Путь от змеиного хвоста - katss

— Вот и займись. Яр, организуй ей бочонок водички… — Маг кивнул, встал и почесал куда-то за большую надувную кемпинговую палатку. Видимо, за прошедшие сутки народ таки сподобился установить устойчивое сообщение с нашей стороной и доставить сюда данного монстра туристической промышленности — с тремя спальнями, панорамными окнами, герметичным полом и полноценной террасой под навесом. Да: столик и стульчики складные не забыть упомянуть. Пастораль практически…

Пиздец.

Это они, значит, неадекватные… А я — в норме!

Пока размышляла о бренном, Ярик уже подтащил пару алюминиевых канистр и знакомый черпак с длинной ручкой. Я его в походной душевой Львов видела. Первая плошка, в принципе, окатила сразу… С макушки. С век чуть-чуть даже смылось. И дышать стало легче.

В первую очередь, психологически.

От нового витка сюрра вокруг я старалась абстрагироваться…

— Эй, — бросил Кудрявый уже остальным. — Подъём, на баррикады. Перерыв закончился.

Львы повставали и куда-то пошли. А куда?…

— Бирюлики ковырять, дорогая… — усмехнулся вытянувшийся во весь свой немаленький рост гильдмастер. — Они видишь какие полезные в хозяйстве оказались… Пожелания есть?

— …Пожеланий нет. У меня ещё тот хрустит на зубах, — а может, и сами зубы… Два пенька во рту точно. Один — тупо до десны дезинтегрировало…

— Хм. Странно. Первый раз вижу тебя такой покладистой, — шутканул Кудрявый. Перешёл на приказной тон. — Ярик, сидишь тут, обеспечиваешь ей воду. Верёвочный подъёмник мы вроде наладили, сгоняешь за новой канистрой. А как вернёт себе хотя бы условный человеческий облик, проводишь в палатку. Понял?

— Угу. Разберёмся… сестрица теперь в надёжных руках.

Я моргнула. В последнее время у меня появляется слишком много неучтённых родственников.

…

Плодятся как дрозофилы просто. И мутируют всё сильнее, каждое новое поколение. Прям по учебнику.

***

Спустя шесть часов меня разбудил Арсеньев, по факту заставив поесть на пару с Мустангом, от чего я отбивалась, ибо тошнило просто нефигово… Что ж меня так зверски штормит, будто одновременно пришёл грипп, гипертония, отравление, мигрень и почесуха? Ныло всё, даже тараканы. Особенно тараканы.

Кощея, к слову, он тоже принёс… Обморочного Кощея, не реагирующего на внешние раздражители. Такое впечатление, что происходящее загнало его в кому. Ну да мне не лучше…

Жратву в меня таки впихнули. Какие-то пюрешки, из дойпака… Возможно вкусные, но я ни хера не чувствовала вкус… Еды, по крайней мере.

А вот вкус чужой магии — очень даже!…

…Пробежавший мимо Стасик пах клубникой. Я аж облизнулась ему вдогонку. Потом опомнилась…

Это что за новый заворот?

С целью отвлечься, вышла по толку оглядеться.

Мир пах самумом. В смысле, были у бабушки когда-то такие духи — арабские, кажется… Сжав-разжав ладонь, посмотрела на сеточку шрамов. Снаружи их не особо видно, но… они будто внутри.

Пыль слабо клубилась внизу, где две трети “львов” с энтузиазмом расковыривали вызвавшие у них такой подскок финансовых аппетитов кимберлитовые стенки. Задрала голову. Три светила и пять спутников…

Может, ещё парад планет?… Ну так, для полноты картины?

…Внезапно пришло ощущение разбитой, но тщательно склеенной вазы.

Мой не начавшийся смех стих.

— Игорь!!! — заорал Мустанг. Эхо раз восемь нестройно отразилось от спрятанных в толщах пыли самоцветов. — ИГОРЬ!

…Взрыв.

…

Обозрев свои вывернутые наружу рёбра… подумала: бессмыслица. С кашлем от новых порций пошедшей наверх горлом кровищи, — в тот же миг встал круглый будто мячик щит. Мустанга отсекло.

По стенкам брызнуло.

Чёрт… а ведь я этот фарш недавно так аккуратно собирала по кусочкам… все старания в жопу!

Руки (на чём они держатся вообще?) светились. В распыженных рёбрах наружу кочегарило сердце. Аорта ещё цела. Удивительно… Анатомия для практиков.

В правом предсердии реально торчал ШИП.

Шип, мать твою! Из камня!…

Того самого самоцвета, наверное.

…

Щит снаружи сотряс удар. Вроде бы.

Внутренняя поверхность пошла крупной рябью.

Вы дебилы?… Если не удержу — размажет. Минимум троих.

Следом осыпалась песочком печень…

Бля.

Такую хоррор-картину я ещё не смотрела…

Шип принялся пульсировать, в такт истерично заходящемуся сердцу. Сюрпра-а-айз.

…

— Отпусти!… — донеслось, слабым отголоском. Почти затерявшись в слоях энерго-консервы.

Кого?…

Экспромтом полученную магию, что ли?

Да пошёл ты… Лучше б валил, пока не зацепило!

Следующими разорвало надпочечники. Они просто взорвались, как две лепестковых гранаты… Перегруз.

Из разодранных "по швам" капилляров и сосудов покрупней снова забрызгало… Их верёвки, разлезающиеся никчёмными ошмётками, парили снаружи разорванной брюшины. Кровавое марево космической дымкой расползалось по всему объёму щита. Всё более плотным туманом.

Дальше, почему-то, вздулись лёгкие…

Э, не. Я так не играю!

Кто мне там спасительную титьку-то давал?… Ты, конечно, большой молодец, но… Титька явно бракованная. Ну или младенец не брит…

Остатки зёрен высококачественной шакти, которые я попросту не смогла переработать даже с начальной степенью перехода на “А”, сработали практически как подожжённый склад осколочных боеприпасов.

Такая диверсия не может пройти даром… Даже с моими нынешними навыками хила.

Плачевный конец?…

Но.

Везде обязано найтись “но”!

Да, любой мелкий ребёнок ничего не знает о гуманизме, бескорыстии или прочем социальном дерьме, — однако он хорошо понимает: мешающего врага правильней всего треснуть камнем по роже, а потом радостно смеяться, глядя, как у того утекают с красной жижей клыки и половина челюсти вдогонку… С возрастом человечьи дети, напичканные по уши воркованиями взрослых о том, что же такое хорошо и что такое плохо, становятся, конечно, гораздо менее естественными… Но вот последнее — не про меня.

Я делаю наоборот. Всегда.

Впрочем, спасибо за подсказку… Искреннее спасибо.

Ты же не человек. Ну так и мне им быть необязательно…

Необязательно!

Дотянувшись радиоактивно светящейся дланью (кажется, в тот момент державшиеся на честном слове и последней связке к ключицам, руки таки оторвало), протолкнула “пулю” глубже. Пальцем заткнула дырень.

Кушать подано, ага…

Каким-то рёвом в ушах отдался переиначенный процесс. Рёвом, и совсем уж громким хрустом щита… Затем эта презренная консервная банка принялась с повышением тона звенеть. Уже совсем без пауз. Как зажатая педаль тормоза на скорости четыреста кэмэ.

Блядь.

Прячьтесь, что ли… Где вы там стоите вообще, не вижу ж ни черта…

Предварительное угрожающее свечение перегретой кастрюли всё-таки удалось растянуть. А дальше…

Ебздых!

И тишина. Недолго.

Со всех сторон раздался шорох… Стенки несчастной выработки принялись осыпаться, с полметра толщиной, отовсюду… И весь этот слой пополз вниз.

А моё сознание продолжало нещадно колбасить…

Жалкие ошмётки тела ещё веером летели, украсить вместо пайеток серую местность. А из кучи