Благословение Небожителей 1-5 тома - Мосян Тунсю

— Кто это? Что тут произошло?

Мэй Няньцин бросил на него взгляд и вдруг задал вопрос:

— Ты — Ши Цинсюань, верно?

Тот застыл:

— А ты кто такой? Откуда знаешь моё имя?

И самое главное, как он узнал Ши Цинсюаня в таком виде???

— Тебе даже имя неудачное подобрали, — хмыкнул Мэй Няньцин.

— А? — не понял Ши Цинсюань.

Но Мэй Няньцин больше ни слова не сказал, весьма покорно направившись за Владыкой. Наверное, понял, что без чьей-либо помощи ему не удастся теперь сбежать, даже не будучи связанным.

— Сяньлэ, — позвал Цзюнь У, — я заберу его. Ты прибудешь позже?

— Да, — ответил Се Лянь.

Цзюнь У кивнул ему. Когда двое удалились, Се Лянь снова повернулся к Хуа Чэну, но тот заговорил первым:

— Гэгэ, не стоит беспокоиться, я просто буду стоять на страже круга и не позволю тварям разлететься. Проще простого.

Ши Цинсюань подхватил:

— Ваше Высочество, вы собираетесь наверх? Ступайте, ступайте, я тоже присмотрю за всем, не волнуйтесь!

Се Лянь кивнул:

— Спасибо, что берёте на себя эту задачу.

В прошлом Хуа Чэн, наверное, ответил бы что-нибудь вроде «мне это ничего не стоит», но на сей раз он почему-то сложил руки на груди и вздохнул:

— Да уж, задача не из лёгких.

Се Ляню показалось, будто он на что-то намекает. Ши Цинсюань же совсем ничего не заметил и радостно подхватил:

— Да! Когда вернётесь, не забудьте как следует наградить нас за труды. Как насчёт пирушки в лучшем столичном заведении? Ха-ха-ха…

Он всё не мог забыть о пирах в лучших столичных заведениях. Се Лянь же подумал: «Лучше ничего не говорите, Ваше Превосходительство, он имеет в виду совсем не то же, что и вы…»

Хуа Чэн покачал головой, поиграл красной бусиной на конце тонкой косицы, приподнял бровь и как бы невзначай произнёс:

— Если бы гэгэ остался со мной, было бы, конечно, намного проще. Но стоит мне подумать, что гэгэ поднимется на Небеса, оставив меня одного внизу… ох, задача кажется мне ещё более сложной.

Ши Цинсюань наконец почувствовал неладное, но всё равно не понял, в чём тут дело, и с улыбкой до ушей произнёс:

— Вы так забавно рассуждаете, Собиратель цветов под кровавым дождём. Вас послушать, так можно решить, что вам будет одиноко, пока Его Высочество отправится на Небеса. Будто вы недавно поженились, ха-ха-ха…

У Се Ляня в мыслях промелькнуло: «Вы не ошиблись, он именно это и хотел сказать!»

Ши Цинсюань ещё долго стоял и неловко посмеивался, и Се Лянь, не выдержав паузы, тихо кашлянул:

— Кхм, Ваше Превосходительство, вам… вам лучше пока выйти за световую завесу. Выйдите, прошу вас.

— Но… почему?

Вместо объяснений Се Лянь лишь повторил:

— Ну… выйдите, и всё. Мы просто попрощаемся.

Недоумевающий Ши Цинсюань наконец ушёл, и за световой завесой остались только двое, больше никого.

Се Лянь снова повернулся к Хуа Чэну, который, приподняв бровь, смотрел на него, словно в ожидании, что принц скажет. Или сделает.

Так что Се Лянь, позабыв о стыде, положил будто деревянные руки на плечи Хуа Чэна, замер на мгновение, потом рывком прижался и поцеловал демона в щёку.

После воровато оглянулся, чтобы убедиться, что вокруг никого, и, наконец, успокоился. Но вдруг почувствовал, как на талии сжались чужие пальцы — Хуа Чэн крепко обнял его и, сощурившись, поинтересовался:

— Гэгэ, тебе не кажется, что ты относишься ко мне без должного внимания?

В его голосе звучало не то истинное, не то притворное недовольство, от которого веяло угрозой. Се Лянь вздрогнул и поспешил заверить:

— Вовсе нет!

— Правда? Но когда ты просил одолжить тебе магических сил, вёл себя совсем иначе. Неужели без серьёзного предлога я могу надеяться лишь на такое «прощание»?

Если так рассуждать, Се Ляню и самому показалось, что в его поступке не было ни капли искренности.

— Прости… — тихо сказал принц. — Я не хотел заставить тебя так думать.

Но попросив прощения, Се Лянь почувствовал ещё явственнее, что всё выглядело именно так, как Хуа Чэн подумал. В душе принца зазвенел тревожный звонок, и он, боясь, что Хуа Чэн неверно всё истолкует, не стал дожидаться ответа — не тратя слова, перешёл к делу. Подпрыгнув на носочках, обнял Хуа Чэна за шею и вновь прижался что было сил. На этот раз целуя в точности так, как хотелось Хуа Чэну.

И тут, как назло, послышался оклик Ши Цинсюаня:

— Ваше Высочество, мне вот что показалось странным. Ведь вам, чтобы попрощаться, вовсе не обязательно было меня прогонять? Мне просто… Ваше Высочество? Так быстро ушёл?

Се Лянь, спотыкаясь на бегу, смущённо умчался прочь.

Не спрятать сущность демону, что в зеркало заглянет

Добежав, спотыкаясь, до главной улицы столицы бессмертных, Се Лянь всё не отнимал ладони от нижней части лица. Торопящиеся по своим делам младшие небожители не решались задавать ему вопросы, но всё же странных взглядов в свою сторону принцу избежать не удалось, поэтому он поскорее убрал руку, выпрямился, очень наигранно потёр губы и промямлил:

— Что-то рот разболелся, не понимаю, в чём дело, хе-хе…

В ответ принца ожидали ещё более странные взгляды.

Что нужно делать, чтобы разболелся рот?!

Но Се Ляню действительно было немного больно — подпрыгнув, чтобы поцеловать Хуа Чэна, он чуточку перестарался. Наверное, Хуа Чэну тоже досталось. Но когда принц прижался к демону, он явственно ощутил, что тот улыбался. Не решаясь больше думать об этом, Се Лянь опустил голову и направился дальше, да и другие небесные чиновники, не собираясь тратить время, поспешили по своим делам.

То ли из-за шума, который наделало открытие горы Тунлу, то ли по иной причине, в столице бессмертных царило беспокойство. И во дворце Шэньу уже собралось множество небесных чиновников.

Духи с горы Тунлу разлетелись по всем сторонам света, но подавляющее большинство всё-таки скопилось в самом населённом городе — императорской столице. Се Лянь и Хуа Чэн взяли на себя наиболее тяжёлую задачу и потому промучились так долго, тогда как Пэй Мин, Фэн Синь и остальные уже давным-давно справились со своей парой сотен тварей и вернулись на Небеса, успев даже привести себя в порядок. А принц, едва переступив порог дворца Шэньу, столкнулся с тем, кого не встречал уже много месяцев, — Лан Цяньцю.

Отчего-то мрачный Лан Цяньцю, увидев принца, тоже застыл, а потом и вовсе отвернулся.

Все присутствующие стояли, молча опустив головы, Цзюнь У сидел на своём месте. Увидев Се Ляня, он чуть приподнялся,