Двуликие (трилогия) - Анна Шнайдер

Так было всегда, когда я использовала магию Крови. Мама говорила — побочный эффект, который постепенно пройдёт, если я буду пользоваться ею чаще. И она была права. Если в детстве меня даже иногда рвало, то теперь только слегка тошнило.

Я чувствовала ток крови во всех окружавших меня людях. Точнее, людьми были только те трое позади — они, кстати, швырялись заклинаниями не столько в Коула, сколько в «плащей». А вот «плащи» оказались эльфами. И они, безусловно, ощутили мою магию, потому что стали атаковать щит Коула с удвоенной скоростью. Я даже услышала, как он треснул.

Заговаривать кровь не так просто, но у меня всегда получалось. И сейчас я повторяла про себя одну и ту же формулу, сосредоточившись разом на всех присутствующих, кроме Коула…

Солёно-сладкий запах крови наполнил ноздри, и я зашептала быстрее — кажется, уже вслух…

Люди и эльфы вокруг попадали на землю резко, с глухим стуком. Я распахнула глаза. Кажется, получилось.

Рядом со мной стоял злой-презлой Коул и, держась рукой за окровавленный рукав — задели всё-таки! — напряжённо вглядывался в моё лицо.

— Ты что с ними сделала?

— Чуть остудила кровь. Ничего страшного, через полчаса очнутся… А ты?..

— Ерунда. Пробили щит, сволочи. Трое на одного. Был бы ещё от тебя толк, но ты же в щитах совсем ноль…

Я усмехнулась. Да уж. То, что это я по сути всех уложила, — ерунда, зато вот щиты!.. Этого эльфа даже нападение каких-то полудурков не способно изменить.

Гад — он и есть гад.

— Пошли отсюда, что ли? — предложила я миролюбиво. — Отбой через двадцать минут.

— Не успеем, — скривился Коул. — Придётся объяснительную писать. Ладно, пойдём. — И зашагал прочь от меня. Я проводила его взглядом и покачала головой.

Вот как можно быть таким, а? Хоть бы спасибо сказал.

К Каретной улице мы вышли минут через десять. Быстро поймали экипаж, уселись и покатили в академию.

Возница посадил нас с неохотой — всё-таки видок у обоих был потрёпанный, особенно у Коула. У него вообще весь рукав промок от крови.

— Дай-ка посмотрю, — предложила я, когда мы тронулись.

— Обойдусь, — буркнул он, отводя взгляд. Вот же… упрямая ушастая скотина!

— Неужели ты хотя бы на пять минут не можешь перестать быть сволочью? — произнесла я саркастично, откидываясь на спинку сиденья. — Можно подумать, это я тебя ранила. Кроме того, я действительно могу остановить кровотечение.

— Я же сказал — обойдусь! — рявкнул Коул, посмотрел на меня и нехорошо усмехнулся. — Может, я не хочу, чтобы меня лечила какая-то айдоган? Ты ведь из борделя возвращалась, да?

— Тебе-то что…

— А мне интересно. Ну давай, расскажи, как ты провела вечер. С кем кувыркалась? Хорошо тебя оприходовали? Может, вдвоём или втроём?

Мне почему-то стало смешно.

— Вчетвером, — ответила я, рассмеявшись. — А тебе завидно, да? Ты приходи к матушке Розе тоже — она тебя в очередь запишет.

Коул покраснел от гнева, но я уже не обращала внимания — пересела на его сиденье, положила ладони на рану и закрыла глаза.

Да, глубоко… Но ничего, сейчас остановим кровь, и всё будет отлично. Так. Вдох-выдох. Давай, Шайна, это легко…

Когда я открыла глаза, Коул молча смотрел на меня. Я поглядела на рукав — кажется, получилось остановить кровь. А заживление пусть запустят целители в академии.

— Вот и всё, — сказала я, улыбнувшись эльфу. — Видишь, совсем не больно.

— Дура, — выдохнул он.

— Будем считать, что это «спасибо». Не за что, Коул. Всегда рада помочь.

Он хотел сказать что-то ещё, но не успел — карета остановилась, и возница постучал по обшивке:

— Выходите, господа студентики, довёз я вас.

Я моментально выскочила наружу, не дожидаясь, когда эльф опомнится и выплюнет очередную гадость. Расплатилась с возницей и зашагала по направлению к академии, не оглядываясь на Коула. Уж здесь-то ему явно не грозили никакие опасности.

На воротах стоял незнакомый мне маг. Оглядев нас с эльфом, едва заметно усмехнулся и произнёс:

— Опоздание к отбою. Идите сейчас к дежурному. Он на втором этаже основного корпуса, кабинет двести одиннадцать. Напишете объяснительную — и марш в общежитие. Только не шумите сильно.

Мы синхронно кивнули и вошли на территорию академии. Парк вокруг не прошли — промчались, а когда оказались внутри основного корпуса, почти побежали по лестнице на второй этаж.

В коридорах горел неяркий свет — как раз такой, чтобы можно было идти, не боясь оступиться, но рассмотреть что-то в двух шагах от себя было нереально. И тем не менее я рассмотрела.

— Что это, Коул?

Эльф тоже остановился, вглядываясь в один из тёмных провалов, которыми ночью казались ниши возле стены и колонны.

— Кажется, это чьи-то ноги.

Мы, не сговариваясь, подошли поближе… чтобы почти тут же отпрянуть. Коул грязно выругался, а я закрыла рот ладонью.

— Шайна… беги к дежурному магу… — с трудом выдавил из себя эльф. — Скорее!

Я кивнула и сорвалась с места.

Там, возле стены, лежала девушка с окровавленным затылком. И мне даже не нужно было смотреть ей в лицо, чтобы понять, кого именно ударили по голове сегодня ночью.

Принцессу Даниту.

Глава пятнадцатая

Наследный принц Дамир

Когда Шайна не явилась к отбою, у наследника неприятно засосало под ложечкой.

Может, просто осталась в борделе? Наверное, могла. Но почему так тревожно и противно? И внутри что-то дрожит, как бывало всегда, когда он чувствовал грядущие неприятности.

Дин тоже не спалось. Она сидела на постели, уставившись в одну точку на стене, и лицо её было напряжённым. Она волновалась, только не хотела этого признавать из-за обиды.

И с каждой прошедшей минутой их беспокойство становилось всё сильнее и сильнее.

— Ну где же она… — прошептала Дин, когда после отбоя прошло два часа.

— Волнуешься? — усмехнулся Дамир, встал с кровати и сел рядом с Рональдин. Погладил её по напряжённой спине, дотронулся до золотой косы.

— Да, — огрызнулась девушка, раздражённо поведя плечами. — А по-твоему, не должна?

— Ну-у-у… — протянул Дамир и вновь усмехнулся. — Когда ненавидят, обычно не волнуются.

Дин вздохнула. Повернулась так, чтобы видеть его лицо, и тихо сказала:

— Я не ненавижу её. Всю ночь ворочалась, думала… Страшно злюсь, это да. Убить готова… Но не ненавижу. Глупо?

— Нет. Наоборот.

Дин немного помолчала.

— Знаешь, на что похожа эмпатия? Она как музыка. Я постоянно, на краю сознания, будто слышу музыку. Несколько десятков различных музыкальных инструментов… И если я постараюсь, то смогу различить их все. Каждый играет собственную мелодию, и все они, сливаясь, напоминают постоянный нестройный хор в моей голове. На тебе есть амулет,