Смертник из рода Валевских 1-10 - Василий Михайлович Маханенко

успокаиваясь. Отец Ург является опасным, неприятным и плохим человеком, но его план по очистке церкви Света казался чётким, понятным и реальным. Нечеловеческим, совершенно неподходящим под понятие «добро», но, как мне всё больше и больше становилось понятно, это слово к Свету не имеет никакого отношения. Да, изначально церковь была основана как механизм борьбы с тьмой, Скроном и любой гадостью, но со временем люди исказили основы, превратив служителей Света в то, что мы имеем сейчас. Менять нужно всё, причём кардинально и только человек, что не гнушается чужой крови и готовый уничтожать десятки, а то и сотни человек, сможет достичь такой цели. Только такой человек сможет искоренить всю тьму, всех слуг Скрона. Правда, насадит своих, не менее сволочных людей, но они будут хоть как-то относиться к Свету. Кто я такой, чтобы противиться этому? У меня есть Кострищ и необходимость его развития. Если кто-то вздумает оспорить моё право на владение городом, всегда есть двое представителей Хаоса. С которыми тоже нужно будет что-то сделать. Но только в своё время.

— Итак, что-то ещё желаете здесь посмотреть? — верховный епископ вышел из-за спины Кималя Саренто и многозначительно обвёл взглядом сокровищницу.

— Нет, — я посмотрел на Кималя Саренто. — Оформите всё в виде соглашения, чтобы ни одна из сторон не подумала потом отказаться от своих обязательств. Мне нужны письменные доказательства наших договорённостей.

— Ты не доверяешь будущему Папе? — удивился отец Ург?

— Я не доверяю никому, кроме себя. Сколько нужно времени?

— Пару часов, думаю, будет достаточно, — Кималь Саренто посмотрел на отца Урга и тот кивнул.

— Нам потребуется беспрепятственный выезд из столицы, — я посмотрел на церковника. Называть этого человека верховным епископом у меня уже язык не поворачивался. Как и не повернётся назвать его Папой, если у него всё получится.

— Вряд ли кто-то из стражи сможет нас задержать, но не хотелось бы оставлять за собой трупы. Император согласился отпустить нас в Крепость, но не думаю, что он оставит нас в покое.

— Вы покинете Турб под прикрытием Света, — заверил церковник.

Мы поднялись на верхние этажи. Кималь Саренто и отец Ург отправились оформлять соглашение, я же уселся на одной из лавочек на площади Крепости и устало закрыл глаза. Стояла кромешная ночь. Смертники и большая часть служителей Света спокойно дрыхли в своих кроватях. Лишь редкие стражники периодически подходили ко мне, но, заметив, кем я являюсь, тут же меняли траекторию своего движения. Эрцгерцог Валевский, он же искатель тьмы, был известен даже в Крепости.

Чувствовал я себя гадко. Одна часть сознания требовала уничтожить отца Урга, чтобы очистить планету от сволочи такого уровня, другая утверждала о необходимости изменений. О том, что правитель должен руководствоваться не сиюминутными желаниями и эмоциями, свойственными малолеткам, а будущим своих земель. Если церковь Света станет заниматься тем, ради чего её основывали, в светлых землях появится порядок. Не будет епископов, продавшихся Скрону, не будет похищений детей ради превращения их в верховных обращённых, исчезнут путевые точки, прекратится бесконтрольное перемещение тёмных и серых по нашим землям. Способен обеспечить всё это текущий Папа? Нет. Я видел его. Это открытый, честный, светлый человек, наполненный Светом, кажется, под самую макушку. Он велик, силён, но оторван от жизни. Что говорить, если он не заметил, что глава командоров стал модернизированным. Текущий Папа слишком верит людям, своему окружению. Он даже мне поверил, сделав определителем тьмы. Всего-то и стоило указать на нескольких высших иерархов церкви и получить подтверждение Инквизитора. Безмерная вера в людей хороша, но не в текущем состоянии церкви. Здесь нужен кто-то уровня отца Урга, как бы мне не хотелось обратного. Так что та часть, что отвечает за справедливость и веру во всё доброе, должна заткнуться и отправиться отдыхать. Я должен помочь этому гаду. Хочу я того, или нет. Мир нужно спасать.

Два часа спустя мы выезжали из столицы в составе огромной делегации. Стража на воротах не хотела нас пропускать, но личное появление отца Урга убрало все препоны. Да, за нами следовал огромный отряд гвардейцев императора, но они держались поодаль, не смея приблизиться к каравану ближе, чем на сто метров.

— Насколько мне известно, мой загадочный наставник, Кострищ находится в другой стороне, — произнёс Кималь Саренто, когда мы отъехали достаточно далеко от столицы.

— В землях, что когда-то принадлежали моему роду, находится три разлома. Как я понял, сейчас идёт активная и нелегальная их разработка. Несмотря на то, что графа Фарди больше нет в живых, его люди продолжают работать, отправляя ресурсы непонятно куда. Во-первых — хочу уничтожить разломы, чтобы даже намёка о них больше не существовало. Во-вторых — поубивать всех людей, что там найду. Насильно они там или добровольно — мне без разницы.

— Не стоит убивать тех, кто уже адаптировался к тьме, — встрял в разговор отец Ург. Глава церкви Заракской империи двигался вместе с нами, являясь гарантом неприкосновенности. — Однако я не понимаю, для чего тебе такая мелочь? Разломы, что находятся на тех землях, всего лишь четвёртого уровня. Ты-то должен знать об этом лучше всех остальных. Разве у тебя нет более важных дел, чем заботиться о мелочи, с которой могут справиться несколько отрядов смертников? Тех, кто сейчас разрабатывает разломы, мы схватим и отправим на заслуженные работы.

Отец Ург подал знак и к карете подъехал один из сопровождающих. Через небольшое окошко глава церкви Заракской империи отдал приказ и несколько человек тут же ринулись вперёд, чтобы передать волю верховного епископа епископу юго-восточного региона. Всех, кто занимается преступной разработкой разломов в бывших землях Валевский, нужно схватить, судить и отправить в Крепость. Эти будут записаны в смертники не по собственной воле.

— Ты много знаешь о том, что происходит с разломами, — усмехнулся Кималь Саренто.

— Это основа моего существования, — отец Ург не стал пускать пыль в глаза. — Разломы — это ресурсы. Ресурсы — это золото. Золото — это влияние. Мои ресурсы, моё золото, моё влияние. Император заявлял о том, что эта область является зоной его интересов, но сейчас времена изменились. Настало время показать империи её истинное место.

— Лавры Цитадели не дают покоя?

— В том числе. Шурганская империя является идеальным примером