Доспехи света - Кен Фоллетт

— Лучше бы так и было, — ответила Кейт. — Она за него немало заплатит.

— Поверь мне, — сказал Спейд. — Я знаю, что нравится женщинам.

Кейт презрительно хмыкнула, и Спейд рассмеялся.

Сама Кейт была вся в кружевах: кружевной шарф на плечах, длинные кружевные оборки на рукавах и кружевная верхняя юбка. У нее было милое личико, и кружево ей шло, но настоящая причина была в том, что она вложилась в большую партию и теперь демонстрировала ее покупательницам.

Лавка занимала первый этаж дома на Хай-стрит, где прошло их с Кейт детство. Кейт жила там со своей партнершей, Ребеккой. На втором этаже были спальни, которые могли использоваться как примерочные для клиенток. Еще выше располагались комнаты Кейт и Ребекки, а кухня была в подвале.

Пока Спейд любовался пальто миссис Латимер, сверху спустился его шурин в новенькой форме ополченца. Кейт обычно не шила мужскую одежду, но Фредди Кейнс был младшим братом покойной жены Спейда. Фредди было восемнадцать, его только что призвали в ополчение, и Кейт сшила ему форму в виде особого одолжения.

— Ну, — сказала Кейт, — вид у тебя просто великолепный!

Так и было, и ухмылка на его лице говорила, что он это знает.

— Ты будешь единственным новобранцем во всем ополчении Ширинга в форме, сшитой на заказ, — сказал Спейд. Офицерам шили форму на заказ, но рядовые носили дешевую готовую.

— Можно я в ней останусь? — спросил Фредди. — Хочу покрасоваться.

— Конечно, — сказала Кейт.

— Я вернусь за своей старой одеждой, она наверху.

Как только Фредди ушел, в дверь с улицы вошла миссис Латимер, кончик носа у нее покраснел от холода. Спейд поклонился, а Кейт сделала реверанс: жена епископа заслуживала уважения.

Но Арабелла Латимер всегда была проста и дружелюбна. Она тут же увидела на столе новое пальто.

— Это оно? — спросила она. — Какая прелесть.

Она провела по ткани обеими руками, сжимая ее, явно наслаждаясь ощущением. «Чувственная женщина, — подумал Спейд, — и впустую пропадает с этим толстым епископом».

— Примерьте, — сказала Кейт. — Снимайте плащ.

Миссис Латимер все еще была в траурной одежде. Спейд встал у нее за спиной.

— Позвольте помочь.

Он заметил, что ее волосы приятно пахнут. Она пользовалась душистой помадой для своих рыжеватых локонов.

Она сбросила плащ, и Спейд повесил его на крючок. Под плащом на ней было ошеломляюще элегантное шелковое платье черно-коричневого цвета, как обожженное дерево. Миссис Латимер определенно знала, какая одежда ей идёт.

Кейт взяла новое пальто и помогла ей его надеть.

Спейд пристально смотрел, сосредоточившись скорее на ней, чем на пальто. Ее волосы были поэмой разных оттенков: крепкого чая, осеннего листа, имбиря и соломенного блонда. Пальто идеально их оттеняло.

Она застегнула пуговицы.

— Немного тесновато, — сказала она.

Кейт открыла дверь в мастерскую.

— Бекка, дорогая, посмотри, пожалуйста.

Ее партнерша, Ребекка, вошла из задней комнаты с подушечкой для булавок и наперстком. Она была полной противоположностью Кейт — с простой внешностью и в простом платье, волосы туго заколоты, рукава засучены. Она сделала реверанс миссис Латимер, а затем обошла ее кругом, критически осматривая пальто.

— Хм, — произнесла она. Затем, словно вспомнив о долге вежливости, добавила: — Выглядит чудесно.

— И правда, — сказала Кейт.

— В груди тесновато, — сказала Бекка. Она достала из рукава мелок и сделала на пальто отметку. — На дюйм, — добавила она. Обойдя миссис Латимер сзади, она провела руками по бокам пальто. — В талии тоже. — Она сделала еще одну отметку. — Плечи сидят идеально. — Она отступила на шаг. — Подол пальто красиво ниспадает. Все остальное — превосходно.

Миссис Латимер посмотрела на себя в большое зеркало-псише.

— Боже, какой у меня красный нос.

— Это от джина, — сказал Спейд.

— Дэвид! — воскликнула Кейт. Она называла его по имени только когда делала замечание. Точь-в-точь как их мать.

— Это от ледяного ветра, — сказала миссис Латимер, но хихикнула, показывая, что шутка ее не задела. Она изучала пальто в зеркале. — Не терпится его надеть.

— Завтра оно будет готово, — сказала Бекка.

— Чудесно.

Миссис Латимер расстегнула пальто, Кейт помогла ей его снять, а затем Спейд подал ей плащ. Завязывая ленту, скреплявшую его у шеи, она сказала Бекке:

— Я загляну завтра.

— Благодарю вас, миссис Латимер, — ответила Бекка.

Миссис Латимер вышла.

— Какая привлекательная женщина, — сказала Кейт. — Красивая, очаровательная, и фигура прекрасная.

— Если она тебе так нравится, так и приударь за ней, давай, — резко сказала Бекка.

— Приударила бы, если бы у меня не было кого-то получше, моя дорогая.

Бекка, казалось, смягчилась.

— К тому же, — добавила Кейт, — она не по нашей части.

— С чего ты так уверена? — спросила Бекка.

— Уж больно ей мой брат нравится.

— Ерунда, — со смехом ответил Спейд.

Он вышел из дома через черный ход. Когда они с Кейт унаследовали это место, Спейд построил свой склад сзади, где раньше был фруктовый сад, а сестра взяла себе дом.

Кейт и Бекка были как муж и жена во всем, что имело значение. Они любили друг друга и делили одну постель. Они были очень осторожны, но Спейд был близок с сестрой и знал ее тайну уже много лет. Он был почти уверен, что больше никто не знал.

Он пересек двор. Подойдя к своему складу, он увидел, как в ворота со стороны заднего переулка входит высокая фигура Эймоса Барроуфилда.

Была пятница, и Спейд ожидал его визита. Эймос был бледен и взволнован, с широко раскрытыми глазами, живое воплощение нервного напряжения. Спейд придержал дверь склада.

— Проходи, — сказал он.

Он провел Эймоса в свои личные покои. Они сели, и он сказал:

— У меня для тебя новости.

Эймос выглядел напуганным.

— Хорошие или плохие?

Спейд полез за пазуху и достал лист бумаги.

— Прочти.

Эймос взял его.

Это был рукописный банковский чек, выписанный на «Кингсбриджский банк Томсона», старейший из трех банков города, и он предписывал выплатить сто четыре фунта, тринадцать шиллингов и восемь пенсов Джозефу Хорнбиму.

Эймос, казалось, лишился дара речи. Когда он поднял глаза на Спейда, в них стояли слезы.

— Это заем, разумеется, — сказал Спейд.

— Не могу поверить. Я спасен.

Спейд, чтобы