Благословение Небожителей 1-5 тома - Мосян Тунсю

Се Лянь, сам не понимая, что говорит, нёс полнейшую чепуху:

— Ха-ха-ха-ха! Вы меня раскусили! На самом деле это не передача магических сил! Ха-ха-ха-ха…

Видя его состояние, Хуа Чэн, тоже посмеявшись, взял лицо Се Ляня в свои ладони, наклонился, поцеловал принца в лоб и с нежностью произнёс:

— Не волнуйся так, гэгэ.

Весьма странно, но в следующий миг Се Лянь сразу же пришёл в себя. Притворяясь, что не слышит голосов Фэн Синя и Му Цина, он сделался серьёзным и вновь сложил ручную печать. Каменное изваяние немедля вскинуло меч и принялось рубить с удвоенной силой, будто её тело переполняла бесконечная мощь!

Цюань Ичжэнь восхитился:

— Так значит, он и правда заимствовал магические силы! Неожиданно стал сильнее…

Му Цин, не выдержав, бросил:

— Просто чушь собачья, что бы ты понимал… — но потом, должно быть, вспомнил, что не стоит посвящать в такие подробности Цюань Ичжэня, этого большого ребёнка, и решил исправиться: — Да, именно, он заимствовал магические силы.

Пэй Мин, посмеиваясь, поддержал:

— Всё верно, но только не вздумай таким же образом заимствовать магические силы у кого попало, понял, Циин?

Фэн Синь:

— О чём вы вообще говорите? Вы что, правда в это поверили?

Несмотря на возросшую мощь каменного исполина, озлобленные духи закрыли собой всё небо, и не существовало такой сети, которая могла бы изловить их всех до одного. Разглядев серьёзного противника в лице статуи, твари разлетелись прочь, подобно огромным головастикам с человеческими лицами, за которыми по воздуху тянулись длинные хвосты.

Се Лянь скомандовал:

— В погоню!

Статуя не успела сделать и пары шагов, когда случилось непредвиденное — она вдруг завалилась набок!

Но ведь только что принц запасся достаточным количеством магических сил и находился в отличной форме, никаких причин для подобного происшествия не существовало. Когда изваяние накренилось, Се Лянь посмотрел вниз и наконец заметил, что в каменной ноге зияет дыра, из которой сыплются крупные куски скалы. А следом со статуи легко слетела белая фигура, которая приземлилась и тут же исчезла бесследно, так что ни боги, ни демоны её не заметили. Это был Безликий Бай.

Он голыми руками повредил статуе ногу!

Исполин с грохотом рухнул. К счастью, всех, кто находился в тот момент на статуе, нельзя было назвать простыми людьми, реакция у них оказалась молниеносной — божества заблаговременно спрыгнули с падающего изваяния и благополучно оказались на земле.

Се Лянь и Хуа Чэн вернулись на грудь статуи, и принц попытался вновь отдать ей приказ подняться, что оказалось крайне сложной задачей. Огромный каменный бог лежал, словно поверженный, и медленно пытался хотя бы перевернуться.

Му Цин, всё ещё внутри духовного меча, спросил:

— Ну как? Он ещё сможет встать?

— Опять закончились магические силы? — вмешался Цюань Ичжэнь. — Не позаимствовать ли ещё немного?

— Нет, — ответил ему Пэй Мин. — На этот раз дело не в магических силах. И вообще, Циин, не стоит больше вспоминать о том случае, забудь навсегда.

— Боюсь, повреждение слишком серьёзное… Статуе тяжело подняться снова, — заключил Се Лянь.

Камень не чувствовал боль, но если заставить статую продолжить сражение, возможно, повреждённая нога просто отвалится целиком. И дело не только в том, что тогда её мощь значительно снизится. Ведь это произведение, к созданию которого Хуа Чэн приложил наибольшее старание и которое более всего понравилось Се Ляню. Если оно окажется изуродованным, это принесёт принцу настоящую сердечную боль. Тем временем озлобленные духи, поняв, что враг повержен, возрадовались и бешено закружились над ними, а затем разлетелись в стороны. Неужели оставалось только смотреть, как эти твари вырвутся на свободу?

Взглянув на Хуа Чэна, Се Лянь понял, что тот явно разгневан на Безликого Бая.

Спустя какое-то время Хуа Чэн позвал:

— Гэгэ…

Но неожиданно сгустившиеся чёрные тучи пронзило ослепительным лучом белого света, будто над облачным слоем загорелось что-то очень яркое.

Затем сверкнул второй луч, третий, четвёртый…

Бесчисленные белые лучи пронзали тучи, пронзали озлобленных духов!

И это духовное сияние, сильное настолько, что почти слепило глаза, было знакомо всем присутствующим божествам. Оно практически постоянно наполняло собой и озаряло всю столицу бессмертных.

Цзюнь У спустился с небес!

Рассуждения белого владыки о загадочном советнике

Когда слепящий свет падал на духов, они исчезали, испаряясь целыми пластами облаков, сквозь которые с мечом в руке прорвался Бог Войны в белом доспехе!

Это действительно был Цзюнь У. Остальные, словно увидев родного отца, все как один воскликнули:

— А! Владыка! — и едва не залились горькими слезами.

Ступая по свету и ветру, Цзюнь У неторопливо опустился на землю и произнёс:

— Не стоит предаваться панике. С вами всё в порядке?

Четверо Богов Войны, обернувшиеся огромным духовным мечом, торопливо приняли истинную форму.

— Владыка, вы ведь остались на страже столицы бессмертных? — спросил Пэй Мин. — Зачем вы лично спустились сюда?

— Повелительница Дождя по духовной сети сообщила, что барьер вокруг горы Тунлу разрушен и положение крайне опасное, поэтому я поспешил к вам.

Остальные обернулись к Повелительнице Дождя и подумали — вот оно что. Барьер разрушен, и значит, они могли воспользоваться сетью духовного общения, просто в момент опасности никто об этом не вспомнил, все думали только о том, как одолеть тёмных тварей.

— Владыка, — Се Лянь сделал шаг к нему. — Это Безликий Бай. Он вернулся.

Цзюнь У с лёгким кивком ответил:

— Я так и думал, что без него тут не обошлось.

— Он то появляется, то исчезает вновь, и стоило вам спуститься, он вновь куда-то скрылся.

— Нет причин для беспокойства, — заверил Цзюнь У. — Сначала разделаемся с озлобленными духами, затем отправимся на поиски демона.

Все подняли глаза к небесам, где чёрные клубящиеся тучи рассеивались от мощных лучей света, которые с собой принёс Цзюнь У.

— Выходит, мы предотвратили рождение нового Князя Демонов? — спросил Пэй Мин.

— Можно считать, что так, — ответил Се Лянь. — Всё же из Медной Печи вырвался не настоящий демон, а только это.

Взгляды присутствующих вновь переместились в одном направлении. Там, лишившись управления Се Ляня, ничком лежала огромная каменная статуя. Это громадное творение кропотливой работы мастера, упав на землю, походило на невысокую гору. Се Лянь, стоя ближе всех, коснулся щеки изваяния и спросил Хуа Чэна:

— Сань Лан, что с ним делать?

Хуа Чэн, кажется, задумался о чём-то другом, но когда принц задал вопрос, тут же отозвался:

— Гэгэ, не стоит беспокоиться. Пусть остаётся здесь, до тех пор, пока я не восстановлю