Время Удачи - Дмитрий Романов

— Так перемена пять минут всего? — возмутился Вася. — Может мы тут посидим.

— И будете мешать моей медитации⁈ — из тумбочки появились печенюшки и водрузились на учительский стол. — Перемена — это прежде всего для учителя. Погуляйте пока, ученики. Вам полезно!

Выйдя в коридор, Жука не удержалась:

— Она прямая. Прямее не бывает и я не знаю, как с ней быть.

— Че? — нахмурился Казах.

— То! Все постоянно сомневаются, стесняются, сдерживаются, а эта училка… — девчонка задумалась, подбирая слова. — Она как будто с луны. Совсем ни в чем не сомневается и ничего не боится. Блин! Да она даже круче Масяни!

Надо же. Даже мир не перевернулся от такого смелого заявления. Одной фразой Жука умудрилась выбить из колеи не только меня, но и Казаха с Васей. Впору готовиться к новой смене гардероба нашей охочей до чужих эмоций подруги. Еще и сладкое начнет жрать как не в себя.

— Ну да. — осторожно начал Вася. — Мировая баба.

— Ага. — тут же вставил Казах. — Моргнуть не успеешь, как эта «мировая баба» тебя к псам затащит.

— Не. — здоровяк мотнул головой. — Я в армейское пойду. Решил!

— Да задрал уже! — ощетинилась Жука. — Все знают, что ты это решил. По сто раз на дню говоришь. Армейское, так армейское. Ну и дурак!

В короткую перепалку вмешиваться не стал — надоело уже. Хочется Василию в стойло дисциплины и чужих приказов — его дело. Парень умом не блещет и сам это понимает. Так что флаг в руки!

— Эй, тупенькие мои. Заселяйтесь обратно! — раздался истошный вопль из-за двери.

— Пять минут еще не прошло! — с восторгом в голосе заявила наш Эмпат, тут же ввалившись в класс.

Ничего не оставалось, кроме как проследовать внутрь. Все равно никакого намеренья оскорбить выкрик училки не имел. Тут Жука права — Собеева сама по себе такая.

— Садимся побыстрее и внимаем моей мудрости, детки. — вещала учительница. — Сейчас у нас урок новейшей истории и мы быстренько ее разберем. Так?

Наш ответ ей оказался не нужен.

— Так! — она довольно кивнула само́й себе. — И сегодня темой нашего урока станет, не позорное бегство Романовых, а причины прекращения резни благородного сословия. Силин, с чего началось это пресловутое «Примирение», в честь которого целый праздник назначили?

— Ну-у. — начал Вася. — Когда Советская власть поняла, что над страной нависла угроза, то она простила остатки недобитых благородных и сослала их отвоевывать Сибирь. Чтобы кровью искупили свои злодеяния.

— Чушь! — безапелляционно заявила училка. — Типичное «кухонное» словоблудие пролетариата. Какая такая Советская власть? Ты всерьез думаешь, что это решение собрания великодушных крестьян, рабочих, матросов и солдат? Да этот сброд к серьезным делам не подпускали ни тогда, ни сейчас. Угроза нависла? Так она нависла где-то в другом месте, а не там, где люди друг другу глотки ради власти грызть готовы. К тому же, что там осталось от этой угрозы, когда старая кровь ударила в тыл войскам Рейха? Громовержца все знают, а о Тамаре «Болотнице», умалчивают. Еще неизвестно, кто сильнее армию немцев проредил.

Поняв, что отвлеклась, учительница вернулась к опросу:

— Казанцев, ты что скажешь?

— Что измы из лесов полезли и кривых много появлялось. Советская власть поступила мудро, позволив старой крови фактически захватить малолюдные районы Сибири. В центральных районах, благодаря высокой плотности населения ни зверью, ни больным Туманным синдромом не удавалось причинить много вреда.

— Чушь! — вновь выпалила толстушка. — Если в твоем ответе нет классовых предрассудков, то это не значит, что он правильный. Меньше телевизору верь! Думаешь, в столице так уж мало аристократии осталось и благородные массово дыры таежные затыкать укатили? Полно осталось! А что за бред про захват малолюдных районов? Они по железке прибыли, спокойно разместились в городах, а встречали их если и не с радостью, то с облегчением. Устал простой народ от черных кожаных плащей с наганами, от которых непонятно чего ждать. Хаос царил везде, а старая кровь явилась той самой мелодией стабильности, по которой скучали те, кто помнил дореволюционные времена.

Я ожидал ожидаемого вопроса, но спросили не меня.

— Боголюбова, ты что думаешь?

— Семнадцатого октября тысяча девятьсот пятнадцатого года случилась Великая Социалистическая революция и царский режим рухнул. — четко затараторила Жука. — Гражданская война продлилась два года, но старая кровь не смогла удержать власть — аристократы бежали из страны. Жизнь за границей оказалась тяжела и многие решили вернуться, но в составе вражеской армии Рейха. Однако это была лишь уловка и русская аристократия, понеся большие потери, рассеяла немцев. Красная и белая армии воссоединились. Затем они триумфально вошли в Москву, которая к этому времени уже была объявлена столицей. Белым все равно не доверяли! Ну а после инцидента в Китай-городе Гражданская война едва не началась снова. Вот только время старых обид прошло, а новых договоренностей наступило. На первом совете депутатов было принято решение о завершении вражды и…

— Хватит! — учительница хлопнула ладошкой по столу. — Читала учебник? Хвалю. Добавила от себя из исторических программ по телеку? Умница. Вот только все это чушь для слабых умов! Аристократы бежали из страны? Ты забыла упомянуть, что бежали они только потому, что их резали, как скот. Женщин насиловали и тоже резали, а рода изводили под корень вместе с детишками и прабабками. В Европу бежали те, кто смог убежать, Женя, а остальные драпали в Хабаровск, где закрепился Колчак со своей армией. Жизнь за границей тяжела оказалась? Ну еще бы! Рейх давил Европу во всех направлениях и это Романовым Бриты укрытие дали, а всех остальных погнали к Туманам, как скот. Выживших передали Рейху, чтобы придать войне с Россией хоть какой-то признак легитимности и получить поддержку Колчака внутри страны. Получили? Нет! Те, кто остался, считали сбежавших предателями родины и в армии Рейха очутились изгои. Не нужные ни своим, ни чужим. Пушечное мясо! Понятно⁈

Собеева даже со стула приподнялась, сурово оглядев класс.

— Шереметьев не предавал союзников и не был героем отечества. Он принял единственно верное решение — прорываться к Колчаку всеми силами. Из тыла Рейха, через армию красных, но прорваться! О каком воссоединении может идти речь, если эти люди резали друг друга, родню