Альфа-ноль - Артем Каменистый

И стонет страшно.

Для окта всё это мелочи, не заслуживающие ни малейшего внимания. В две секунды преодолев самые непроходимые завалы, я ворвался в задние ряды отступающего отряда. Забрасывая врагов магией и рубя мечом, направился прямиком туда, где пытался выбраться из-под лошади определённый под неё офицер.

Надо отдать врагам должное, меня то и дело пытались остановить. Швыряли дротики и копья, разряжая щиты, пару раз мелкими группами перекрывали дорогу. Но это обычные рядовые простолюдины, сплошная бледная «зелень», я играючи сметал все преграды, прорываясь дальше и дальше. И, глядя на кровавую тропу, что стелилась за мной, всё меньше и меньше врагов отваживались встать на пути.

Успел в последний миг. Офицер как раз поднимался, когда окт врезал ему грудью, снова отправляя на землю.

Слетев с седла, я прижал остриё меча к горлу поверженного противника и рявкнул:

— Ну что, отрыжка Тхата, добегался? Если не хочешь подохнуть прямо сейчас, отвечай, как вы связываетесь?!

— Ч… что?.. — пробормотал молодой воин, опасливо косясь на меч.

Почти ребёнок, как это нередко бывает в войсках Тхата. Южные аристократы полагали, что поход в Мудавию станет лёгкой прогулкой, и заранее забили офицерские должности своими отпрысками. Пребывание на войне — плюс для репутации и полезный бонус для тех, кто рассчитывают на карьеру при королевском дворе.

Вот и этот из таких. В глазах страх и растерянность, похоже, толком не понимает, что здесь вообще происходит.

Но уже начал пугаться, а это именно то, что нужно.

Я продолжал давить, не останавливаясь:

— Даже не вздумай врать! Я знаю, что вы можете связываться с другими отрядами! Вам, южным ублюдкам, Запретная пустыня ничего не запрещает! У вас есть какой-то амулет?! Или хитрый навык?! Говори, или я тебя прямо здесь выпотрошу, а труп оставлю стервятникам!

Чуть шевельнув клинком, я слегка рассёк кожу на горле.

Судорожно пытаясь вжать кадык, несчастный офицеришка затараторил:

— Постойте, господин! Постойте! Это не я вам нужен! Не я! Вам нужен господин Ицх Боцер!

— Что за Ицх?! Голову мне не морочь, падаль!

— Я не морочу! Господин Ицх. Он… он… Мне дали двух солдат, мы должны его охранять. Солдаты… ну… солдат нет теперь… А господин Ицх… вот… Это он связывался с другими отрядами.

Юнец опасливо вытянул руку, указывая на мага.

Тот на происходящее предательство никак не отреагировал. Лежал себе смирно на боку, уставившись куда-то в бесконечность стекленеющими глазами.

Да уж, рановато я решил с некромантией завязать. Сейчас остро не хватает навыков допроса недавно скончавшихся.

Впрочем, у меня есть живой источник информации.

— Ты хочешь сказать, что был при этом маге заботливой мамочкой, и знать не знаешь, как он связывался с другими отрядами?! Ты лжец, южанин! Я твои гнилые кишки на меч намотаю!

Убрав цзянь от горла, повёл клинок к животу, что резко повысило словоохотливость пленника:

— Господин, не надо! Умоляю! Сумка! Сумка за седлом господина Ицха! Сумка из чёрной кожи! Там то, что вам нужно!

— Если солгал, проклянёшь свою мать за то, что на свет недоумка родила! — пригрозил я, направляясь к лошади.

Отцепил сумку, раскрыл, заглянул. В ней ничего не было, кроме закопчённого детского черепа и такой же тёмной кости. Похоже на ребро, и тоже явно не от взрослого человека, но не уверен.

Почти снёс голову невесть откуда выскочившему солдату, намеривавшемуся ткнуть меня коротким мечом, после чего обернулся к пленнику, подбросил в ладони маленький череп и растянул губы в улыбке маньяка:

— Как тебя звать, ничтожество?

— Алле Накеар из семьи Бонамера.

— И что ж ты, дурашка из семейки Бонамера, совсем жить не хочешь?!

— Хочу, господин! Очень хочу! Я правду говорю! Господин Ицх тёр костью по черепу, и у черепа загорались глаза! После этого он говорил с черепом, и тот ему шептал в ответ. Такие кость и череп есть в каждом отряде. Правда! Ну, наверное, в каждом… это я так думаю. И, наверное, у генерала Шаена есть особенные кости. Ведь господин Ицх почти каждый час ему лично что-то докладывал и как-то раз сказал, что генерал умеет то, что никто кроме него не умеет. Поэтому у нас всегда хорошая связь.

Уставившись на череп, я обратился к ПОРЯДКУ.

Проклятые кости. Результат неизвестного ритуала Смерти. На ритуале была пролита невинная кровь.

Бросил взгляд на ребро, но ничего нового не узнал, — информация повторилась слово в слово. Покрутил кость в ладони, провёл ею по черепу. Ноль реакции, и надпись не изменилась ни на букву.

Надавил посильнее.

Глаза черепа начали разгораться.

— Я же говорил! Я же вам говорил! — пленник почти визжал. — Как глаза загорятся, можно говорить! Череп слышит! Клянусь, он всё слышит! А может и видит! Простите, господин, я не могу точно знать!

— Заткнись! — рявкнул я, поднимая череп на ладони.

Уставившись в глазницы, где мерцали нездорово-зеленоватые отблески, осклабился и прошипел:

— Какая удобная штука, эти кости! Я вас теперь быстро найду! Вы у меня за всё ответите, шакалы!

Растопырил пальцы, затем медленно сжал их, ломая череп на множество осколков. Одна глазница лопнула, свет во второй замигал и потух.

Разумеется, никого искать я не собирался. Да и понятия не имею, как в таких поисках может помочь загадочный череп.

Но если враги получили моё послание, оно может их озадачить. Они ведь не знают, что с такими артефактами я доселе не сталкивался, и потому полностью дремучий. Зато знают, что человек я непростой, полон загадок, регулярно сюрпризы преподношу. Глядишь, задумаются, засуетятся попусту.

Ладно, раз я их обманул, и никаких поисков не будет, что же тогда будет вместо них?

Что-что… Всё то, что предусмотрено планом.

Убегать мы будем, вот что.

⠀⠀

Глава 9

♦

«Безопасный путь»

— Господин, они добрались до места, где мы разогнали второй отряд, — доложил наблюдатель.

— Так быстро?! — неприятно поразился я.

— Да, господин. Простите.

— Тебе не за что просить прощение. Продолжай наблюдение.

— Да, господин. И ещё их лёгкая конница отставать начала. Не все, но больше сотни уже позади плетутся. У них самые плохие кони.

— Отличные новости.

На самом деле новости не сказать, что хотя бы хорошие. Куда им до отличных… Сотня лёгких конников на крестьянских клячах — всё равно, что ничто. Отстают они или совсем пропали, враг от этой потери слабее не станет.

Даже наоборот — он усилился. Мы ведь ту тысячу разгромили, но не перебили. Большая часть попросту разбежалась. Разве что тяжёлая конница