Путь от змеиного хвоста - katss

процентов на тридцать увеличить вес относительно нынешнего образца, без усталости она промашет недолго. Придётся так или иначе останавливаться и отвлекаться на то, чтобы взбодрить саму себя. Опасно. В ситуации, когда нападающая сторона смогла вывести из строя всю команду охотников активного типа и добралась до хила… Хил уже не может отвлекаться на усталость или что-то ещё. Любое неудобство станет фатальным.

— Резонно, — кивнул Кузьмин-старший. — Ну тогда я вообще предлагаю пустить эту лилию в переплавку, как достойное оружие. И дать ему вторую жизнь, раз уж оно так бурно и неожиданно начало свою первую… — Я с любовью посмотрела на "фейский топорик". Ты ж моя лапочка…

— Согласна! Без этой штуки я б не выжила. Так что спасибо вам, парни! — Андрей похлопал меня по плечу: мол, всё нормально, так и должно быть, братишка… Серёга показал большие пальцы и широко ухмыльнулся:

— Ну что, раз мы всё выяснили, пошли теперь в кузню?

— Да, пора бы, — кивнул старший из братьев. — Сейчас накидаем более подробный чертёж, а ты пока примеришь рукавицы. Подтянем где нужно, проверим на практике — ну там, мож, неудобно окажется или ещё что, снимем точный замер и пересоберём уже начисто первую версию.

— А что, планируются и последующие? — поддела влюблённого в дело кузнеца. Тот посмотрел на меня снисходительно:

— А как же. Сходишь в первый портал, и доработаем. Как поймёшь, что ещё тебе в них нужно.

— Лук ей присобачьте, — подала голос мрачно молчавшая доселе Ирка. — А то как уважающая себя эльфийка и востру стрелу в жопу недругу не пустит?

— Н-да, Лиска, ты теперь от нас не отвертишься, — ухмыльнулся Серёга. — Нам самим стало интересно!

***

Просторная кузня имела как естественное, так и регулируемое электрическое освещение, обеспечивающее комфортную работу в любом углу в любое время суток. На здоровенном, грубо сколоченном из кое-как ошкуренных досок дубовом столе лежали пара перчаток и загадочного вида наколенники.

— Ты не смущайся тем, что сегменты пока болтаются… Сейчас подтянем по руке и закрепим, — пояснил взявший крайнее изделие Андрей. — Давай, примерь.

Приятель довольно споро надвинул мне на ладонь и перетянул через запястье высокий манжет. Его хватило где-то на две трети длины предплечья. Защёлкнул на пару условных "клёпок". Тем же макаром зафиксировал узкую часть в районе запястья. И принялся упаковывать большой палец…

— Ну, это надолго! — хлопнул Стрешнева по плечу Серёга. — Пошли, я тебе тут всё покажу.

— Ни фига себе у вас мелких деталей получилось! — удивилась я, по толку разглядев надеваемую на мою конечность конструкцию.

— А то! — фыркнул Андрей. — Считай, сутки вдвоём провозились с тремя подмастерьями на подхвате! И то, это пока кривой прототип. У нас были кой-какие намётки — ну там, Ирка, буйное ролевиковое прошлое, все дела… Мечты, которые не сбылись… Но одно дело — наваять всё это из жести, другое — выковать из полноценного металла…

— Как же вы успели? Вообще не понимаю, — призналась, по-новому оглядывая высокосегментированные изделия.

— А, это… — заухмылялся вернувшийся с Димой на буксире второй брат. — Во-о-он тот чан видишь? — ткнул пальцем в здоровенную бандуру в углу кузни. Навскидку литров так на триста. — Там наша заначка!

— Какая? — глубоко заинтригованная, я вопросительно посмотрела на парня.

— Интересно стало, да? Это я придумал! — не преминул похвастаться Серёга. Андрей фыркнул. — Молчи! Не ломай мне редкое удовольствие посмотреть на удивлённое лицо нашей Всезнайки!

— Да я вообще молчу, — пожал плечами старший. — Нравится тебе хвост распушать перед подругой детства — на здоровье! Чем бы дитя не тешилось, лишь бы не вешалось…

Серёга скорчил брату недовольную рожу. И с предвкушением спросил у меня:

— Ну так что, ты заинтригована?

— Колись, изверг малолетний! — засмеялась. Парень состроил загадочное лицо:

— Там у нас промежуточная стадия. Не жидкий, а мягкий металл. Как пластилин. Вот берём кусками, как Ирка тесто, и лепим.

Улыбка сползла с моего лица:

— Подожди. Как сплав может так долго находиться в стадии, отличной от твёрдой? У вас что, в этой рассыпающейся с виду фигне, под догнивающим корпусом спрятана новейшая система, поддерживающая высокие температурные режимы?! — Серёга покатился, держась за живот:

— Конечно, НЕТ!

— Тогда я ни черта не понимаю…

— А вот тут начинается самое интересное, Лис! — наставительно поднял вверх Кузьмин-младший. — Пока этот состав не увидит солнечный свет, он остаётся таким.

Если у меня отвисла челюсть окончательно, то у Стрешнева натурально зажглись глаза:

— Вы уже запатентовали технологию?

— Да когда б успеть! — фыркнул Серёга. — Сначала сами в афиге были, потом пришлось работать на этого Лискиного олигарха, Тимина… Только разгреблись, как она звонит: давайте парни, думайте! Ну мы и сели чесать репу. А остатки вот ещё в бочке болтались… Ну и нашли им применение. Там, в принципе, немножко оставалось.

— Андрюх, погоди. Я должна увидеть это чудо лично… — выдрав упакованную на все клёпки руку, метнулась к бочке. Уточнила:

— Под лампами точно можно открывать? Не испортится?

— Можно, — кивнул Серега. Задержав дыхание, сдвинула крышку — рядом тут же протянулась помочь вторая пара рук, Стрешнев, и сунула нос:

— Охренеть… Полужидкий, матьиво, металл… Как?!

— А хер его знает, — пожал плечами наслаждающийся моментом славы Кузьмин-младший. — Мы просто выводили рабочие варианты сплава, который бы был пассивно стойким к атакам монстров. Тут в рецепте много всякой фигни намешано… Ну, знаешь, по наитию. Так много, что мы и сами толком не понимаем, что именно и в какой связке сработало вот таким образом… Нужны лабораторные испытания, а у нас здесь, сама понимаешь, не лаборатория, — парень усмехнулся. — Представь себе наш шок, когда ты вывалилась обратно из портала едва ли не в мини-бикини, но с — внимание — целым и бодрым топором! Картина Репина "Приплыли"…

— Слушай, ещё вопрос: вы его чем отковыриваете?

— Да стандартно, щипцами. На начальной стадии он не тугоплавкий… А что?

— …Отковырни маленький кусок. И крышку на всяк случай прикройте. — Серёга, с детства пинками приученный не задавать мне лишних вопросов, принёс щипцы и собрал со дна немного состава. Стрешнев вернул крышку на место.

От куска, не теряющего своей температуры, в приглушённом свете ламп шёл дымок. Я моргнула.