Великое княжество Литовское. XIV-XVI вв. - Александр Сергеевич Грушевский

Вече обсуждало и торговые дела и отношения. Из Полоцка, например, грамоты посылались в Ригу по торговым вопросам. Многое в торговых отношениях разрешалось на началах взаимности: два города принимали по обоюдному соглашению одни и те же меры, одни и те же правила. Необходимо было сообща условиться об этих правилах. Например, платить ли полочанам мыто от соли и от воску в Смоленске? Уставная грамота уравнивала в этом отношении полочан и смольнян и ставила разрешение этого вопроса в зависимости от торговой политики самих полочан: если полочане будут взимать мыто со смольнян в Полоцке, то в свою очередь должны платить это мыто в Смоленске. Таким образом, полочане вольны принять ту или иную систему таможенных отношений и сообразно с этим уладить свои торговые отношения со смольнянами[22].

Город сообща заведовал теми земельными имуществами, какие были в его контроле. В Полоцке, например, бояре-полочане и мещане полоцкие сообща ведали имения Св. Софии. Это софийские имения стояли особо от имений владычных, хотя и платили известную дань владыке. Как-то раз вышел спор[23] относительно людей полоцких – долчан, путилковцев и весничан: считаться ли всем этим людям софийскими и быть в ведении бояр и мещан полоцких либо, наоборот, считаться владычными, быть в присуде владыки, ходить на пригон на владычин двор. Сначала эти люди были в присуде владыки. Бояре полоцкие заявили, что·это софийские люди, не владычные, и «на поведанье» полоцких бояр в. князь, «вынемши з рук владичиных», передал людей этих в опеку боярам и мещанам полоцким. Позднее владыка заявил, что решение это неправильно, что люди эти «звечные владычины»: разведать о старине поручено было воеводе полоцкому п. Юрию Ивановичу, и тот по расследовании подал людей владыке полоцкому Луке. Не отказались, однако, от своего бояре и мещане полоцкие, привели новые доводы, добились перемены решения и получили судовый лист в. князя в свою пользу. Снова стал бить челом владыка Лука, прося освободить людей от опеки бояр и мещан: расследование старины поручено п. Станиславу Глебовичу. Дело решено в пользу владыки. Опека бояр и мещан над спорными людьми прекращена: «Болши того в тыи люди не надобе вступатися» мещанам и боярам полоцким. Так кончился контроль полочан и веча над софийскими людьми.

Вече издавало уставы, правила, обязательные для местного населения. В Витебске и Полоцке по совету со всею землею вече издавало уставы касательно различных важных вопросов местной жизни. В Витебске была издана, например, устава, как «мають за собою людей своих похожих вольных держати»[24]. Составлена устава эта совместно всеми кругами населения, заинтересованными в разрешении названного вопроса: «И владыка витебский и вси князи и панове бояре и мещане витебские»: участники обсуждения «положили вси сами межи собою своею доброю волею». Участники совещания, выработавши уставу, предложили присоединиться к умове касательно уставы и воеводе витебскому п. Яну Глебовичу. Воевода присоединился к этой умове и обещал со своей стороны «люди волные держати потому ж и по двором господарским витебским и по своим двором витебским». Таким образом, «устава и ухвала наша посполитая», выработанная совместно всем населением, принята и воеводою. Другая витебская устава касалась способа защиты замка Витебска. Боярство витебское решило участвовать своими людьми в повинности ремонта замка по совместному уговору с другими кругами населения: решено всем совместно, боярам с мещанами и людьми витебскими (поднялися вси посполито весполок) «заробити тридцать и три городни новых». Сообща с мещанами бояре обсуждали меры на случай пожара, сообща решили не держать «лазен в замку вышнем и нижнем для огню» и тушить огонь в домах по данному сигналу (як зазвонят). Кроме того, боярство приняло обязательство «приставляли и чинити сторожу к воротам городовым» с дворищ и дворов своих по селам и в самом Витебске. Устава о стороже у городовых ворот Витебских принята всем боярством витебским: «Панове бояре Витебские призволили вси весполок». Это такая же боярская устава, как и полоцкая устава о перейме за взятый на шляху скот: воевода полоцкий п. Ян Глебович «умовил со всими паны бояры земли Полоцкое и на том положил…».

Таким образом, местное население сообща вырабатывало уставу, обязательную для всех кругов местного общества, участвовавших в обсуждении правил, и затем сообщало эту выработанную уставу наместнику, прося его присоединиться к ней. Наместник со своими помощниками рассматривал предложенную уставу и, если находил возможным, признавал ее обязательность для себя и для круга лиц, состоявших в его ближайшем ведении. Можно допустить участие представителей местного населения в заседаниях совета при наместнике, посвященных рассмотрению устав, выработанных общими собраниями.

Представители местного населения участвовали и в суде наместника. Уставные грамоты подтверждали это как старую обычную практику. «А ему (воеводе) судити по целованью нашим судом досмотревши нрава с князи и з бояры и з мещаны (витебская грамота); а воеводе нашому полоцкому… судити ему с бояры и мещаны (полоцкая грамота)». Таким образом, участие в суде наместника представителей населения, князей, бояр, мещан, являлось продолжением старинной практики. Население дорожило своим участием в суде наместника и ревниво следило за всеми отступлениями в этой сфере. Прямое нарушение старины вызывало решительные протест населения и жалобы, доходившие до великого князя. Витебские князья и бояре жаловались в. князю на местного воеводу пана Януша Костевича, что он, нарушая старую практику, «поотнимал в них чти их, который они с предков своих мели»[25]. Это умаленье чти касалось именно участья в суде наместника господарского. Ведь прежде – заявили жалобщики – «с першими воеводами витебскими всякии дела наши и земскии справовали и теж с ними суживали и ряживали и пересуд с ними на полы деливали». Рассмотревши дело, в. князь решил в пользу жалобщиков «водлуг стародавного обычая». В. князь восстановил поколебленную старину, как «бывало здавна за предков их (т. е. жалобщиков). Мають они с паном воеводою справовати и рядити по толу, как здавна бывало». Таким образом, в. князь встал на защиту старины и предписал воеводе придерживаться ее и впредь при суде. Об участии мещан в суде воеводы упоминали отдельные акты и называли имени участвовавших мещан; так сохранились, например, имена мещан витебских Андрея Михайловича и Федька Кострицы.

Приведенные факты ясно свидетельствуют, что в укладе жизни больших городов XIV–XV вв. жива была старина. Благодаря бережному и внимательному отношению в. князей и постоянным напоминаниям наместникам быт складывался здесь так же, как и бывало здавна. Города жили в тесном общении с