Доспехи света - Кен Фоллетт

Он отступил назад.

Эймос говорил бесстрастно, словно ему не было дела до Джарджа лично, а он лишь хотел помочь армии. Сэл знала, что это было сделано намеренно. Эймос выбрал ту линию поведения, которая с наибольшей вероятностью убедит судью, которого, очевидно, сострадание не слишком беспокоило.

Но сработает ли это? Судья колебался, сидя с черной шапочкой в руках. Дыхание Сэл стало прерывистым. В зале воцарилась тишина.

Наконец судья сказал:

— Я приговариваю вас к службе в 107-м пехотном полку.

Сэл ослабела от облегчения.

— Если вы будете храбро сражаться за свою страну, — сказал судья, — вы, возможно, в какой-то мере искупите свои преступления.

— Молчи и ничего не говори, — прошептала Сэл Джарджу.

Джардж молчал.

— Следующее дело, — сказал судья.

37

После битвы при Витории для Наполеона Бонапарта все пошло наперекосяк.

Битва при Лейпциге стала крупнейшим сражением в Европе для того времени. Она произошла в октябре, в ней участвовало более полумиллиона человек, и Бонапарт эту битву проиграл. Тем временем армия Веллингтона пересекла Пиренеи и вторглась во Францию с юга.

Бонапарт вернулся в Париж, но армии, победившие его при Лейпциге, следовали по пятам. В марте 1814 года союзники во главе с русским царем и прусским королем с триумфом вошли в Париж.

Несколько дней спустя Эймос прочитал в «Кингсбриджской газете» заголовок:

БОНАПАРТ ОТРЕКСЯ ОТ ПРЕСТОЛА!

Неужели это правда? Текст продолжался:

Это событие официально подтверждено депешами от генерала сэра Чарльза Стюарта. Павший тиран сложил с себя заботы правления и принял ссылку на острове Эльба, незначительном клочке суши у побережья Тосканы.

— Слава Богу, — сказал Эймос. Война закончилась.

В тот вечер на улицах Кингсбриджа царило ликование. Мужчины, никогда не служившие ни в какой армии, поднимали кружки и разделяли славу победы. Женщины спрашивали, когда вернутся домой их мужья и сыновья, но никто не мог им ответить. Маленькие мальчики мастерили деревянные мечи и клялись сражаться в следующей войне. Маленькие девочки мечтали выйти замуж за храброго солдата в красном мундире.

Веллингтону был пожалован титул герцога.

Эймос зашел в дом Джейн с глобусом на подставке в качестве подарка для их сына. Он час объяснял его устройство Хэлу, который проявлял живой интерес к подобным вещам. Эймос показал ему места, где армии Британии и ее союзников сражались с войсками Бонапарта.

Затем он сидел в гостиной на втором этаже Уиллард-Хауса, глядя на собор, пока Джейн читала ему письмо от своего мужа.

Моя дорогая жена,

Я в Париже, и наконец-то наступил мир. 107-й пехотный полк отличился до самого конца. Мы одержали сокрушительную победу при Тулузе. Сражение произошло, на самом деле, через несколько дней после того, как Бонапарт признал поражение, но, к сожалению, до нас эта новость дошла до нас уже после битвы.

Полк хорошо провел войну. В последних битвах мы потеряли сравнительно мало людей. Среди офицеров погиб только прапорщик Сэнди Драммонд, сын торговца вином. Капеллан, Кенелм Маккинтош, получил пулю в зад, что, следует признать, ужасно неловко для священнослужителя! Хирург извлек пулю, промыл рану джином и наложил повязку, и с капелланом, кажется, все в порядке, хотя он немного хромает. Прапорщик Джо Хорнбим оказался довольно хорошим солдатом, несмотря на свою молодость. Можешь сказать задиристому олдермену, что его внук все еще жив.

Двое кингсбриджцев, вступивших в артиллерию, оказались полезны при Витории, особенно Кит Клитроу, которого я уже знал как хорошего офицера по его службе в ополчении. Я переманил его к себе в адъютанты.

Теперь наш полк перебрасывают в Брюссель.

— В Брюссель? — спросил Эймос. — Почему в Брюссель?

— Слушай, — сказала Джейн и продолжила читать.

Представители стран-победительниц собираются в Вене, где они будут делить Европу определяя ее будущее и попытаются сделать так, чтобы у нас никогда больше не было такой долгой и ужасной войны, как эта. Один из важнейших вопросов, стоящих перед ними, является судьба Нидерландов. Мы освободили от Бонапарта завоеванную им территорию, но кому она теперь принадлежит? Пока этот вопрос решается в Вене, кто-то должен править в Брюсселе, и ходят слухи, что британская и прусская армии будут совместно контролировать Нидерланды до принятия политического решения.

И 107-й пехотный полк будет частью британских сил.

— А это значит, что никто из кингсбриджцев домой не вернется, — сказал Эймос. — Многие из их близких будут разочарованы.

— Что ж, я не буду в их числе. Для меня мало что меняется, здесь Генри или за тысячу миль отсюда.

Эймосу хотелось, чтобы она перестала твердить о том, как она несчастна с мужем. С этим ничего нельзя было поделать. Но он не жаловался. Он хотел оставаться с ней в хороших отношениях, чтобы иметь возможность видеться с Хэлом.

— Читай дальше, — попросил он.

*

К августу 1814 года полк расположился лагерем в поле под Брюсселем. Перевод Кита из Королевской артиллерии в 107-й пехотный полк в качестве адъютанта графа Ширинга был большой честью, но Кит все равно отказался бы, будь у него выбор, потому что это разлучало его с Роджером, который остался с артиллеристами. Кит понятия не имел, где сейчас Роджер, и это его удручало.

В остальном он был счастлив. Он зарабатывал десять шиллингов в день, до всех вычетов. Рядовой солдат получал восемь пенсов в день. Его работа в основном заключалась в передаче сообщений и выполнении поручений для графа, но в мирное время дел было немного, и он проводил свободное время, совершенствуя свой немецкий.

Он подружился с младшим офицером Королевского Германского легиона, британского армейского подразделения численностью четырнадцать тысяч человек, базировавшегося в Бексхилл-он-Си. Подобный парадокс с двойной государственной принадлежностью подразделения объяснялся тем, что король Англии Георг III был также и правителем германского государства Ганновер. Батальон немцев расположился лагерем в соседнем поле, и Кит с приятелем давали друг другу уроки языка.

Кит заставил солдат 107-го пехотного полка расставить палатки ровными рядами и вырыть отхожие места на краю поля. За справление нужды в неположенном месте полагался штраф. Еще на фабрике Барроуфилдов он усвоил, что даже правила, приносящие пользу всем, приходится насаждать силой.

У капеллана Маккинтоша, как и у офицеров, была своя маленькая палатка. Кит зашел к нему и нашел его лежащим на тонком матрасе, укутанным в одеяла. Его светлые волосы были влажными. Кит опустился на колени рядом с ним и потрогал