Земли мертвых - Жорж Бор

— Не знаю, — честно признался я, — Наверное да.

— Наверное да... — эхом повторила главная поляница и резко замедлилась.

Этого я не ожидал и кубарем полетел на землю. Секунду спустя монстр уже набрал высоту и пошёл на разворот.

— Стоять! — подскакивая с земли, заорал я и весь отряд начал замедляться, — Да не вам стоять! Марья!

— Бегите! — проревел монстр, — Я выиграю время. Десять минут. Они уже рядом.

— Агрх! — я был в бешенстве. Остановить или задержать Марью возможности не было. На земля я хотя бы мог её догнать и вырубить пока она не придёт в себя, а сейчас просто бессильно смотрел на исчезающий в темноте силуэт, — Как же меня бесит эта ваша жертвенность! Микула!

— Здесь я, светлый князь, — настороженно отозвался великан.

— Сколько до точки назначения? — резко спросил я.

— Вёрст пять, княже, — уверенно ответил гигант, — Дели по прямой. Но там разлом будет. Его стороной обойти лучше. С версту крюк будет.

— Меняем план, — произнёс я, — Поляницы, кто старший в отсутствии Марьи?

— Я буду, княже, — отозвалась рыдеволосая девушка в нескольких метрах от меня, — Феклой звать. Каков наказ?

— Берёшь всех дев и уходите вместе с Микулой. Прохор, ты с ними, — твёрдо ответил я. Весь отряд испуганно молчал. В таком состоянии они меня видели очень редко. Почти никогда. И многих э о пугало, — Микула, доедешь всех до места. В целости. Награду получишь, как и договаривались. Вперёд!

Народ неуверенно потянулся к старшему великану. Микула растерянно топтался на месте. Прохор вообще не двигался, буравя меня хмурым взглядом.

— Ходу-ходу! — прикрикнул я на замерших людей и повернулся к Никите. Десятник поймал мой взгляд и вопросительно выгнул брови, — Бусы новые хочешь?

— О то ж, — кровожадно улыбнулся Никита.

Микула неодобрительно покачал головой и поманил за собой сыновей. Следом, постоянно оглядываясь, потянулись поляницы

— Много парней не бери, — направляясь в сторону куда улетела Марья, произнёс я, — Может выживет кто-нибудь.

— Добровольцы есть пойти за нашим князем на смертный бой?! — рявкнул десятник и вскинул к черному небу пламенеющий алым светом меч, — Всех не зову. Кто поляжет в поле, тому вечная слава в веках и честь среди предков. Кто уйти решит, то пусть весть родне передаст, что бились сыны Смоленска до последнего вздоха за своего князя!

Никита развернулся и, не говоря больше ни слова, пошёл за мной. Кто ещё решит к нам присоединиться его вообще не интересовало. Со мной рядом десятник готов был сражаться против всего мира.

Некоторое время мы шли вдвоём, а потом я услышал приближающиеся шаги. Слева появился Прохор. Воевода проигнорировал мой приказ, но винить его в этом было глупо.

— Не можно, чтоб князь без воеводы в последний бой шёл, — хмуро произнёс богатырь.

— И то правда, — улыбнулся я и мельком взглянул назад.

На расстоянии в несколько метров за нами молча шли дружинники. Дюжина. Все, кто выжил к этому моменту. На лицах парней была написана решимость сражаться до самого конца. К собственному стыду я вдруг понял, что даже не знаю их всех по именам. Хотя...сейчас это было не так уж важно.

Я перешёл с быстрого шага на бег. Дружина превратилась в единый боевой организм под управлением Никиты. Покрытые алой бронёй воины легко обогнали нас и выстроились цепью впереди, готовые встретить первый удар противника.

Через несколько минут я увидел впереди одинокую вспышку огня. Сильно выше горизонта. Она осветила темноту всего на мгновение, но этого было достаточно, чтобы дать нам направление. Марья уже вступила в бой и была ещё жива.

Я активировал реверс Дестабилизации. Никаких приказов отдавать не пришлось. Гридни мгновенно ускорились, словно получив конскую дозу лютого допинга. Дюжина алых шлейфов прочертила темноту. Рядом сиял золотом Прохор. Воевода не стремился принять участие в бою, выбрав своей целью мою защиту.

Новая вспышка впереди подсветила тонны шевелящейся тёмной плоти. Стражи Эрлик-хана не отличались разнообразной фантазией. Наверное, это было к лучшему. Сражаться с ордой разномастных чудовищ было бы сильно сложнее.

Позади послышался нарастающий грохот, будто за нами по пятам неслась горная лавина. Я был уверен, что все противники находятся впереди, поэтому даже оборачиваться не стал.

Дружинники добрались до сплетений гигантских червей и устроили там настоящий террор. Алые линии метались вдоль чудовищной массы плоти, уничтожая всё на своём пути.

Мимо пронеслось несколько громадных тел. Я ещё раз активировал реверс Дестабилизации, чтобы повесить баф на решивших принять учестие в бою великанах и только после этого заметил расположившихся на их плечах поляниц.

— Вот заразы, — зло проворчал я и прибавил хода.

Великаны врубились в толпу Стражей, сминая и вырывая с корнем отдельных червей. Поляницы превратились в живые огнеметы, которые уничтожали всё в радиусе зоны поражения.

Никита давно присоединился к остальным гридням. Вокруг десятника постепенно формировалось облако алого света, в котором мгновенно исчнзала плоть стражей.

Сверху спикировала Марья. Трехглавый монстр выдал струи пламени, но захлебнулся в атаке. Десяток червей поднялись на пути амазонки и тащили её на землю.

Дестабилизация!

Ближайший монстр упал на землю горой неподвижного мяса. Небольшая отсрочка в десять минут особой роли не играла. Чтобы нанести серьёзный вред Стражу, я должен был добраться до артефакта в его основе.

Десяток Удалений пробил мне дорого через тело следующего червя. В бой вступил Прохор. Воевода рассек ползущее мимо мясное бревно до середины и тут же исчез в пасти другого. Только теперь богатырь знал, как поступать в такой ситуации. Червь кашлянул и завалился на землю. Прохор застрял у него в глотке. В прямом смысле этого слова.

Дестабилизация!

— Сбор! — расчистив пространство вокруг, заорал я. Рядом немедленно появились почти все гридни и я обновил баф. Сейчас у нас на счету была любая возможность усилиться, — Никита! Нужно найти Марью!

— Сто метров, — отозвался десятник и указал рукой в самую гущу червей, — Туда.

— Прорыв, — приказал я и первым использовал свой навык.

Микула пинком отбросил в сторону несколько безжизненных трупов и тут же рухнул на землю. Кто-то из сыновей помог ему освободить скрученные противником ноги. Бой очень быстро перерастал в безобразную свалку. Пару минут спустя я впервые увидел на земле здоровенный чёрный валун погасшего артефакта.

—