Доспехи света - Кен Фоллетт

Но была одна проблема. Эймос был отцом внебрачного ребенка. Знала ли Элси об этом или догадывалась? И если да, то как она к этому относилась? Ее брат Эйб был внебрачным, и она всегда была к нему добра и ласкова. С другой стороны, она была дочерью епископа. Выйдет ли она замуж за прелюбодея?

Он не знал ответа. Но он мог ее спросить.

*

Спейд был удивлен визитом Джо Хорнбима. И определенно заинтригован. Парень заслужил хорошую репутацию среди солдат 107-го пехотного полка, что было несколько неожиданно, как все говорили, учитывая, кто был его дедом.

Джо пожал ему руку и сказал:

— Я рад, что ваш шурин Фредди выжил при Ватерлоо.

Спейд кивнул.

— Он решил остаться в армии.

— Не удивлен. Он хороший сержант. В армии будут рады ему.

Спейд как раз был с Саймом Джексоном, который сидел за станком Жаккарда. Джо с интересом посмотрел на машину и сказал:

— Не думаю, что у моего деда есть что-то подобное.

— Скоро будет, гарантирую, — сказал Спейд.

Сайм объяснил:

— Дырки, пробитые в карточке, говорят станку, как ткать узор. Весь процесс становится быстрее.

— Удивительно.

— Я вам покажу, — сказал Сайм и несколько минут поработал на станке. Джо был заворожен. — А когда нужно сменить узор, просто вставляешь другую карточку, — сказал Сайм. — Его изобрел француз. Я знаю, мы должны ненавидеть французов из-за Бонапарта, но тот лягушатник, что это изобрел, был чертовски умен.

— Вы купили его во Франции?

— Нет, их делают Кит Клитроу и Роджер Риддик.

— Но вы пришли сюда определенно не для того, чтобы узнать о станке Жаккарда, Джо, — сказал Спейд.

— Нет. Я хотел бы поговорить с вами с глазу на глаз, если позволите.

— Конечно. — Слово «с глазу на глаз» предполагало, что Джо не хочет, чтобы его подслушали, поэтому Спейд сказал: — Пойдемте в мой маленький кабинет.

Они прошли туда, и Джо оглядел комнату.

— Не так великолепно, как кабинет моего деда, но уютнее, — прокомментировал он.

Они сели, и Спейд спросил:

— Что у вас на уме?

— Мой дед хочет, чтобы я покинул армию и начал работать в его бизнесе.

— И как вы к этому относитесь?

— Я хочу узнать больше о бизнесе, прежде чем решу.

«Как разумно», — подумал Спейд.

Следующее замечание Джо его удивило.

— Вы руководите Обществом взаимопомощи.

— Да…

— Мой дед говорит, что это замаскированный профсоюз, просто способ обойти Закон о союзах.

Спейд задался вопросом, не ловушка ли это.

— Я слышал, как он это говорил, — уклончиво ответил он. — Если он прав, то общество вне закона.

— Мне, в общем-то, все равно, так это или нет, я просто подумал, что вы сможете дать мне хороший совет.

«И куда, черт возьми, это все ведет?» — подумал Спейд. Он промолчал.

Джо продолжил:

— Видите ли, я не хочу вести дела так, как мой дед. Он превратил своих рабочих во врагов. Откровенно говоря, они его ненавидят. Я не хочу, чтобы меня ненавидели.

Спейд кивнул. Джо был прав, хотя не все это понимали.

— Я думаю, он добился бы большего, если бы попытался сделать их, пусть не друзьями, это нереально, но, возможно, своими союзниками, — сказал Джо. — В конце концов, они хотят производить хорошее сукно и получать за это хорошую плату, и он хочет того же.

Это было то, что чувствовали все разумные люди, но было поразительно слышать это от человека с фамилией Хорнбим.

— Так что же вы хотите сделать?

— Я пришел спросить вас об этом. Как я могу что-то изменить?

Спейд откинулся на спинку стула. Все это было крайне удивительно. Но ему представилась возможность наставить на путь истинный молодого человека, который станет влиятельной фигурой в Кингсбридже. Это мог быть ключевой момент.

Он минуту подумал, что сказать Джо, но на самом деле вопрос был несложным.

— Разговаривайте с рабочими, — сказал он. — Всякий раз, когда вы решите что-то изменить на фабрике, например, запустить новую машину или изменить часы работы, сначала поговорите с ними. Половина ссор в нашей отрасли происходит потому, что на рабочих что-то сваливают без предупреждения, и они сопротивляются всему новому, непонятному и пугающему. Объясните им, почему вы хотите внести изменения, обсудите с ними проблемы, которые могут возникнуть, посмотрите, какие у них есть предложения.

Джо возразил:

— Вы можете говорить со своими людьми, у вас их всего дюжина или около того. У моего деда только на «Свинарнике» больше сотни.

— Я знаю, — сказал Спейд. — Вот тут-то и полезен профсоюз.

— За исключением того, что они незаконны, как вы сказали.

— Многие владельцы фабрик, как в хлопковой, так и в шерстяной промышленности, хотят отмены этого Закона о союзах. С ним, да еще с Законом о государственной измене и Законом о мятежных собраниях, рабочие и слова сказать не могут, не рискуя головой. Поэтому люди быстро прибегают к насилию, потому как насилие является единственной доступной формой протеста, что у них есть.

— В этом есть смысл, — сказал Джо. — Спасибо.

— Обращайтесь в любое время. Я серьезно. Буду рад помочь, если смогу.

Джо поднялся, чтобы уйти, и Спейд проводил его до двери.

— А есть ли что-то одно, что я мог бы сделать прямо сейчас, — спросил Джо, — пусть даже мелочь, которая стала бы знаком, что грядут перемены?

Спейд на мгновение задумался и сказал:

— Отмените правило, запрещающее людям ходить в нужник, кроме как в определенное по расписанию время.

Джо изумленно уставился на него.

— Боже правый, неужели мой дед так делает?

— Еще как. И другие хозяева в городе тоже, хотя и не все. У меня такого правила нет. И у Эймоса Барроуфилда тоже.

— Еще бы! Это же чудовищное варварство!

— Особенно его ненавидят женщины. Мужчины же, если припрет, просто мочатся на пол.

— Отвратительно!

— Вот и измените это.

Джо пожал руку Спейду.

— Так и сделаю, — сказал он и ушел.

*

Эймос дождался, пока останется наедине с Элси. Это случалось раз в неделю, после воскресной школы. Они сидели за столом в комнате, все еще пахнущей немытыми детьми. Эймос сказал без обиняков: