Исторические романы - Саймон Скэрроу

Биррий кивнул и крикнул:  -  Всем назад на « Олимпиаду», ребята! Нет времени на грабежи!  Давай, химеры вас побери,  выполняй команду!

Пираты бросили тела, которые обыскивали, и бросились на свой корабль через перила. Те, кто мог ходить, помогали своим раненым товарищам подняться на ноги и уносили их до тех пор, пока последний человек не покинул «Нептун». В то же время Герас проревел приказ экипажу «Трезубца Посейдона»  вернуться на свое судно.

Пока пираты карабкались обратно через узкую щель, Телемах с тревогой оглядывал следы кровавой бойни, разбросанной по палубе:  -  Где Канис?  И где Нерей, мой брат?  Где они?

Биррий нахмурился:- Я не понимаю. Несколько минут назад Канис был здесь .

Телемах лихорадочно осматривал изломанные тела вокруг мачты, ища любые следы присутствия римского префекта среди мертвых и умирающих. Затем из-за кормового грузового люка раздался резкий голос: -  Телемах!

Молодой капитан резко обернулся и увидел Каниса, выходящего на палубу с узкой лестницы, ведущей в его каюту. Префект остановился перед входом, великолепный в своих блестящих чешуйчатых доспехах, полированном шлеме и поножах на щиколотках. Перед ним стояла фигура с ввалившимися щеками, высокая, темноволосая, одетая в грязную рваную тунику. Канис приставил к шее мужчины кинжал, острие которого было прижато к его мягкой коже.

Телемах взглянул на растрепанную фигуру и почувствовал, как у него перехватывает горло. Лицо, которого он не видел десять лет, но которое все равно узнал.

- Нерей ... -  Он двинулся к брату, перешагнув через тело убитого римлянина у его ног.

Канис сильнее прижал острие кинжала к шее Нерея, заставив пленника скривиться от боли. Холодные голубые глаза римлянина уставились на Телемаха: -  Не подходи!-  сказал он по-латыни. -  Подойдешь ближе, и я перережу ему горло, клянусь Юпитером.

Телемах остановился в нескольких шагах от него. Горькая ярость вспыхнула в нем, когда он оценил степень ран своего брата. На его руках и лице было видно несколько шрамов и покрасневших рубцов, а два пальца на левой руке были отрублены, оставив корявые культи.

-  Что ты с ним сделал? -  спросил он.

-  Ничего такого, чего бы не заслужил этот негодяй, -  надменно ответил Канис. -  Но он пострадает еще больше, если ты не сделаешьв точности то, что я скажу.

-  Отпусти его, ублюдок!

Префект усмехнулся. -  Я так не думаю. Видишь ли, я планировал убить Нерея у тебя на глазах, после того как разгромлю твой флот в бою. Достойный триумф был бы, не так ли? Но после твоего маленького обмана он для меня стал гораздо дороже живой, чем мертвый.  Либо ты сделаешь, как я скажу, либо я его убью.

- Что ты хочешь?  -  осторожно спросил Телемах.

-  Безопасный переход с этого корабля. Мне понадобится корабельный тендер и двое моих людей на веслах. Если мне или моим людям будет нанесен какой-либо вред, или кто-либо попытается преследовать нас,  Нерей умрет.

-  Не делай этого, брат! – взмолился Нерей. -  Не позволяйте ему уйти!

Герас подошел к Телемаху и фыркнул на римского префекта:  -  Ты действительно думаешь, что мы поверим, что ты убьешь его? Сделаешь это, и мы с ребятами выпотрошим тебя прежде, чем ты успеешь пикнуть.

-  Я готов умереть, пират. Мне нечего терять.

- Чушь это все!  -  Герас сплюнул на палубу и сделал шаг к Канису, сжав рукоять меча. Телемах мгновенно протянул руку и схватил своего друга за руку, потянув его назад.

- Нет!  Подожди! Я тебе приказываю!  ...

-  Но капитан…

- Не перечь! -  Телемах снова перевел взгляд на префекта.  -  Если я соглашусь, как я могу быть уверен, что ты его отпустишь ?

-  Ты сам будешь сопровождать меня на лодке. Префект раскрыл губы в тонкой ухмылке. -  Таким образом, я буду уверен, что никто из твоих товарищей не сделает какую-нибудь пакость.  Как только мы окажемся на безопасном расстоянии от Равенны и ваших кораблей, Нерей будет освобожден. Ни тебе, ни твоему брату не причинят вреда. Даю вам слово префекта.

Герас повернулся к своему капитану и, понизив голос, заговорил по-гречески. -  Ты действительно собираешься доверять этому лживому дерьму?  Он убьет твоего брата, как только скроется из виду.

Телемах поджал губы. К настоящему времени большинство пиратов бежало обратно на свои корабли, и на борту триремы осталась лишь горстка людей «Трезубца Посейдона», некоторые отбирали ценности у морских пехотинцев, в то время как другие убивали раненых, которые еще дышали.  Брус протестующе заскрипел, когда «Нептун» медленно погрузился в море.

-  Последний шанс, -  заявил Канис. -  Соглашайся на мои условия и помоги мне выбраться отсюда в целости или сохранности, или смотри, как умирает Нерей. Выбирай.

Телемах на мгновение застыл в нерешительности, разрываясь между спасением своего брата и позволением ненавистному врагу сбежать. Затем его плечи поникли, и он опустил фалькату.

-  Очень хорошо, римлянин. Я согласен с твоими требованиями.

- Хорошо.-   Канис кивнул пиратам по обе стороны от Телемаха. -  А теперь пусть твои люди приготовят лодку.

Герас пробормотал себе под нос проклятие, но взгляд Телемаха заставил его замолчать, и первый помощник вызвал четырех человек из команды  «Трезубца Посейдона» и дал им инструкции. Мужчины потянули за шкивные канаты, подняли лодку и забросили ее за борт триеры, а двух гребцов, сдавшихся пиратам, подвели к боковому поручню.  Когда те  спустились в лодку и подняли весла, последние пираты запрыгнули обратно на  «Трезубец Посейдона».

Герас повернулся, чтобы покинуть флагман, с тревогой глядя на Телемаха: -  Вы уверены в том что делаете, капитан? -  спросил он .

-  У меня нет выбора, -  ответил Телемах. -  Либо так, либо Нерей умрет. Теперь иди.-  Он указал на  «Трезубец Посейдона». -  Освобождайте  корабль, пока этот флагман не утянул нас всех вместе с собой.

-  Да, капитан.

Герас перепрыгнул обратно на палубу «Трезубца Посейдона» и проревел ряд приказов. Через несколько мгновений абордажные тросы были вытянуты, и «Трезубец Посейдона»  повернул прочь, оторвавшись от «Нептуна» и дав себе место для маневра , чтобы уйти от подбитой триремы.  В то же время люди на «Олимпиаде» отчалили от другой стороны разбитого корпуса Нептуна.

Телемах оглянулся через плечо и увидел, что в гавани продолжает бушевать битва. Три пиратских корабля были повреждены или потоплены, остальные прижаты к биремам. Он снова повернулся