надо подумать! Новый монарх Ланса начал гонения на истинную веру и привечает еретиков! Там закрываются молельные дома и монастыри Всех Святых. Прикрываясь искаженным учением преподобного Конрада Кимрского, устраиваются капища Единения, в которые силой — силой, я повторяю! — сгоняют жителей. А их Высшие — это ли не бесы во плоти? Извечная Тьма распахнула свои черные крылья над Лансом! И тревожные слухи уже расходятся среди моей паствы. — Герцогиня вопросительно глянула на Кястайлу, тот кивнул. — Как духовный пастырь, я не могу поддержать и не поддержу союз с еретиками, более того, я не смогу успокоить верующих, когда они узнают о принятом решении.

— И если мы пустим армию Ланса, в дальнейшем они смогут диктовать нам свои условия, — уныло заметил маркиз Юдолис. — Не хотелось бы оказаться между Лансом и Стильгом, словно между молотом и наковальней.

— Господа, благодарю вас за высказанные мнения, — поднялась из-за стола герцогиня, давая понять, что собрание окончено. — Завтра я встречусь с послом, и уже после этого мы заново взвесим все «за» и «против».

Преподобный хотел продолжить обсуждение, но у него на плече тотчас повис первый советник, и вельможи поспешили покинуть каминный зал. Герцогиня явно пребывала в скверном расположении духа, и мозолить ей глаза дольше необходимого никто не собирался.

— Ну и что за балаган ты тут устроил? — тихонько поинтересовалась Сола у безмятежно ворошившего кочергой угли капитана Гвардии. — Что за спектакль, я тебя спрашиваю?!

— Спектакль и есть, — усмехнулся Белый рыцарь. — Все, кроме преподобного, прекрасно понимают, что у нас нет иного выхода, кроме как пойти на уступки Лансу.

— Тогда зачем?

— Я озвучил свое негативное отношение к этому союзу, — пожал плечами Ричард и кинул кочергу на пол. — Не будем переходить на личности, но кое-кто постарается заставить меня пойти на попятную.

— А их оппоненты через тебя попытаются оказать влияние на принимаемое решение? — сообразила немного успокоившаяся Сола.

— Всем известно, что мое мнение имеет определенный вес, — тихонько рассмеялся рыцарь. — И возможно, этот нехитрый финт даст нам немного времени на принятие взвешенного решения.

— Ты полагаешь?

— Несомненно. Никогда не мешает подумать, прежде чем сделать какую-нибудь глупость.

— Подумать о чем?

— Как мы будем из всего этого выпутываться, ваше высочество, — распахивая дверь перед герцогиней, согнал с лица невеселую улыбку капитан.

IV

Когда пребывавший не в самом лучшем расположении духа после совета Ричард Йорк пришел в караулку, там его уже дожидался Локис, сменивший белый гвардейский мундир на потертый камзол.

— Удачно? — не особо рассчитывая на какой-либо результат, поинтересовался рыцарь и рассеянно кивнул гвардейцам, вскочившим при его появлении на ноги.

— Разумеется. — Локис подошел к нему и достал из кармана какой-то холщовый мешочек. — Вот…

— Выйдем, — пропустив лейтенанта в коридор, Ричард прикрыл за собой дверь и вытряхнул из мешочка на ладонь массивную золотую печатку. Потемневшую от времени, поцарапанную, с изрядно расплывшимися очертаниями поднявшего коня