Повелители Подземелий - Юрий Анатольевич Здоровеющий

Выслушав до конца подопечную, мастер Юн взял посох у самого окончания, вытянув руку вперед.

– Ударь по нему! – приказал он.

Она сделала. Посох вылетел из руки мастера.

– Думаешь, ты права?

Странный вопрос. Он стоит безоружный. Палка валяется на полу. И он еще спрашивает? Хлоя даже смогла улыбнуться, словно торжествовала победу.

– Довольна? – спросил Юн. – Что ж, ты его выбила. Но, Хлоя, только полный нубас может работать посохом в бою, как спортсмены размахивают бейсбольной битой. Конечно, его ничего не стоит выбить из рук. Он и сам вылетит при сильном ударе. А попробуй теперь.

С этими словами Юн подобрал деревянную жердь. Взял ее в руку так, чтобы не за самый конец, а немного выше. Длина сократилась всего на две пяди, но конец палки упирался теперь в предплечье мастера, создавая рычаг. Новый удар Хлои не только не выбил направленное на нее оружие, но девушка, не ожидавшая ответной атаки, снова была на земле. На сей раз без посторонней помощи умудрилась плюхнуться на задницу.

– Ну, как? – спросил Юн. – Еще сомневаешься?

Дура она, что ли, очевидное отрицать? Как тут сомневаться? Глаза же у нее есть. И зад вдобавок болит.

Занятие продолжалось. На протяжении полутора-двух часов магесса наставила себе бесчисленное количество синяков, множество раз ее несчастная задница получала шлепки, но обиды на мастера уже не осталось. Какой смысл, и на кого обижаться? Разве что на себя?

Не сразу, но все же у нее начало получаться. Чем больше тумаков сама огребала, тем лучше старалась в следующем бою. В пылу очередной попытки магесса не видела, как вернулась Милана и присоединилась к Виоле возле поленницы дров.

Снова атака. Снова Хлоя ничком на земле. Снова проклятый шлепок. Бедная задница… Но снова вперед! Опять получила. На сей раз шестом по спине. Больно-то как!

– Может быть, отдохнешь? – поинтересовался мастер.

– Нет, – неожиданно твердо заявила магесса. – Я в порядке, господин.

Виола к тому времени закончила пересказ Милке о ходе учения. И снова смеялась. Да как!

– А ей нравится получать ладошкой по попке! – нарочно громко поддела она новую подругу. – Я ее понимаю. От такого-то мужика! Ха-ха-ха!

Мастер внезапно остановился. Развернулся к эльфийке лицом и прищурился хитрым взглядом.

– А как насчет тебя?

Вопрос прозвучал почти вызовом. Лицо Вив так и замерло с нелепой улыбкой. Что? Фига себе! Она же не Хлоя!

Пока Виола глотала открытым ртом воздух, мастер Юн подозвал к себе очень уставшую магессу. Заботливо осмотрел ее ссадины и подлечил.

– Сядь. С тебя на сегодня достаточно. Ты хорошо поработала. Молодец.

И он потрепал разгоряченную девушку по взъерошенным волосам.

Вот ради этого жеста, ради этих вот слов мастера Хлоя была готова еще отхватить сотню шлепков. Правда, если честно, она так и не понимала: почему? Зачем мастер Юн постоянно шлепает ее именно по мягкому месту? Неужели лишь из удовольствия? Пользуется случаем? Да ну? Не похоже. Не маньяк же. Так почему? Но спросить она как-то не удосужилась. Зато запомнила.

– Ну так что? – господин Юн издевательски помахивал палкой над головой, обращаясь к притихшей эльфийке. – Смахнемся? Твоя попка тоже, как я заметил, давно отвыкла от мужской ласки. Или этот мужик для тебя слишком мелок?

– Ах ты ж!.. Ну, я тебе сейчас покажу, ласковый ты мой!

Виола подскочила, словно кипятком ошпаренная, на ходу сбросив с себя лишнюю одежду. Осталась только в хакама, а сверху простая юкато.

Пока заведенная эльфийка выбирала для боя пару коротких жердей, более походивших на кинжалы хотя бы длиной, Мила и Хлоя забрались повыше. Уселись на стройную пирамиду из пустых бочек, предназначенных для хранения бражного пива, и приготовились наблюдать. Сейчас что-то будет!

В красивых глазах горделивой эльфийки неистовым пламенем горел азартный огонь. Виола вышла на середину площадки и изогнулась в боевой стойке. Медленно двинулась полукругом, обходя соперника. Юн не шевелился. Только следил за движениями Вив и помахивал деревянным оружием.

И вот первая атака! Такая неожиданная и быстрая, что Хлоя ахнула! Вот это да! Ну и скорость! Видела же на ристалище, но все равно – диво и только!

Даже Милана, на себе испытав всю прелесть скоростных и внезапных, непредсказуемых атак госпожи Вив, не сводила восторженных глаз с пары сражавшихся внизу бойцов.

В то же время Виола буквально обрушила на мастера нескончаемый град молниеносных ударов. Ее кинжалы поочередно искали цель. Вернее, цель-то находилась аккурат перед ними, но вот путь к ней всякий раз оказывался закрытым.

Вездесущая палка мастера поспевала всегда. И хуже всего было то, что он вовсе не ограничивался отражением атаки. Он же и сам атаковал. Причем сходу. А посох длиннее кинжалов. Так что, если бы не расовое дополнение к скорости и ловкости эльфов, Виола уже несколько раз схлопотала бы увесистую оплеуху от мастера. И все-таки – хлоп!

– Какая прелестная попка! – издевательски подметил Юн.

Виолетта так и замерла с мертвецки бледным лицом в трех шагах от соперника.

– Ты обалдел? – сурово спросила эльфийка. – Не кажется, что я давно вышла из возраста, когда еще было можно шуткой потрогать меня за задницу? Я могу и обидеться.

В ответ на внешне разумное замечание девушки мастер Юн неожиданно подошел к ней вплотную и намеренно ухватил Вив за зад.

– Ну-ка, давай! Вышла из возраста? Вспоминай, какого черта я так поступаю? Я что, сексуальный маньяк? Вышла из возраста? Вот именно! Эти двое лишь учатся, а у тебя, моя милая, седьмой уровень! Так какого же черта ты пропустила меня за спину? Как?.. Тебе не победить меня никогда, и ты это знаешь. Но в бою даже со мной ты не имеешь права на такие ошибки. Особенно ты! Это я могу на тебя обидеться. Ишь, гордость в ней заиграла. Ну-ка вставай, «обидчивая», или еще схлопочешь!

Виолетта шагнула в сторонку. След начального стыда и конфуза куда-то исчез, потому что была это не обида, просто неловко получать ладонью по мягкому месту при подопечных, которых ей же предстояло учить.

Теперь она улыбалась, эта эльфийка. Улыбалась и снова бросалась вперед, как бросается африканский гепард в рывке на добычу. И вновь отступала, уклоняясь от ответной атаки. В какой-то момент она таки опять увлеклась. Слишком велико оказалось желание наказать Юна за наглость. Конечно, без злобы, а так, понарошку. Но