Хроники безумного колдуна переродившегося в теле бога 3 - Vincent Bowence

— Мертвецу незачем знать! — мой тон был высокий и грубый, голос звучал искажённо. — Но я всем вам даю последний шанс: отступите и дайте нам разрушить башню!

— Отступить?! — Валк выкрикнул эту фразу с особым презрением, его голос был полон фанатизма. — Вы лишь пытаетесь отсрочить то, чего не избежать. Мы сделаем мир лучше, и я не отступлю! Вы падёте здесь!

— Знакомая фраза, — произнёс я, усмехнувшись. — Тогда мне придётся оборвать ещё одну жизнь героя!

Ко мне подошла Вурса, её взгляд был молящим.

— Мы с девчонками займёмся Ноэлой, — сказала она, еле сдерживая эмоции. — Разберитесь в Валком. Прошу, — она посмотрела мне в глаза, — не убивать мою сестру.

Мы молча кивнули, понимая её боль, и приготовились к битве. Аранольд, словно молния, кинулась на сестру Вурсы. Остальные последовали за ней. Выпад Аранольд вмиг остановила Ноэла, выставив вперёд чёрную, неестественно увеличившуюся в размерах руку, а после, с невероятной скоростью, перешла в контратаку. Я же напряг все свои мышцы, приготовившись к резкому выпаду.

— Рывок! — скомандовал я, и моё тело метнулось вперёд.

Ярость кипела во мне, жажда крови становилась только сильней. Я выставил кинжалы вперёд и вонзил их в живот Валка. Но лезвия вошли всего на сантиметр и тут же застряли в плоти. Кожа героя на глазах огрубела, превратившись в красную чешую — точь-в-точь как броня Квалоков. Враг слегка улыбнулся, его взгляд был полон насмешки, а секира вспыхнула огнём и со зловещим свистом закружилась над моей головой. Быстрый удар под углом чуть не достал меня, но я успел отпрыгнуть назад, вынув клинки из плоти. Оружие врага с треском воткнулось в землю, подняв облако пыли.

— Гром-Птица! — выкрикнул Валк, не давая мне передышки. В этот момент из тела врага вырвались мощные молнии, устремившись прямо в меня.

Мне удалось поднять барьер, но удар был силён. Я контратаковал своей магией.

— Гнев Преисподней!

Пламя вихрем поглотило Валка. Камень рядом с ним начал трещать от невыносимого жара. Но, когда огонь развеялся, враг всё ещё спокойно себе стоял, его кожа стала серой, выделяя какую-то мерзкую слизь.

— Что за хрень! — выкрикнул я, не скрывая своего раздражения.

— Это способность красной саламандры! — Валк улыбался, словно наслаждаясь моим замешательством. — Она выделяет специальную жидкость, что делает её невосприимчивой к огню. Моя способность — использовать сильные стороны живых существ после близкого контакта с ними. Иммунитет, усиление или атаки магией… мои возможности безграничны.

— Надеюсь, близкий контакт — это не совокупление, — произнёс я язвительно, пытаясь скрыть своё удивление от способностей врага.

— Ах ты, тварь! Вздумал шутить со мной! — на лице Валка проступили вены от гнева — секира в его руках вспыхнула ещё ярче. — Я сотру тебя в порошок!

Валк подпрыгнул на метров пять в высоту, словно гигантская лягушка, и раскрутил над головой свою пылающую секиру. Мне удалось отпрыгнуть в сторону, когда противник с грохотом приземлился на землю, замахнувшись оружием. От удара секиры о каменный пол образовалась глубокая расселина, а воздух, словно невидимый кинжал, прорезал пространство, издавая свист. Мне с трудом удалось отвести своё тело в сторону, уклоняясь от смертельного удара.

Валк продолжал наступать, нанося один за другим размашистые круговые удары. Всякий раз, когда огненная секира рассекала воздух, раздавался странный, зловещий свист. Я отвёл выпад врага в сторону своим клинком, контратакуя резко прямым ударом, целясь в сердце. Но плоть врага снова стала необычайно прочной, покрывшись красной чешуёй, словно живой бронёй. Хоть лезвию удалось немного войти в тело, этого было совершенно недостаточно, чтобы нанести серьёзную рану.

Я почувствовал глухой, тяжёлый удар в живот — Валк с силой толкнул меня ногой, заставив отступить назад. Неожиданно враг вытянул левую руку, и на его ладони образовалось углубление, из которого вылетело пару острых и длинных шипов. Мой защитный барьер легко сдерживал атаки, пока пара из них, отскочив от каменной стены, не задела меня. Однако мой доспех без труда выдержал и этот удар.

— Отличная защита! — рявкнул Валк, его секира вспыхнула ещё ярче, чем прежде. — Если бы хоть один шип вошёл в твою плоть, то он продолжал бы двигаться до самого сердца, пока не пронзил его. А я ведь хотел подарить тебе лёгкую смерть!

— Ещё посмотрим, кто сдохнет! Разрушительный Шторм! Шаровая Молния! — мощный вихрь, наполненный электрическими разрядами, тут же направился в сторону врага.

Валк же, не дрогнув, начал раскручивать свою секиру и резко замахнулся, совершив мощнейший удар. Моё заклинание было разрублено пополам и развеяно в воздухе, словно дым, а на лице героя снова появилась омерзительная усмешка.

— Отличное у тебя оружие, гадёныш! — я тоже улыбнулся, словно назло врагу, осознавая, что это всё лишь игра для соперника.

— Секира Разрушения, — произнёс Валк с нескрываемой гордостью. — Она способна сокрушить магию, пробить любые доспехи и даже поразить бестелесных существ, — враг снова принялся раскручивать оружие, предвкушая мою скорую гибель.

За моей спиной слышались звуки битвы: скрежет металла, крики и рычание. Мои спутницы отчаянно сражались с Ноэлой, мой же враг — Валк — стоял передо мной с горделивым оскалом, его глаза горели маниакальным предвкушением. Враг ринулся на меня снова, а я же сосредоточился, чувствуя, как сила течёт по моим жилам.

— Расширенная территория! — произнёс я, активируя навык, в надежде ослабить своего врага.

Валк сделал длинный выпад, пытаясь ударить меня по прямой траектории. Я тут же изогнулся и виртуозно вынырнул снизу из-под удара. Первый кинжал устремился в подбородок героя, но Валк резко выпустил из рук своё пылающее оружие, и мой клинок, пробив ладонь, вошёл в его плоть. Второй мой кинжал, словно змея, устремился в бок противника и пробил только что затвердевшую чешуйчатую броню.

— Взрыв Бездны! — произнёс я заклинание вплотную к врагу, отпрыгивая назад, чтобы уйти от радиуса поражения.

Пыль с камнями поднялась в воздух, но как только всё осело, Валк невозмутимо стоял на месте, словно только что вышедший из лёгкой битвы. Его кожа вдруг огрубела и приобрела сходство с черепашьим панцирем. А рана на боку начала стремительно затягиваться, словно её никогда и не существовало.

— Песчаный грот способен выдерживать огромные перегрузки и взрывы благодаря крепкому и при этом гибкому панцирю, — герой гордо выпятил грудь. —