Эльф из КГБ 2 - Василий Сергеевич Панфилов

надменно пожимаю плечами, — одно дело — натёртости какие или простуду. Другое — калек по пути захватил с собой. С этим к целителю за отдельные деньги, а не странствующий монах с обетом.

Взгляд капитана «вильнул» и стало понятно, что да, захватил… Сговорились в итоге на деньги, отчего капитан был недоволен. Если бы не надежда обмануть эльфа, хрен бы он стал причаливать, судя по обрывкам эмоций. Но раз попался… придётся брать меня на борт, иначе люди не поймут.

Выделили достаточно внушительный закуток внутри судна. Не каюта, а так — немного свободного пространства между брёвнами.

— Снидать сам думай, что, — буркнул капитан, пытаясь хоть в мелочи уязвить, — но огонь не разводи.

В отличии от капитана, команда была настроена ко мне лояльно. Через полчасика один из матросов притащил котелок с вкуснейшей кашей и оставил в закутке, подмигнув.

— Ты это… не думай, что все люди такие, — втолковывал мне через пару часов немолодой Савелий, решивший почему-то, что я только-только из Леса и с людьми не сталкивался.

— Не думаю, — чуточку снисходительно улыбаюсь ему, — такие вот… контрацептивы и у нас встречаются.

Незнакомое слово заинтересовало моряка и он потребовал объяснений. Объяснил, потом ещё, ещё… через несколько минут Савелий притащил тетрадку и своего внука, тоже ходившего на беляне. Суставы подростка ещё не скрючило от постоянной сырости и тяжёлой работы, так что Ваньша торопливо записывал за мной «мудрёные» слова с переводом — из тех, что можно использовать в качестве ругательств.

Старик с внуком хихикали и предвкушали цикл лекций по филологии, которые они будут читать чуть погодя остальным матросам. У них это выходило так забавно, что даже Маска высокомерного эльфа чуть треснула, и из неё выглянул любопытный эльфийский подросток…

… что и правда, и Маска одновременно.

На судне я старательно «полировал» Маску, чтобы с одной стороны — полностью вписываться в концепцию надменного эльфийского аристократа, который всех остальных считает ниже себя. А с другой — не стать при этом неприятным типом, вызывающим отторжение. Так, обычный молоденький эльф «с претензиями» из ещё не обтесавшихся в Большом Мире… Из тех, кто прячет стеснительность за высокомерием, но не очерствел ещё вконец.

Путешествие оказалось достаточно скучным, из развлечений было только общение с матросами — ради «полировки» Маски по большей части, уход за лосями и рыбалка прямо с палубы. Ещё немного развлекло шастанье по судну — бревенчатая конструкция оказалась очень остроумной и интересной. Впрочем, большую часть времени я потратил не столько на изучение конструкции беляны, сколько на изучение тайников.

Как принято здесь, матросам белян почти не платили, зато можно было брать на борт сравнительно небольшой груз — в зависимости от степени квалификации.Ну и как водится, многим хотелось брать несколько больше груза, чем можно. Ну или провозить запрещённые. Никакой гадости в контрабанде я не обнаружил — так, обычные товары, на которые были излишне высокие таможенные пошлины, не более.

Понимаю и одобряю… Государство, оно не всегда про адекватность и удобство для граждан.

К счастью, чуть больше чем через двое суток путешествие подошло к концу и я сошёл на берег в Ростове Великом, откуда можно было добраться в нужную мне Песочницу порталами.

Глава 4

В Ростове на несколько дней задержался — график я опережал достаточно сильно, так что мог позволить себе культурный отдых. А город… сказка! Этакая вариация на тему славянского фэнтези, притом не лубок, перекошенный в Веды, с сомнительными архитектурными и градостроительными решениями, а русская поэзия, застывшая в дереве и камне.

Ростов Великий и на Земле очень красив, а уж в Иггдрасиле, где строительство на порядок дешевле и быстрее, получился один из самых красивых городов. Правда, от земного Ростова осталось только название…

Общественные сооружения, храмы Богов, фонтаны, памятники, скверы… Притом всё это не только красиво так, что дух перехватывает на каждом шагу, но и продумано до мелочей. Если обжиться, то наверное, можно и попридираться к чему-то, а так, сходу — и не придумать, что же можно сделать лучше!

Величественные, огромные сооружения на главных улицах, где каменные дворцы соседствуют с теремами, сложенными из брёвен диаметров метров этак в пять, и всё это — с неизменной тонкой резьбой, рунами, виноградными и дубовыми листьями, изображениями сотен и сотен богов. Каменные плиты под ногами, огромные тенистые деревья, под которыми можно пройти из конца в конец в любой дождь, не промокнув, каналы с лодками и бесчисленные мосты, мостики, беседки…

А отойти чуть в сторону, и величественная, храмовая, чуточку официозная красота, сменяется тихими улочками с домами, где во дворах играет детвора вперемешку с собаками, кошками и десятками местных видов, среди которых есть и крохотные дракончики, размером с некрупного голубя. И запахи! Цветы, выпечка, запахи из трактиров… и ах, какая это симфония!

Всего через полчаса у меня едва не случился сенсорный шок от переизбытка информации и эмоций, так что опустился на лавочку в одном из сквериков, неподалёку от фонтана с играющими каменными дельфинами, а в воде — самые настоящие, вполне живые карпы-кои.

— Дядь, тебе нехорошо? — услышал я детский голос. Приоткрываю глаза — мальчишка-человек лет восьми, одет в нечто из «Славянских фантазий». Белая рубаха и порты, сапожки, шикарная вышивка… В общем, отпрыск очень не бедной семьи. По некоторым деталям, я бы даже сказал — очень богатой. Наряд стоимостью в несколько десятков золотых, и это только навскидку, он носит так небрежно, что я бы сказал, что для него это одежда не для выхода, а так… на улице с пацанами побегать, штурмуя соседские заборы и играя в мяч.

— Да, сенсорный шок, — вяло ответил я, не надеясь, что меня поймут.

К моему удивлению, мальчик кивнул понятливо и отошёл. Через несколько минут подошёл со взрослым, несколько звероватым мужчиной, явно из прислуги. Но не лакей, а скорее доверенный и проверенный дядька, нянькающийся с дитёнком чуть ли не с с рождения, и умеющий не только тетешкать отпрыска, развлекая и обучая его, или, скажем, качественно перерезать глотку вражинам так, чтобы не напугать ребёнка, но и понимающий людей немногим хуже матёрого опера.

— Вот, Савва, нехорошо ему, — сообщил ребёнок.

Савва опустился передо мной на корточки, посмотрел пристально в глаза и пробурчал что-то не слишком лестное об «Ушастых недорослях». В меру… он явно сталкивался уже с эльфийской молодёжью, и слова подбирал так, чтобы и проехаться по бестолковому мне,