Смертник из рода Валевских 1-10 - Василий Михайлович Маханенко

хочется обсуждать отца Урга и мой поход. Если к нам явятся представители Цитадели, так как ушлый старикашка оставил в сокровищнице какой-нибудь намёк на то, кто к ним приходил, будем думать, как оправдываться. Сейчас всё это бесполезно. Второй раз прыгать в сокровищницу нельзя. Уверен — там будут дежурить.

Наклонив книгу и посмотрев на свет, я увидел множество отпечатков. За тысячу лет этот артефакт брало в руки много людей и, что оказалось крайне полезным, никто не догадался протереть книгу. Только смахнуть пыль. Следы нашлись сразу — здесь тоже присутствовала последовательность линий. Экран загорелся и передо мной сразу же появились новые сообщения:

Обнаружено устройство для сопряжения.

Осуществить синхронизацию?

Функционал древних не подвёл — если книга со стихами предназначалась для развлечения, то словарь можно было подгружать в свой навык для дальнейшей работы. Согласившись с несколькими новыми оповещениями, я мысленно ухмыльнулся — количество слов, которыми можно было оперировать, значительно выросло. Но самое главное заключалось в том, что рядом со списком доступных слов появилось ещё одно поле — «Универсальные предложения». Конструкции, аналогичные слоту быстрого доступа. Хотя сами конструкции оказались не самого полезного содержания. Как может быть полезно условное создание стула из доступных материалов? Или парты? Карандаша? Бумаги? Хотя с бумагой ещё можно поспорить — вещь в нашем мире весьма полезная и дорогая. Начальный словарь, как я понял, годился тем, кто только начал изучать «Писательство». Детям, впервые познакомившимся с этим навыком. Что же — побуду ребёнком. Мне нужно собрать ещё четыре книги, чтобы интерактивная нейронная сеть забыла о своих угрозах и прямо сейчас я мог пополнить свою коллекцию сразу тремя экземплярами. Посмотрев на Кималя Саренто, что медленно листал список слов в книге, я начал формировать новое предложение.

Мне требовался телепорт в Храм Скрона. Полагаю, место, где меня допрашивал Четвёртый, идеально подойдёт для того, чтобы поговорить с Первым. Пора выяснить, что же на самом деле нужно механоиду, решившему стать одной из сил этого мира, а также насколько глубоко влияние на него Карины Фарди.

Глава 10

Комната, в которой когда-то я встречался с туманными служителями Храма Скрона, изменилась мало. Основное отличие от прошлого раза заключалось в том, что сейчас здесь никого не было. Помещение использовали для переговоров и сейчас механическим творениям не с кем было переговариваться. Хотя, было что-то ещё — я ощутил вибрацию пола. Раньше её не было. Если судить по сокровищнице Цитадели — таким образом Первый дал знать своим подданым о несанкционированном проникновении, так что мне стоило поторопиться. Неровен час сюда явится Карина Фарди, чтобы изгнать непонятное существо из недр своего партнёра.

Усевшись за гостевое кресло, я произнёс:

— Приветствую, Первый. Не нужно поднимать лишнего шума. Я эрцгерцог Валевский и явился сюда для того, чтобы с тобой поговорить. Желательно без свидетелей. Чтобы тебя заинтересовать, скажу тему разговора — речь пойдёт о том, чтобы сделать тебя одной из сил нашего мира. И да — этот вопрос я уже обсудил с Дознавателем и Инквизитором. Они согласны с моими доводами и предложениями. Осталось понять, согласишься ли с ними ты?

Вибрация исчезла. Всё же я оказался прав — сработала сигнализация или что-то подобное. Учитывая, что вся тёмная пирамида — тело Первого, его внутренняя система безопасности должна быть идеальна. Даже удивительно, что меня не скрутило или не удушило каким-нибудь газом.

Однако кроме исчезновения вибрации долгое время ничего не происходило. Я не слышал громоподобного голоса Первого, перед моими глазами не появлялся текст его обращения, не возникло никакого экрана, с помощью которого механоид мог общаться со мной. Возникли даже подозрения, что он отправил посыльных за Кариной Фарди и просто тянет время, так что я на всякий случай поднялся с кресла и встал в центре комнаты, готовый к тому, что дверца может открыться в любой стороне и в помещение войдёт сосуд Скрона. Когда одна из панелей отошла в сторону, мне пришлось приложить немало усилий, чтобы не воплотить портал и не сбежать из Храма Скрона.

В проёме появился один из туманных служителей и проход закрылся. Это был точно не Первый — он, всё же, был пирамидой целиком. Значит, кто-то из тех, кто решил проявить активность и уничтожить меня ради достижения всеобщего блага. Седьмого я прикончил, значит, точно не он. Или новый Седьмой, как вариант. Кто знает, какие в Храме Скрона правила наименования? Точно не я.

Туманный служитель подошёл к столу и уселся за центральное кресло, жестом указав мне занять место напротив. Никакой реакции на мою напряжённость. Я принял приглашение и, как только уселся, служитель заговорил:

— Я Третий. Первый поручил мне выступать перед тобой в качестве его голоса. Всё, что я буду говорить — слова Первого, не мои. Всё, что скажешь ты, будет сразу доходить до Первого.

— Почему я не могу общаться с ним напрямую?

— У Первого нет привычных людям способов коммуникации. Тебя что-то не устраивает?

— Наличие посредника, — не стал я лукавить. — Мне известно, что существа, именуемые от Второго до Седьмого, приняли решение меня уничтожить. Седьмой даже попробовал воплотить это в жизнь. Откуда мне знать, что ты действительно выражаешь волю тёмной пирамиды, а не пытаешься играть в свою игру, Третий? Ты можешь дать мне какие-то гарантии?

— Не существует доступного человеческому пониманию способа подтвердить тот факт, что сейчас говорю я. Первый. Ты должен просто в это поверить, эрцгерцог Валевский. Что касается Седьмого и его выходки, это тоже будет темой нашего разговора. Мне известно, что ты изъял сущность Седьмого. Я хочу её вернуть.

— Выходки? — удивился я. — С каких пор попытку убийства принято считать выходкой? Однако я пришёл сюда не для того, чтобы играться словами и подбирать наиболее благозвучные синонимы произошедшего. Я пришёл сюда с предложением, Первый. Мне известно, что ты хочешь стать силой третьей орбиты. Как и Карина Фарди. Хаос не желает её видеть. Она опасна. Непредсказуема. Резка. Но и дать возможность возвыситься только тебе Хаос не может — семь сил на третьей орбите нарушат то шаткое равновесие,