Чудесное зачатие. Сборник рассказов - Соня Дивицкая

После прощального разговора с тренером она приехала домой, пожарила от злости вредную яичницу с ароматным копченым салом, которое у нас на местном рынке продает один мужичок, достала контрабанду из-за дивана и начала ругаться с Котиком, уверенная в том, что он сейчас все бросит и, как раньше, побежит ее утешать.

– Мы что тут все изображаем? – запела Настя. – Кому мы врем? Бухаем в одиночку! Спим отдельно! Я хочу нормальную семью! Голодного мужика! И ребенка! Да, я хочу ребенка!

И вдруг! А как еще? Именно «вдруг» любимый Котик точно так же, как тренер-Вовик, открывает айфон и показывает Настюхе фото. Племянница первой жены, та самая приезжая деваха из райцентра, беременная, с убедительным животом. Кто бы мог подумать! Настюха почему-то была уверена, что в любовницы рвется разведенная домработница второй жены, на племянницу с надутыми губами Настюха и не думала.

– Подвел девчонку, – улыбался Котик. – Сказал, что от меня не залетит. А ты смотри как получилось… Пятый месяц… Опять мальчишка!

Сначала Настя не поняла к чему такие шутки. Что Котик хочет от нее? Чтобы сейчас она смеялась вместе с ним?

– Что происходит? Я не пойму, ты что мне говоришь?.. Что эта шлюха забеременела от тебя?

– Да, от меня, – спокойно ответил Котик.

Настюха нервно засмеялась.

– Ты что, прикалываешься? От тебя?

– От меня, – повторил муж.

– Это что у нас?.. – Настя вспомнила маму. – Чудесное зачатие что ли получается? Пень расцвел?

– Да, – согласился Котик. – Как раз мой случай.

Он улыбался, он был всем доволен, и эта детская шкодливая улыбка на лице матерого мужика показалась Настюхе ужасно неприятной. Она не выдержала и метнула в Котика тарелкой. Котик увернулся. Поставил на стол сковороду с яичницей, разлил по бокалам свой хваленый ром, достал оливки, кивнул Настюхе, чтоб тоже присоединялась.

Настюха выпила, но алкоголь ее не успокаивал, ее начало трясти, от страха и от досады на собственную глупость. «Надо было слушать маму! Надо было слушать маму!» – думала Настюха.

– А он сидит, хихикает! Ты понимаешь… Меня трясет, а он сидит хихикает! Старичок-лесовичок! Яичницу мою пожрал… Соскучился, говорит, по яишенке!

Настюха пыталась напомнить Котику про результат его обследования, про то, что в данный момент у него детей не может быть в принципе.

– Это не твой ребенок! – кричала она, некрасиво, совсем несексуально выпучив очи. – Неизвестно еще, от кого твои два сына! Первый еще ладно, первый на тебя похож… А второй под вопросом! Твои бабы тебя разводили всю жизнь! Я одна тебя не обманывала! Я могла бы сто раз… Я могла забеременеть – хоть каждый день! Мне даже мама говорила, чего сидишь – рожай…

– Мама… – нежно улыбнулся Котик, – золотая теща. Твоя мама – моя лучшая теща. Эх, Настюха, что ж ты мамку свою не послушала?

– Я не хотела врать! – кричала Настя, пожалуй, слишком театрально. – Я не хотела тебе вешать чужого ребенка! Сделай ДНК! Можно сейчас уже сделать! Проверь ее! Щас это просто все! Щас даже родов ждать не надо, щас отцовство по крови, до родов определяют…

– Подкованная! – усмехнулся Котик. – Собирала, значит, информацию…

– Сделай ДНК! – завыла бедная Настюха. – Я сейчас к ним сама поеду! В этот ваш бордель! Морду набью этой суке!

Котик наелся. Закурил. Лицо его мгновенно поменялось, как бывает с серьезными мужчинами, когда они хотят закончить разговор. Властный, проницательный человек, который видел ложь за километр, все для себя давно решил и потому жену не слушал.

– Скотина ты тщеславная! – визжала Настя. – Я тебя раскусила! Ты хочешь бегать и хвалиться всем, какой ты жеребец! Не выйдет, дорогой! Я всем расскажу про твою спермограмму! Пусть все узнают, что ты бесплодный старый идиот!

Вот это было лишнее, такого безобразия Настюха себе раньше не позволяла. Мужа она ругала, лупила, кидалась на него с кулаками, они дрались, друг другу изменяли, но до дешевых грубых оскорблений не опускались никогда. Котик обиделся и зарычал, как в лучшие безумные времена:

– Заткнись! Ты достала уже! Тоска у нее! В золотой клетке! Истосковалась, дура! Я хочу трахать довольную бабу! Ты поняла? Я хочу, чтобы у бабы была довольна морда! Чтоб никакой тоски! Мне надо, чтоб у бабы было на-стро-е-ни-е! И мне плевать, как она это сделает! Хочет рожать – пусть рожает! Всех прокормлю!

– А как же я? – испугалась Настя. – На меня тебе наплевать?

– И тебя прокормлю! – выдохнул Котик. – Ты меня знаешь… Я добрый.

– Мне не нужны твои деньги! – разрыдалась Настюха.

И так красиво, так натурально у нее это получилось, и так приятно ей было этот концертный номер вспоминать, что для меня на бис она еще разочек повторила:

– Мне не нужны его деньги! Я его любила! Я не хотела ему врать! Я не терплю ложь в отношениях!..

– Да, да… Конечно…

Я где-то это слышала, вот эту фразу: «Я не терплю ложь в отношениях», она гуляет сейчас активно в сети на разных бабских сайтах. Мне захотелось придумать рифму к слову «ложь», но ничего приличного на ум не приходило.

– Чего ты улыбаешься? Чего ты мне «дакаешь»? – прицепилась ко мне Настюха. – У нас с Котиком все было честно! Я никакой брехни не выношу! Я человек прямой, я не умею так, брехать в глаза, как эта дура из деревни…

Поэтому она и оказалась почти голая, в одном халате среди ночи. В чем дралась со своим Котиком, в том и села за руль. За полчаса до нашей встречи Настя, бедная, на Котика своего кидалась, рожу ему царапала, кулаками лупила, кусаться пыталась. Муж оттащил ее в ванную, запихнул под холодный душ, а потом отпустил и закутал в белый банный халат, как в смирительную рубашку.

Полиция к нам не спешила, Настюха курила одну за другой и корчилась от боли, от душевной боли. Она мне говорила, что ей ужасно больно и обидно, что эта родственница из деревни ее обскакала. И ладно бы Мэрилин Монро какая-нибудь или Моника Белуччи ее опередила, а то какая-то племянница, корова, настолько глупая, что не побоялась втюхать серьезному мужику чужого ребенка.

Полиция не любит наш райончик. Точнее, любит, к нам на вызов приезжает особая бригада, с повышенным уровнем лояльности к пьяным женщинам. Мы ждали три часа, глушили мерзкий кофе, выкурили пачку. Я жутко захотела есть, яичницу мне захотелось после этих всех рассказов. Когда приехал наш патруль, Настюха завязала свой халат потуже, вывалила сиськи на капот и бойко, а что самое главное – честно, объяснила ситуацию.

– Я, – говорит, – спокойно тихо ехала, а эта женщина взяла и резко затормозила!

Турецкая бабулька

Как-то раз по весне я очутилась в Стамбуле. По-моему, это была суббота, я пошла гулять в старом районе, вниз от Святой Софии, где мощеные улочки выходят к морю. Все как в русской провинции, те же колоритные развалюшки, подвал кирпичный, деревянный верх, только вместо наших тополей пальмы, море и турки.

Вообще-то я думала погулять в тишине, но оказалось, что на набережной полно народа. Весь район вывалил на пикник, своими покрывалами турки застелили газон прибрежного парка. Я не знала тогда, что в Турции такая мода – по субботам на пару часов всей семьей выходить на пикник.

Люди принесли с собой перекусить, кто-то жарил кебаб на маленьких решетках, пришел мужик со сладкой ватой, горячую кукурузу в тележке возили, на маленьком старинном примусе колоритный дедок варил кофе… Все было очень спокойно, тихо, только одно явленье напомнило Россию – белый кабриолет, да еще и с музыкой. В машине были молодые мальчики, они выкатились прямо на пешеходную часть, погремели немного, сделали круг почета и выключили свою балалайку. В остальном все было по-домашнему. Нарядные женщины,