Тайная война заклинаний - Юлия Евгеньевна Галанина

Тропинка обрадовалась, что можно снова нырнуть под бок к спящему Ряхе и это будет не баловством, а необходимым отдыхом перед тяжелым уроком, и исчезла.

А я поднялась к себе, достала уже порядочно измятый лист, разложила на кровати. Довольно легко разобралась, где нарисованы внешние стены, где основное здание. По краю карты шли уровни крепости в разрезе. Я нашла даже тот зал, в котором во времена Легиона Обрубленный Хвост легионеры развлекались по вечерам драками на желтом помосте, один на один. Но сообразить, где там прячется хранилище имперской магии, я пока не могла. Нужен был какой-то толчок, какая-то подсказка, пусть даже самая крохотная.

***

Ближе к вечеру горожане уже стали больше похожи на людей, а не на сонных мух. К тёте с визитами потянулись знакомые, желавшие выразить своё восхищение самой тётушкой, и её очаровательными протеже. Обработку общественного мнения тётя провела на высоте, как и грозилась. Но добрые люди сообщали, что её врагини не успокоились и задумывают отмщение. Тётя в ответ лишь загадочно улыбалась, не выказывая особого беспокойства.

- А то я не знаю, - усмехнулась она, когда уехал последний гость. – Тоже мне новости. Когда людям нечего делать, лелеять планы отмщения – это самое сладостное из занятий, которое только и можно вообразить.

А я вспомнила, что забыла передать тёте пряный презент, побежала наверх.

- Профессор не мог прибыть сегодня с визитом, поэтому выражает восхищение заочно! – сказала я, внося в гостиную пакет.

- Я польщена, - улыбнулась тётя, перебирая разноцветные пакетики пряностей. – Пожалуй, это наиболее приятное выражение внимания, которого я сегодня удостоилась. Нужно срочно что-нибудь состряпать! Плюшки, да, плюшки. С корицей или ванилью?

- С ванилью!

- Хорошо. Будут с ванилью. Вы сегодня дома?

- Нет, Профессор занятие на реке проводить будет.

- Одевайтесь потеплее, ночи уже холодные.

- Ладно, - пообещала я и отправилась будить Тропинку.

- А дам-ка я вам с собою корзину тёплых плюшек… - решила тётя. - В качестве ответного комплимента. Заодно и товарищей своих угостите. На свежем воздухе всегда есть хочется.

***

Профессор собрал нас не на скалах, а на полянке, где Град показывал способы обороны ногами и руками. Там было уютно. Тётушкина корзинка пришлась как нельзя кстати, решено было вскипятить чаю на костре и устроить пир. Благо и котелок, и кружки, и ложки Град спрятал в укромной пещере ещё со времен нашего первого занятия по отработке молниеносности. Профессор их торжественно извлёк и послал нас – меня, Тропинку и Ириса - мыть посуду, Путника и Звёздного за хворостом, а сам (совместно с Селёдкой) принялся разводить огонь на тех веточках, что собрали под кустами.

Мы немного побулькали кружки в ледяной воде и решили, что хватит с них, и так чистые.

- Ты смотрела свою карту? – спросил меня Ирис, принимая мокрые кружки и складывая их в корзину.

- Смотрела.

- А какую карту? – слух у Тропинки был отменный, даже шум реки ей не помешал.

- Мы успели во время маскарада слетать на Родинку и срисовать там карту острова, - объяснила я ей. – Но об этом пока молчок. Я же права?

- Да, я пока не готов к разговору с Профессором, - согласился Ирис.

- Вы с ума сошли, - убежденно сказала Тропинка. – А долго мне придется молчать? Я долго не хочу…

- Ну давай хотя бы недельку, - попросила я. – Мне пока тоже духу не хватает всё Профессору рассказать. А ты, Ирис, свою смотрел?

- Смотрел. Но без особого толку, - признался Ирис.

- А Ряхе можно рассказать? – перебила его Тропинка.

- Ряха мне шею свернёт, - буркнула я. – Он как-то болезненно относится к моим попыткам попасть на остров.

- Но ты же туда уже попала. Теперь поздно с тобой воевать.

- Тоже верно. Главное, чтобы Ряха это понял раньше, чем душу из меня вытрясет.

- Я осторожно ему расскажу, - пообещала Тропинка.

- Попробуй. Было бы очень хорошо, если бы он карту посмотрел. Может быть, увидит то, чего мы не видим…

Костер уже полыхал. И котелок висел над пламенем. Нужно было присоединяться ко всем. Ирис унес посуду, мы, не торопясь, пошли следом.

- Я видела, что вы исчезли во время танцев, - сказала Тропинка. – Подумала, не роман ли у вас начинается…

- Ты знаешь слово «роман»? – удивилась я. – Откуда, Медбрат меня побери? Мне казалось, пиратский архипелаг и романы – вещь несовместимая.

- Правильно казалось. Я у тёти услышала, так она о каких-то своих знакомых отозвалась. Так значительно красивее, чем говорят у нас. Так начинается или нет?

- Конечно, нет! - фыркнула я. – Это была совместная операция по поиску свода имперской магии, вот!

- Да? Ну и зря, - мурлыкнула Тропинка. – Ну и зря…

Я не стала ей ничего объяснять, ну что тут объяснишь. Ничего не объяснишь, только запутаешься. Роман, ага. Он не тот, вот и всё.

***

Тётушкины плюшки были божественны.

И их съели очень быстро.

Куда дольше мы готовились, разводили костёр, кипятили воду, кружки мыли. А корзина тёплых плюшек опустела буквально в несколько мгновений.

Убедившись, что на дне не завалялась какая-нибудь одинокая грустная плюшечка, Профессор перешёл непосредственно к занятиям.

- Ваши успехи меня поражают! – сообщил он нам радостно. – Процесс идет весьма и весьма недурственно. Поэтому, думаю, пора нам изучить ещё одно заклинание, весьма полезное в трудную минуту. В применении оно сложное, предупреждаю сразу. О каком заклинании я говорю, как вы думаете?

- А мы не думаем! – выразил общее мнение Селёдка. – Мы плюшки перевариваем.

- Ну вот, не успел я вас похвалить, как вы быстренько скатились вниз, - притворно возмутился Профессор. – А между тем я говорю о заклинании невидимости. Оно, как бы, всем заклинаниям заклинание: сделался невидимым и наслаждайся, - но, однако же, не всё так