Избранные фэнтезийные циклы романов. Компиляция. Книги 1-20 - Юлия Алексеевна Фирсанова

тьма, и Янка запуталась в них в первую же минуту объяснения. Впрочем, девушке никогда особенно не нравилось глазеть на спортивные соревнования, разве что на биатлонистов, гимнастов и фигуристов, но ведь поболеть за своих – это святое.

Потому сейчас Яна и шла со своими напарниками к спортивному корпусу. Потому и честно стояла у низкого бортика, огораживающего поле, пока довольный Хаг, примеривший широченные перчатки, упражнялся с мечом в компании Лиса, Еремила, Авзугара и Пита. Последний настолько безбожно мазал при попытке дать пас или попасть в кольцо, что даже терпеливый Рольд не выдержал и признал полную бесполезность длинноволосого первокурсника для команды.

– Наблюдаешь? – спросил рядом смутно знакомый голос.

Яна повернулась к тренеру Леоре и улыбнулась приятной женщине:

– Да, парни предложили сходить с ними.

– Нравится?

– Нет, – честно призналась девушка. – Мало что понятно, но, кажется, у Хага и Лиса неплохо получается и им нравится. А это главное.

– Разумно, – согласилась мастер и, легонько коснувшись тонким пальцем красной полоски на лбу, спросила: – Где рожок посадила? Болит?

– Случайно. И уже не болит, только след небольшой остался, – растрогалась от такой заботы студентка. – У Лиса мазь хорошая, на ночь еще намажу.

– Не травмируйся больше, – улыбнулась Леора и подошла к Теобалю, стоявшему неподалеку и изучавшему новое пополнение игроков не менее придирчиво, чем Рольд. Похоже, тренер тоже являлся фанатом двана. Янка вздохнула и приготовилась еще немного поскучать.

Глава 20

О ковре и на ковре

Обратно троица с примкнувшими к компании Авзугаром и Еремилом возвращалась примерно через час. Потом от Хага, Надалика и оборотня попахивало изрядно. А вот Лис если чем и пах, то какой-то травой – кажется, полынью – и капелькой тархуна. Янка поневоле принюхалась и предпочла идти рядом с дракончиком. Заметив этот маневр, тролль нюхнул свою футболку и согласился:

– Ага, вспотел. Вернемся, в душ схожу. Можно было бы здесь в раздевалке сполоснуться, да Янку не хотел заставлять ждать.

– Сходи, сходи, приятель. А то и впрямь от тебя не розами веет, – не преминул заметить ехидина Лис, прихотью расы избавленный от прелестей типично мужских ароматов.

– У всех организм по-разному работает. Я вот тоже воняю чище лошади, когда вспотею, – буркнула Яна, немного завидуя дракону и испытывая неловкость от собственной способности обливаться потом при малейшей нагрузке. Особенно потела кожа на спине и под полной грудью.

– Нет, не наговаривай, – поведя носом по-собачьи, неожиданно вмешался Авзугар. – У тебя нормальный запах девичьего тела, а тролли всегда вонючи, чище оборотней. Мы-то эдак гнус едучий отгоняем.

– Тогда воняйте, – великодушно разрешил Машьелис под смешок девушки. – Пусть все здешние комары и нас заодно стороной облетают.

В общежитии блюстителей пророчеств, как обычно, было шумно. Студенты что-то бурно обсуждали в общем зале, сновали по коридорам и лестницам, перекрикивались через открытые двери комнат, решая свои проблемы и просто балагуря. Стеф сидел в общем зале. И, как обычно (Яна успела к этому привыкнуть), две очередные девушки, кажется, зеленая староста-дриада и розовая девочка-жвачка, пытались повиснуть на бедолаге и чего-то у него вытребовать: то ли помощи в учебе, то ли бессмертной любви. Эльф привычно уклонялся, а едва завидел Янку, Хага и Лиса, предпочел смыться вместе с тройкой первокурсников в свою комнату, как в бомбоубежище перед обстрелом.

Едва переступив порог, компания застыла в оторопи пополам с восхищением. Комната старосты не была похожа на типовую. Мало того, что Стеф, пользуясь привилегией главы факультета, жил один, так он еще и изменил помещение до неузнаваемости.

В первую очередь в глаза гостям бросилось здоровенное дерево, раскинувшее корни и толстые ветви в центре. Густая листва его большей частью свешивалась в сторону правого угла, создавая естественный балдахин над широкой кроватью, накрытой какой-то кремовой в коричневых пятнах шкурой. Корни и ветки гигантского дерева образовывали прочую мебель: диван, кресла, даже пару табуретов с мягкими подушками мха. Единственными искусственными элементами являлись огромный застекленный шкаф во всю правую стену, забитый книгами, свитками и прочими учебными материалами, и большой письменный стол с той же самой разносортицей предметов на столешнице. Ковра в комнате не было, его заменяли мох и трава. Люстры и лампы тоже отсутствовали. Вместо них на ветвях были развешены фонарики. Они не горели, пока хватало света заходящего солнца. Зелено-коричневую комнату заливал золотисто-розовый поток, льющийся через два больших проема. Штор в обычном их виде у старосты тоже не имелось. Окна обрамлял живой плющ, игравший роль жалюзи.

– Вы что встали? Проходите, – махнул рукой Стефаль, не понимая реакции гостей.

– Классно устроился! – выдохнул Лис, вертя головой, как флюгером, а временно онемевший Хаг лишь что-то нечленораздельно промычал.

– А как оно тут растет? – поинтересовалась Яна, кивнув на дерево.

Не хитрое дело затащить в помещение растение, выкопал, пересадил в большой горшок. А вот как заставить его расти без земли?! Тем паче такую громадину? Корни-то, девушка видела отчетливо, ни в какой вазон не уходили.

– У меня родовой дар – разговор с растениями. Я пригласил са-орою из лесов моей родины разделить со мной кров и пообещал делиться силой, – объяснил необъяснимое эльф, с точки зрения Яны, совершенно ничего не объясняющим образом. – Дерево согласилось.

– Он в него силу закачивает, как мы вчера в пустые листья Игиды, – перевел для зависшей напарницы Хаг. – Только, ясное дело, побольше.

– Это сколько же ему, такой махине, надо?.. – прониклась Яна, припоминая свои вчерашние потуги запихать в пустышку листа Игиды хоть чуток силы, и еще сильнее зауважала трудолюбивого старосту.

– Не слишком много, – повел плечом эльф, испытывая легкое смущение, как если бы он похвастался перед новичками своей силой, хотя ничего такого и не хотел.

– Очень красиво и уютно, хоть и необычно. Я ничего подобного никогда раньше не видела! – похвалила землянка, рассматривая траву на полу и пытаясь сообразить, надо ли снимать обувь или можно проходить так. Лис и Хаг сомнениями не утруждались и уже приземлялись на диване-корне, спинку которого образовывало сплетение ветвей, а мягкости придавал не мох, а совершенно обыкновенные длинные подушки насыщенно-изумрудного цвета с золотой вышивкой.

– Обычная эльфийская комната, – снова почти оправдался Стеф, не часто принимавший у себя гостей. Во избежание провокаций он предпочитал решать вопросы в общем зале.

– Я ни обычных эльфийских комнат, ни эльфов до того, как оказалась в академии, ни разу не видела, извини, – призналась Яна и, не разуваясь, прошла к креслу, оборудованному по тому же принципу, что и диван. – У тебя здорово!

Стефаль польщенно улыбнулся – видно было, староста своей комнатой гордился – и присел в соседнее кресло. При этом Яна заметила: ветка-подлокотник сменила положение, подлаживаясь под руку хозяина. Для гостей гигантское растение, вероятно, не сочло нужным стараться, или гости просто не