«Химия и жизнь». Беллетристика. 1995-2004 - Юрий Романович Охлопков

— Хорошо, — сказал он. — Я рискну. Вот кое-какая дармовая информация. Существуют и другие общества, помимо тех, о которых вы знаете из бомонтовской распечатки. Мы подозреваем, что одно из них и уничтожило вашу группу.

— Зачем? — спросила Ллуэлин.

Он пожал плечами.

— Если бы мы знали, зачем, мы бы знали, кто.

— Мы полагали, — начал Донг неуверенно, — что из-за того, что я провел математический анализ…

Ред рассмеялся.

— А вы думаете, больше никто этого не делал? Вы думаете, все остальные математики и социометристы, сколько их только есть в этой стране, не корпели над этой распечаткой, как правоверный еврей над Талмудом? — Он ткнул пальцем в сторону коробок, лежавших на столе. — Между прочим, пицца остывает. Вы как хотите, а я бы немного поел.

Коллингвуд молча достал из буфета несколько картонных тарелочек, положил на одну из них ломоть пиццы и протянул Реду. Больше никто не шевельнулся.

— Спасибо. Нет, — продолжал Ред, обращаясь к Донгу, — ценность математических фрагментов распечатки ни для кого не секрет. Нужно быть дураком, чтобы не обратить на них внимание, а теперь, когда Вейл нет в живых, дураков среди них не осталось. — Он откусил кусок пиццы, и ему тут же вспомнилось, как они с Сарой беседовали с Кеннисоном в пиццерии Тони. Запах сыра и томатного соуса; голоса людей за стойкой; острое крысиное лицо Кеннисона напротив; Сара, сидящая рядом, не совсем вплотную, но достаточно близко, чтобы ощущать её присутствие. «Как она сейчас там, на западном побережье?» — подумал он и почувствовал непонятную тревогу. — Нет, должна быть какая-то другая причина, почему вас решили убрать с дороги, — продолжал он, размахивая в воздухе ломтем пиццы. — Насколько я знаю, — он кивнул на телефон, — мы с вами можем работать вместе. Что вы на это скажете? Согласны обменяться информацией?

Коллингвуд взглянул на Вейна.

— Я предлагаю отвезти Кальдеро в поместье Детвейлера.

Вейн сморщился, как будто попробовал лимон.

— Вы думаете, от этого может быть толк?

Ллуэлин пожала плечами.

— Хуже не будет.

— О чем вы говорите? — раздраженно спросил Ред. Отвезти его в поместье Детвейлера? Не собираются ли они захватить его в плен, несмотря на то что его люди стерегут в коридоре?

Вейн чуть улыбнулся.

— Об обмене информацией. Мистер Кальдеро, вы играете в покер?

— Немного. А что?

— Так вот, у нашего мистера Детвейлера есть на руках пара, которую мы хотели бы перебить.

⠀⠀

— Ну-ну, — сказал Ред Мелоун, глядя сквозь полупрозрачное зеркало на двух человек, сидящих в библиотеке Детвейлера. — Ну-ну.

Один из них, с гипсовой повязкой на правом запястье, расхаживал по комнате, доставая с полок то одну, то другую книгу и рассеянно их перелистывая. Другой сидел в мягком кресле в стиле королевы Анны и раскладывал на карточном столе пасьянс.

— Похоже, им тут не очень нравится, — заметил он.

Адриан Детвейлер V усмехнулся.

— Бывает, что самая страшная пытка — пытка скукой. Они даже не разговаривают между собой — боятся, что мы их подслушаем.

Ред хотел заметить, что именно этим они в данный момент и занимаются, но промолчал. Впрочем, пленники ведут себя правильно. Профессионалы. Но чьи они?

— Как можно скучать, когда под рукой столько книг?

— Мне кажется, я их раскусил. Они не из книголюбов.

У старика был неразборчивый, гнусавый новоанглийский выговор, напоминавший конское ржание. «Теледиктор из него никакой, — подумал Ред. — Интересно, он специально так выучился?»

— Ну, насмотрелись? — Детвейлер протянул руку, чтобы задернуть зеркало шторой, но Ред удержал его.

— Еще минуту.

Он пристально вгляделся в обоих пленников. Через некоторое время тот, кто раскладывал пасьянс, заерзал в кресле, выровнял карты, которые держал в руках, постучав их боком по столу, и медленно оглядел комнату. Когда его взгляд упал на зеркало, он нахмурился и снова принялся нервно постукивать колодой по столу. Ред усмехнулся.

— Дайте мне поговорить несколько минут с этим вот картежником, — сказал он.

⠀⠀

Человек с картами подозрительно взглянул на вошедшего Реда. Тот улыбнулся ему и подошел, протягивая руку.

— Я вижу, вас тоже взяли? А кто вообще эти чудаки?

Человек вытянул из колоды три карты и открыл верхнюю. Это была восьмерка треф.

— Тебе не кажется, что этот трюк уж очень очевиден? — спросил он.

— Ну, я думал, попытка не пытка. — Ред подставил стул и сел напротив человека с картами. — Попробуй положить её на девятку. — Он показал на стол.

— Пошел ты… — сказал человек, но положил восьмерку на девятку. — Что вы сделали с моим приятелем?

— Это с тем парнем, которому руку малость ушибли? А как его зовут?

Человек пристально посмотрел на него.

— Никак. Где он?

— В сортир пошел. А даму клади сюда.

— Кто раскладывает, ты или я? — Человек швырнул карты на стол, смешал их в кучу и подвинул к Реду. — Вот, можешь попробовать сам.

Он еще раз посмотрел на Реда и вдруг прищурил глаза.

— Я тебя где-то видел.

Ред собрал карты.

— Возможно. Мир не так уж велик. — Он аккуратно сложил карты и перетасовал их. — Мне как раз то же самое пришло в голову. — Он снял карты, соединил обе половинки колоды и начал сдавать. — Ну как, Чарли, сыграем партию в рамми?

Чарли вздрогнул и уставился на Реда. Лицо его исказилось.

— О господи! — сказал он. — О господи!

⠀⠀

⠀⠀

11

⠀⠀

Детвейлер, конечно, сразу же созвал совещание в верхах.

Ред смотрел, как Чарли, взяв в руку стопку бренди, покосился на нее, потом обвел глазами стол и, встретившись взглядом с Детвейлером, сказал:

— Послушайте, а пива у вас нет?

Стоун поднял глаза к потолку, но Детвейлер, улыбнувшись, поманил к себе пальцем слугу:

— Пиво для Чарлза, — сказал он. — И для Бада тоже? Хорошо. Два пива. «Сэм Адамс Лагер» годится?

— Давайте уж три, — сказал Ред.

— Ты знаешь, они явились и начали про тебя расспрашивать, — сказал Чарли Реду. — Эти козлы из Департамента внутренних дел. Спасибо. — Слуга поставил перед ними три высоких бокала с пивом. Оно было приятного золотистого цвета, с белоснежной шапкой пены. Чарли поднял свой бокал. — Они хотели знать все, что мне про тебя известно.

Ред посмотрел на свой бокал. По стенкам бежали вверх вереницы пузырьков, становившихся по мере подъема все крупнее и крупнее. Он отхлебнул пива. Пузырьки возникают на крохотных, незаметных трещинках и дефектах стекла. Мы даже не знали бы о существовании этих трещинок, если бы на них не появлялись пузырьки. Реду пришло в голову, что эти скрытые дефекты похожи на тайные клиологические общества. Подходящее сравнение. Он отхлебнул еще