Благословение Небожителей 1-5 тома - Мосян Тунсю

ним божественное изваяние вдруг стало казаться несравнимо хрупким, даже вызывающим жалость, словно ребёнок рядом со взрослым. Статую легко можно было назвать громадиной, но этот огненный великан поистине подходил под определение «стоящий на земле и подпирающий небо». Размерами он превосходил изваяние по меньшей мере в шесть раз. Зрелище потрясало так сильно, что кровь стыла в жилах и казалось, гигант способен раздавить целый город, наступив лишь одной ногой!

Собравшийся из кусков бывшей столицы бессмертных великан повернул голову в сторону четырёх костяных драконов, из его рта вырвался столб пламени, стеной обрубивший потоки воды. Осознав, что оказались в неблагоприятном положении, драконы ушли под воду. А великан тем временем опустился ногами на поверхность воды и словно по ровной земле зашагал к божественному изваянию.

На голове великана стоял дворец Шэньу, в котором восседал Цзюнь У, источающий давящую ауру. Небесные чиновники, едва не задыхаясь от ужаса, завопили:

— Ваше Высочество, теперь уж стоять на месте нельзя! Скорее бегите, сколько можно ждать?!

— Нам не победить, ни за что не победить! Очнитесь же, Ваше Высочество, он больше в несколько раз!

— Мы ведь не можем всё время бегать от него, — возразил Се Лянь. — Даже если нам не победить, нельзя вести его за собой в другое место.

Услышав ответ, небожители ошарашенно застыли, но затем поняли: они и впрямь не могли всё время убегать. Ведь если вдруг Хуа Чэн прекратит делиться магическими силами, они рано или поздно потратят собственные ресурсы, и статуя больше не взлетит. Придётся сражаться где бы то ни было.

И чем вести огненного великана в гущу людей, лучше решить всё здесь. По крайней мере, в Чёрных водах точно не встретится ни одного обычного человека, и простой люд не пострадает!

Как небесным чиновникам, им следовало бы задуматься о подобном в первую очередь. Но когда перед ними стоял полыхающий пламенем демонический великан, разве могли они не тревожиться, понимая, что придётся сражаться с ним, находясь «спиной к воде»[308], да к тому же не просто к воде, а к Чёрным водам!

И всё же ни у кого не повернулся язык открыть рот и велеть Се Ляню уносить ноги в какое-нибудь людное место. Поэтому принц заявил:

— Господа, держитесь крепче, чтобы не свалиться ненароком! В Чёрных водах всё живое тонет, едва коснувшись воды!

Огненный великан протянул руку к статуе, как будто собирался схватить её, но Се Лянь проворно увернулся, совершив ловкий прыжок. Держащихся за изваяние небожителей то переворачивало вверх ногами, то крутило, то поднимало, то опускало; ужас в их глазах достиг апогея, то громче, то тише звучали пронзительные вскрики.

Даже Богам Войны крайне редко приходилось переживать подобные сражения, что уж говорить о тех, кто не являлся Богом Войны и целыми днями сидел в своём дворце, а ведь таких здесь собралось большинство.

До принца донёсся крик Цюань Ичжэня:

— У тебя нет оружия! Тебе нужно оружие!

Остальные, не в силах больше терпеть происходящее, поддержали:

— Верно, Ваше Высочество! Без оружия победить будет непросто!

— Я как раз думаю, что может для этого сгодиться! — ответил Се Лянь.

Жое, извиваясь подобно змее, выползла вперёд, но принц отодвинул ленту в сторону со словами:

— Спасибо, но ты не годишься, ты слишком маленькая!

Тут Хуа Чэн сказал ему:

— Оружие найти не то чтобы невозможно. Для начала обойдёмся этим.

Се Лянь снова услышал грозный рёв четырёх костяных драконов, которых великан прогнал на дно столбом пламени. Они окружили божественную статую, и небесные чиновники невольно перепугались:

— Что они собираются делать?

Разумеется, нападать драконы не стали бы. Чудища укусили друг друга за хвосты, таким образом обернувшись одним, поразительно длинным костяным драконом!

Затем этот длинный дракон взлетел высоко в воздух. Се Лянь, не задумываясь, велел статуе поднять руку, чтобы схватить его, и пробормотал:

— Это же…

Кнут из костяных драконов!

Принц мог свободно управляться с ним так же, как управлялся с Жое!

Се Лянь занёс руку и хлестнул костяным кнутом, направив удар огненному великану в голову. Тот схватил конец кнута рукой, но драконы тут же разъединились по середине, статуя принца шагнула вперёд, и удар всё-таки пришёлся в цель.

Словно от боли, великан разжал ладонь, и оторвавшийся от остальных дракон сразу уплыл, вернувшись к принцу.

Кнут мог разъединяться и соединяться, что давало ему превосходную подвижность. Он то разделялся надвое, то вновь становился одном целым. Прибавить к этому ловкость движений самой статуи — и она обернулась крайне серьёзным противником. Небесные чиновники, которым от постоянных кувырков и ураганного ветра растрепало волосы и набросило на голову полы одеяний, поражались:

— Не ожидал, что Его Высочество наследный принц столь искусен в бою!

— Мне лишь приходилось видеть, как он занимается сбором рухляди, а он оказался истинным Богом Войны по праву вознесения!

Советник вмешался:

— Первую фразу про то, что вы чего-то «не ожидали», можно было бы опустить. И делать акцент на «сборе рухляди» тоже не стоит.

Се Лянь:

— Э… Ха-ха-ха…

Поразительно длинный кнут из драконов, закусивших хвосты друг друга, словно белая железная цепь, со стуком оплёлся вокруг руки противника. Великан тяжело осел вниз, и небесные чиновники заголосили:

— Скорее, скорее, тяните его в море!

Ведь под ними простирались демонические Чёрные воды, и всё, что коснётся их поверхности, немедля утонет!

Громадная статуя дёрнула костяной кнут на себя, Се Лянь приложил усилие и сквозь зубы прошипел:

— А ну-ка давай вниз!

И великан действительно просел ещё немного. Небожители поскорее принялись всеми руками и ногами передавать каменному изваянию принца магические силы, выкрикивая:

— Утони! Утони! Скорее утони!

Слушая, как они в один голос кричат Цзюнь У, чтобы тот утонул, принц ощутил холодок в сердце, поднял голову и посмотрел в сторону дворца Шэньу на голове великана. Почему-то, хоть Се Лянь и не смог бы сейчас разглядеть выражение лица того, кто там сидел, ему показалось, что Цзюнь У насмешливо улыбнулся.

Борьба затянулась на некоторое время, великан постепенно стал погружаться в воду, однако пламя на его теле по-прежнему продолжало полыхать, даже море не сумело его погасить. Напротив, глубокие тёмные воды озарились алым сиянием, отчего стало казаться, что и само море занялось красным огнём. Только по мере того, как драконы тащили великана всё глубже, сияние постепенно исчезало. Небесные чиновники друг за другом испустили вздох облегчения, но Се Лянь ни на миг не решался ослабить бдительность.

Очень долго вокруг стояла тишина, и тут Се Лянь снова вспомнил, что генерал Пэй так и не отозвался, а также они не слышали