Владимир. Святой язычник - Владимир Валерьевич Филиппов

Может быть, все-таки Ольга Олеговна хотела использовать влияние прекрасной ключницы на сына? К тому же, те, кто хочет видеть конфликт между вдовствующей княгиней и ее ключницей, совершенно выпускают из поля зрения тот непреложный факт, что приблизительно в это самое время брат Малуши, Добрыня, становится дядькой ее внука и младшего сына Святослава Владимира. Ольга и это пропускает. Значит, она не против. Тут я имею в виду и Владимира, и Добрыню. Он, как пестун маленького князя, находится при власти. Точно так же, как когда-то Свенельд находился при Святославе.

План городища столицы древлян Искоростень, составленный в 1823 г.

С тем, что они при княжеском дворе, смирились все. Они не должны любить Владимира и его дядьку, но ясно одно: что с ним, с Малушей и ее сыном считаться приходилось. Их могли лишь ненавидеть, презирать, но и только. Мало того, приближение Добрыни разбивает и домыслы по сожалении Святослава связью с Малушей. Пестуна, абы к кому не приставляют. О том, что сын Святославу не был безразличен и это не просто какое-то увлечение, или плод ошибки говорит и то, какое имя выбрал отец для него. А без его участия в таком деле обойтись невозможно.

Оцените: «В буквальном переводе “Владимир” (“Володимеръ”) – великий в своей власти”. Называя так своего сына, Святослав, конечно, видел его преемником славных деяний своих предков. Имя несло и сакральный, магический смысл: оно определяло судьбу человека, прямо влияло на него – названный им не мог не властвовать славой. Наконец, имя служило титулом – оно сразу, ясно и понятно для каждого, ставило его обладателя на недосягаемую для простых смертных высоту» (А. Карпов).

Достаточно точное определение. Святослав даже имя дал своему сыну громкое, какой уж тут байстрюк. Если бы он был рожден незаконно, как хочет нас лукаво уверить летописец и к чему все уже привыкли, то никакой город не принял бы его власть. Миром же правил обычай, идущий от отцов и дедов.

Так что для Святослава Владимир – законный сын от любимой женщины, вот и весь сказ.

Что же еще могут сказать по этому поводу историки и источники? Загружать лишние цитаты не буду, вполне достаточно будет одной: «Малуша не была женой князя Святослава в полном смысле этого слова. Жены-полонянки – явление обыденное. Но Малуша была “робой” не самого князя, а его матери. Позднее предание рассказывает о жестоком гневе Ольги на свою чересчур пригожую ключницу. Ольга выслала ту из Киева в некое село, Будутину весь. Здесь и родился Святославов сын.

Это предание сохранилось в знаменитой Никоновской летописи – крупнейшем летописном своде средневековой России, созданном в XVI веке. Для ее автора – книжника московской поры – образ “рабыни”, простой девушки из народа, соединился с представлением о связи с нею князя Святослава, как о чем-то запретном и предосудительном. Многие и сейчас склонны считать Владимира незаконнорожденным сыном Святослава, “бастардом” (или, по-русски, байстрюком), изгоем, не имевшим прав на великокняжеский стол. Это не так. Древняя, языческая Русь совсем по-другому, нежели мы, смотрела на таинство брака. Владимир не мог считаться “незаконнорожденным” уже потому, что он был сыном князя, его продолжением и воплощением. Следовательно, он и сам был князем – с самого момента рождения. Как «семя княжеское» Владимир вобрал в себя все содержание и весь смысл княжеской власти. Он обладал княжеским именем – точнее, именем-титулом, дававшим его носителю право владеть людьми и землею» (А. Карпов).

Может быть, А. Карпов не шагнул так далеко, как я, но направление его мыслей совершенно верное. Правда, Татищева он читал невнимательно, иначе бы нашел у мэтра такие вот строки: «Она (Малуша. – В.В. Ф.) по имени рода славянского и, может быть, свойственница Олеге была, ибо чин ключницы при дворе был знатный».

Что же касается его, Владимира Святославича, положения, повторюсь: «Малушу, мать Владимирову, Кромер наложницею нерассудно именует, ибо тогда вне закона всякая жена по единому только общему соизволению и действительному между ними взаимному обязательству супруга самая настоящая была». Супруга самая настоящая была!!! Напомню, это сказал В.Н. Татищев, а он человек большого ума. А то, что крови не княжеской, то за это ее упрекать и попрекать могли, но не более того. Святослав сам выбрал себе законную пару по любви. А то, что это было действительно так, я смогу вам подтвердить, когда дело коснется вражды Владимира и его брата Ярополка. Подождите.

Подытожим. Святослав вступил в законный брак с Малушей, ключницей его матери. Одним из итогов этого брака явилось рождение у Святослава сына, еще одного законного наследника власти.

Что касается так называемых незаконных детей, то у Святослава их могло быть множество, но ни один, ни до правления Святослава, ни после не имел ни малейшего законного права не только на престол, но и на власть в любом русском княжестве. Подтверждением этому служит вся история. Проверьте, это же лежит на поверхности, ни каких тайн тут нет.

«Князь воспринимался тогда как некая высшая сила, воплощавшая в себе все общество и всю землю. Он служил, как мы говорим сейчас, гарантом социальной стабильности и порядка, один мог защитить своих подданных не только в случае нападения чужаков, но и в случае любой другой беды – стихийного бедствия, неурожая» (А. Карпов).

Владимир – не просто признанный Святославом сын, он его любимый сын, от любимой жены. Именно по этой причине его признает и Ольга. Для нее он маленький князь, наследник власти, пусть и младший в списке. Кстати, все тот же мой коллега, пусть и невольно, но своим выводом подтверждает то, что я пытаюсь вам сейчас сообщить. «Привыкшая властвовать всею землею, Ольга едва ли стала терпеть открытое нарушение обычаев в своем собственном доме» (А. Карпов). Во время нашествия печенегов на Киев, о котором у нас пойдет речь впереди, Владимир находился там с бабушкой и двумя своими братьями. А ведь могла бы держать мальчика в стороне от больших дел, сославшись хотя бы на его возраст.

«Летопись называет его третьим, то есть младшим, сыном князя Святослава: во всех перечнях Святославичей (а их в Повести временных лет два) имя Владимира идет после имен его братьев – Ярополка и Олега». Вот и думайте. А посему забудьте про байстрюков и тому подобные сказки. Ни Игорь, ни Олег, ни даже сам Владимир