Великая и Святая Русь - Борис Львович Васильев

рыцарей торжествующе проткнул его, уже мертвого, копьем. Истекал кровью гигант Гол. Да и на Аскольде живого места не осталось. Слабеет рука. Застилает глаза кровавая пелена. Поплыло сознание… «Всеславна!.. Как ты там без меня? Как наш сын?..»

Горстка оставшихся в живых тевтонцев склонилась над телом Аскольда.

— Добить? — спросил один из рыцарей.

— Сдох уже! — сплюнул злобно Балк.

Победа ему и его подельникам обошлась дорого: все поле было усеяно трупами.

— Хорошо еще, Балк, — заметил стоящий рядом рыцарь, — что ты догадался взять целый отряд. Уж больно здорово эти стервецы дрались… Смотри, сколько наших положили! А их ведь всего трое было. Будь нас меньше, ушли бы они. Как пить дать, ушли бы… А теперь магистр тебя наградит.

— Хватит разглагольствовать! — огрызнулся Балк. — Возвращаться пора! Пока нас тут никто не увидел…

…Опоздал Зуб. Свершили уже свое грязное дело мерзавцы. Да и большая ли была бы от него польза при таком-то их количестве?..

Зато одно теперь Зуб знал точно: тевтонцы — враги. Огнем обожгла мысль: «Что будет с сыном Аскольда?» Он развернул коня и поспешил прочь. По дороге он все обдумал. Решил вывести Всеславну из замка обманом. И лишь потом все ей рассказать. На его возвращение в замок, а он ненамного опередил рыцарей, никто не обратил внимания.

Всеславна встретила его словами:

— Где ты пропадал, Зуб?

— Отсыпался на природе, — со смехом ответил тот. И тотчас предложил поехать встречать Аскольда, который наверняка сгорает от нетерпения увидеть сына.

Княжна было заколебалась:

— Разве можно такого маленького везти на лошади?

Но Зуб уверил, что все устроит, да и ехать, дескать, недалеко. Его слова ее убедили. Она стала быстро собираться. Зуб попросил захватить побольше одежды: мало ли что? Заодно посоветовал взять с собой драгоценности, пояснив:

— Всякое может случиться. Видела, сколько разных людишек в замке бывает? Поди потом, сыщи пропажу…

К его удивлению, их выезду никто не препятствовал. Объяснив дворскому причину отъезда, Зуб попросил еще и третью лошадь. Его просьбу исполнили, и он навьючил лошаденку приготовленным женщиной скарбом. Всеславна при виде коняги рассмеялась:

— Ты прямо как на целый месяц собрался…

— Идешь в лес на день — бери еды на три, — с видом знатока ответил Зуб.

Когда замок исчез из виду, он попросил у Всеславны ребенка, пояснив, что надо ехать быстрей. Бережно приняв бесценную ношу, козелец пришпорил коня. Остановились они, когда стало уже темнеть. И вот тогда-то Зуб рассказал Всеславне обо всем случившемся.

Выслушав, она поначалу набросилась на него тигрицей: почему не помог друзьям и почему сразу не сказал всю правду? Бедняга еле убедил ее, что фон Зальц и Балк не остановятся ни перед чем. Им надо спасаться! Спасать сына Аскольда!

Последние слова несколько образумили княжну. Но теперь она захотела непременно увидеть место, где остался лежать муж.

— Он жив, жив, — словно в беспамятстве, твердила она.

Пришлось Зубу вести ее в ночной темноте к полю боя.

…Они нашли Аскольда с многочисленными ранами и бездыханным. Всеславна упала мужу на грудь и заголосила:

— Милый, дорогой, открой глаза! Это я, твоя Всеславна!

И, о чудо, ресницы его… дрогнули.

— Милая… — прошептал он запекшимися губами, — я знал, что ты рядом… Любимая… Где наш сын?..

— Аскольдушка, вот он, смотри! Видишь, он весь в тебя! Твой сын, сынок…

— Сын… Андрей… Прости меня… Милая, береги сына. Я буду тебя жда…

— Не умира-а-ай!.. — Всеславна потеряла сознание.

Очнулась от плача ребенка. Зуб аккуратно положил младенца ей на колени, а сам молча отошел в сторону.

Долго еще потом убивалась княжна над могилой любимого…

— Пора, — тронул ее за плечо Зуб. — Ироды могут вернуться. А Аскольд просил беречь сына.

Этих слов оказалось достаточно, чтобы Всеславна поднялась и вернулась к лошади.

— Куда мы теперь? — с тяжким вздохом спросила она.

— Домой!..

Глава 45

Отто Балк возвращался в замок магистра, ощущая себя победителем. Вернулась былая наглость, ожила полузабытая самоуверенность. «Теперь уж, Маргарита, ты точно будешь моей! Дерзкого русича нет более в живых, а жалкий швед постыдно проиграл решающую битву. Куда им до меня, тевтонского рыцаря!»

Торжества по случаю победоносного возвращения рыцаря магистр не устроил: зачем привлекать внимание к событию, подвигшему членов ордена на исполнение пожеланий Рима? К тому же в замке полным ходом шла подготовка к грядущим завоеваниям.

А вот исчезновение Всеславны обнаружилось весьма скоро. Более всего отсутствие гостьи встревожило Рудольфа. Он принялся энергично выяснять, куда она могла подеваться, да еще с ребенком. Ситуацию прояснил лишь дворский, да и то как-то туманно. Прождав в ожидании еще несколько дней, Рудольф выпросил у дяди людей и вместе с ними обыскал всю прилегающую к замку местность. Однако беглянка как сквозь землю провалилась.

В замок юноша вернулся совершенно опустошенным. Видя мучения племянника, Герман фон Зальц попробовал его успокоить:

— Наверняка сбежала домой. Но ты не отчаивайся. Наш победоносный поход позволит тебе вернуть эту женщину. Не спорю, она хороша. Но стоит ли так убиваться? Оглянись вокруг: многие девы не менее прекрасны, чем Всеславна! Конечно, ты волен поступать по своему усмотрению, однако советую поучиться у сестры. Кажется, она начала смотреть на Отто более благосклонно, чем прежде.

…Да, Балку и впрямь было уже чем гордиться. Жизнь научила Маргариту терять мужчин, чтобы находить новых. Потеряв Аскольда, нашла Петра. Князь, как-никак. Неглуп, хорош собой… Именитый швед, опять же — долго добивался… Отто, конечно, всего лишь благородный рыцарь, однако ради нее готов на все…

Дабы отвлечься от горестных мыслей, Рудольф принял самое что ни на есть активное участие в подготовке предстоящего похода. Он жаждал реванша, рвался отомстить русичам за утрату своего счастья, одновременно лелея в душе надежду вновь его обрести. Наконец, отслужив должный молебен, полчища тевтонцев двинулись на восток.

С высоты холма взирал фон Зальц на огромное свое войско. Сердце магистра ликовало. Ровные, стройные отряды. До блеска начищенные рыцарские доспехи. Плечом к плечу идут лучники, копейщики, закаленные в боях рыцари. Какая сила способна противостоять им?! Рим будет доволен его деятельностью.

…И запылали русские поселения. Плач и стон опять пошли по Руси. И докатилось эхо беды до ватамана Петра, и взыграла душа его русская.

— Други мои верные! — обратился он к своей ватаге. — Доколе мы будем грабить купцов честных, когда Русь исходит кровью? Постоим же за свою землю-матушку! А коль голову сложим, Бог наградит нас!..

— Гоже!.. — гаркнула дружно ватага.

И двинулся Петр со своими бродниками на север — искать Александра Ярославича, прозванного к тому времени Невским.

И схлестнулся русский народ с тевтонскими завоевателями. Казалось бы, слабый, ограбленный, татарьем битый, ан нет — нашел в себе силы, сломил вышколенных спесивых