Хроники странного королевства. Возвращение. (Дилогия) - Оксана Петровна Панкеева

– Как это неизвестно кого? Дон Аквилио его знает! И половина охраны знает! И чего было переполох поднимать?

– Значит, с ним общалась не та половина! И ты должен был обратить внимание! Ты ж король, хай тебе сто чертей в… Нет! Нет! Только не реви! Ты что?! Смеяться будут! Быстро утрись и назад во дворец! И попутно подумай, что ты будешь объяснять иноземным делегациям.

– Да правду скажу, – шмыгнул носом обиженный король. – Александр этого товарища тоже хорошо знает, он поймет. Пафнутий все равно промолчит. А что подумает зануда Элвис, мне наплевать!

Казак наконец обошел стол, загораживающий обозрение, и получил возможность пристально и подробно обозреть «неизвестно кого, орущего под окнами». Судя по тому, как расширились от изумления его вечно прищуренные глаза, худшие опасения Кантора были не напрасны. Кто б сомневался… Конечно, узнал…

– Здравствуй, Казак… – негромко произнес разоблаченный гость, честно пытаясь изобразить улыбку. – Что, не ожидал?

– От зараза! – Подневольный придворный маг быстро оправился от удивления и явно вознамерился предъявить вновь обретенному приятелю какие-то претензии. – Я ему, значит, цветочки принес на развалины Кастель Милагро, за упокой души его грешной помолился, а он, паскудник, сидит тут живехонек и короля от державных дел отвлекает! От же ж, надавать бы тебе подзатыльников, чтоб знал!

– Не надо ему подзатыльников! – испуганно вмешался Орландо. – Он и так контуженый!

Казак пристально всмотрелся в Кантора и с сожалением согласился:

– Это точно, ни подзатыльников теперь отвесить, ни горилкой угостить… Совсем хлопец расхворался. Да еще и проклял кто-то.

– А снять как-то можно?

– Ты что, до сих пор здесь? А ну немедленно во дворец! Тебя люди ждут!

– А вас тут оставить?

– Потом за нами вернешься.

– Ты что! – спохватился Кантор. – Он же забудет!

– Это верно, – согласился Казак. – Тогда придется отправляться всем вместе, и меня обязательно затащат потрепаться с прочими придворными магами. Ты подождешь?

– Подожду, – кивнул Кантор, втайне надеясь, что хоть этот переселенец своими нетрадиционными методами сумеет обнаружить неуловимое проклятие.

Ждать все же не пришлось. Придворные маги морских держав, которым этикет предписывал оставлять своих королей наедине во время подобных мероприятий почему-то выказали единодушное желание поздороваться с Кантором и спросить, как дела. Кантор едва успел шепотом предупредить Казака о своем нежелании раскрывать инкогнито. О том, как ему неприятно толковать о своем изрядно потрепанном здоровье, он предупредить не успел.

Первым делом все четверо по очереди перелапали многострадальную голову товарища Кантора и высказали четыре разных версии диагноза. После чего Силантий засомневался и признал, что он может ошибаться, так как пятая стихия – не его специальность, а Казак принялся высмеивать Морриган, обвиняя в некомпетентности. Метресса не осталась в долгу, и взаимные комплименты продолжались, пока не вмешался Хирон. Так же как это произошло когда-то с Кантором и Джоаной, кентавр поставил между ссорящимися коллегами свой самый мощный щит и посулил повесить «завесу безмолвия». Видимо, этот метод у него был универсальным на все случаи жизни. Затем обстоятельно аргументировал свою гипотезу и еще с четверть часа препирался с Казаком, который нашел в ней с полдюжины слабых мест. В результате ученые мэтры остались каждый при своем диагнозе, но все четверо сошлись на перечне показаний и противопоказаний. Перечень в точности повторял то, что рекомендовала Жюстин, так что ничего нового Кантор из него не почерпнул.

Затем господа магистры принялись искать возможное проклятие. Морриган авторитетно заявила, что никакого проклятия нет, и Казак опять начал над ней насмехаться…

Тут уж Кантор не выдержал и невежливо перебил обоих.

– Действительно, коллеги, – поддержал его Хирон, – не будьте детьми. Если вам уж так необходимо ссориться при каждой встрече, то хотя бы не делайте этого при посторонних. Казак, мы тебя внимательно слушаем.

Как и подозревал Кантор, его необъяснимая головная боль действительно была следствием проклятия. И наложил его некто, кому товарищ, в свою очередь, причинил такую же боль. А чтобы избавиться от этой мороки, надо…

Тут Казак расхохотался, коллеги начали его стыдить, а Кантор почувствовал желание огреть благодетеля чем-нибудь увесистым, чтобы не издевался.

– Ой, господа, если б вы знали то, что знаю я, вы б тоже смеялись, – выговорил наконец придворный маг Мистралии и, продолжая хихикать, сообщил: – А чтобы проклятие снять, тебе, хлопец, придется жениться!

Морриган тихонько прыснула в кулак, наглядно продемонстрировав бедному проклятому Кантору, что напрасно он надеялся остаться не узнанным. Зато простодушный Силантий невинно поинтересовался, что здесь такого смешного. Все когда-нибудь женятся.

– Все равно на ком? – уточнил Кантор, еще надеясь, что ситуацию можно как-нибудь исправить с минимальными потерями.

– В том-то и дело, что не все равно, – перестал смеяться Казак. – Тебе надо найти именно ту девушку, которая незадолго до тебя, в тот же день, точно таким же способом обидела проклинавшего.

– А кто он?

– А я откуда знаю, кто он и он ли это вообще? Может быть, и она. Вспоминай, кому ты мог сделать больно, и выясняй, кто из этих людей тебе зла пожелал. Может, оно тебя простит да само скажет, где невесту искать.

– Это не я! – категорически заявила Морриган.

Кантор отогнал шальную мысль, что прокляла его Ольга, и в невесты ему суждена какая-то из придворных дам, у которой хватило ума доставать расстроенную переселенку злорадными комментариями.

– И все? – уточнил он затем.

– А что ты еще хотел?

– Других проклятий нет?

– А сколько их тебе требуется, чтобы почувствовать себя достаточно несчастным? – продолжал зубоскалить Казак.

– Там точно нет ничего о женщинах?

– Это в каком смысле? – подозрительно прищурился специалист.

– Например, что я приношу им несчастье или вроде того.

Казак немного подумал, пристально всматриваясь в глаза Кантора, и недоуменно пожал плечами:

– Какой дурень тебе эту ерунду сказал?

– Не я! – опять высказалась Морриган.

Если бы гостей не позвали в этот момент их короли, окончившие свои государственные дела, Морриган с Казаком опять поцапались бы. Странный он все-таки, чем ему не понравилась красавица демонесса, что он ее святой водой вздумал облить?

Когда все официальные гости распрощались и удалились, Плакса со своим придворным магом все-таки затащили Кантора на ужин, который постепенно превратился в вечер воспоминаний.

Хотя все трое оставались безобразно трезвыми, ибо Казак не пожелал пить в одиночестве, атмосфера за столом царила такая, будто они подвыпили. Во всяком случае, Кантор именно так себя чувствовал и даже снизошел до того, чтобы поведать старому приятелю свою историю. Пусть даже вся она уместилась в десяток