Зимние странники - Тоби Клементс

У Корнфорда был холл[96] на холмах. Но вообще-то это дом его жены. Но если Корнфорд куда уезжал, всех своих домочадцев он перевозил в замок в Кидвелли – там безопаснее. Гвен работала на Дуннов.

Сэр Джон в недоумении.

– Кто такие Дунны? – спрашивает он.

– Дунны? Вы не знаете Дуннов? Дунны живут в Пеналте. Ну, это их дом. Старый Джон Дунн – констебль[97] замка. Настоящего замка. Кидвелли. С башнями, подъемным мостом и все такое.

– И там сейчас живет Маргарет Корнфорд?

– Про то мне неведомо. Когда я уезжал, она жила там.

Все смотрят на Дафидда. Томас едва сдерживает смех. Вот они и выяснили местонахождение Маргарет Корнфорд. Оказывается, все просто.

– Что? – в растерянности спрашивает Дафидд.

Сэр Джон предлагает ему еще эля.

– Далеко ли отсюда это место – Кидвелли? – спрашивает Ричард.

Дафидд утыкается взглядом в кружку, потом поднимает глаза на собеседников.

– Не знаю, – отвечает он.

– Ну, вообще, где это?

– На море. Близ Кармартена.

Все тупо таращатся на него. Ни один из них слыхом не слыхивал про Кармартен.

– И где это?

Дафидд собирается что-то сказать, сосредоточенно думает с открытым ртом, закрывает его. Вид у него потрясенный.

– Боже мой, – бормочет он. – Не знаю. Я не знаю, где это. Даже не знаю, как добраться отсюда домой.

– Не переживай, Дафидд, – успокаивает его Ричард. – Кто-нибудь да знает. Может, монах какой-нибудь. Спросим на постоялом дворе.

Дафидд оцепенело кивает и поднимается из-за стола.

– Пойду поищу Оуэна, – говорит он и ковыляет из зала, забыв затворить за собой дверь. Томас закрывает ее и снова садится.

– Нельзя же этих двоих за ней посылать, правда? – вопрошает сэр Джон.

– Этих двоих? – хохочет Ричард. – Да они ее ни в жизнь не найдут, а если и найдут, сюда не сумеют вернуться, чтобы сообщить нам об этом.

– Можно с ним послать Томаса и Кита, – предлагает сэр Джон. – И Уолтера. И, пожалуй, пару лучников.

– А как же Сандал? Нам ведь велено прибыть туда, – напоминает Ричард, желая, чтобы его убедили в обратном.

– До следующего года сражений не будет, – уверяет их сэр Джон. – До Пасхи уж точно. Так что до того времени нет смысла ехать в Сандал. Только будем без толку сидеть в этой дьявольской крепости. Если от холода не околеем, так помрем с голоду, пока будем ждать весны.

– Да еще в компании Солсбери и Йорка, – соглашается Ричард.

Сэр Джон содрогается.

– Ты отправишься в этот Кидвелли? – обращается он к Кэтрин.

Она встревожена.

– Конечно, если вы считаете, что это поможет, – отвечает она. – Но что нам делать, если мы ее найдем?

Хороший вопрос.

– Будете действовать по обстоятельствам, – говорит сэр Джон. – Если она в безопасности с этими пресловутыми Дафиддовскими Дуннами, тогда пусть там и живет. Но если сочтете, что есть опасность… сам не знаю какая… Что ее найдут люди Райвена, наверное. В общем, если такая опасность будет или она согласится принять нашу помощь, тогда везите ее сюда. Пятерых вас будет достаточно. Если тронетесь в путь после Дня избиения младенцев[98], к Сретению[99] как раз обернетесь. От праздника до праздника.

На том и порешили.

Следующие несколько дней они готовятся в дорогу. В День Адама и Евы[100] Ричард с Уолтером покупают лошадей, а Томас, Кэтрин и остальные лучники отправляются в Линкольн, чтобы прикупить одежды, мешок стрел и новую кожу на обувь. Пока чинят их башмаки, Малютка Джон Уиллингем ведет товарищей в таверну отмечать начало рождественских праздников.

– Мы их больше не увидим, – предполагает Томас, когда они расстаются с остальными.

– Хоть бы лишнего не болтали, – говорит Кэтрин. – Представляешь, если Райвен узнает, куда мы направляемся?

– Да нет, не узнает.

Кэтрин хмурится. Они идут по улице. Возле собора играют представление о рае. Они останавливаются посмотреть и заодно спросить дорогу до Кармартена. Про Кармартен никто не слыхал. Где это? Никто не знает. В Уэльсе? Про Уэльс слышали все. Это там. В западной стороне. В конце концов они находят торговца шерстью, который знает местность вокруг Глостера, где, по его словам, можно найти самую лучшую шерсть. Глостер лежит в той стороне. Уэльс он знает, по крайней мере его южные земли.

– Самый прямой путь – по Фосс-Уэй[101], – объясняет он им в обмен на кувшин эля. – Отсюда держите путь по дороге на Сайренсестер, пока не увидите тропу гуртовщиков, которая приведет вас в Глостер. Либо же в нескольких лигах[102] от Высокого креста[103] дорога упирается в реку. Эйвон называется. Там переправа, где можно нанять судно и на нем добраться до порта в Бристоле.

Томас благодарит торговца шерстью, и они идут искать Дафидда и остальных. К тому времени, когда их находят, уже почти смеркается. На обратном пути в Мартон они часто останавливаются, поскольку то одному, то другому не терпится облегчиться. Малютка Джон Уиллингем засыпает на ходу, и Томасу приходится нести его на себе, поскольку из всех лишь он один более или менее трезвый.

Во дворе Мартон-Холла они видят лошадь, ожидающую, чтобы ее расседлали, а в большом зале обнаруживают Фурнье. Тот объясняет, что вернулся за своей сумкой с медицинскими инструментами, которую он якобы по беспечности забыл, когда уезжал отсюда по срочному вызову во время последнего визита.

– И за вознаграждением, конечно, – бурчит Кэтрин.

Фурнье удивлен, что они пускаются в дорогу в это время года, но рад, что успел застать их до отъезда.

– Ведь я стал свидетелем маленького чуда, – вещает он со своего обычного места во главе стола, держа в руке чашу с горячим вином. У него за спиной стоит новый юный помощник. – К моему несказанному изумлению, сэр Джон исцелился.

Глаголет он громко – для вящего эффекта. Томас замечает, как напрягается Кэтрин, сидя в дальнем – темном – конце зала.

– Никакое это не чудо, – возражает она, выдвигаясь на свет.

– Нет? Необученный мальчишка без всякого хирургического опыта успешно провел сложную операцию, которая обычно заканчивается смертельным исходом. Разве это не чудо? Должно быть, что-то направляло твою руку. И что же? Святой дух?

Фурнье застывает на месте. Его помощник дырявит взглядом затылок своего господина. В зале воцаряется тишина. Все сидящие за столом подаются вперед, сознавая, что сейчас было произнесено нечто очень важное. Ричард бросает на стол кусок хлеба.

– Это вы о чем, мастер Фурнье? – спрашивает он.

– Я только хочу сказать, – отвечает Фурнье, – что обычный мальчишка не сумел бы сделать то, что сделал этот, без помощи неких высших сил. Вопрос лишь в том, что это за силы: