Сахарная пудра - Маргарита Полонская

не ее кровиночка, откуда тогда это предчувствие, бессонница, абсолютное ощущение, что нужно ехать? Надо будет подробнее почитать исследования на эту тему. Она скучала по своей прошлой жизни, скучала по науке, по теориям и гипотезам, по предвкушению открытия.

Валерия села на бордюр, вытерла лицо чистой футболкой из рюкзака, допила воду. Набросила на плечи полотенце, чтобы спрятать крылышки. Хорошо, что на улице было темно и мало фонарей, никто из прохожих не видел ее оранжевую щетину.

Эдик прислал сообщение, но не было сил прочитать. Она открыла список контактов, они высветились в алфавитном порядке — всего пять номеров. Самый первый был АРИНА. Мама дала ей этот номер, чтобы звонить в самом крайнем случае, если что-то произойдет, но скорую нельзя будет вызвать, если самой Марины Сергеевны не окажется рядом по какой-то причине или в случае если Валерия не захочет больше общаться с Мариной Сергеевной, как в итоге и получилось. Этот номер она с детства знала наизусть, в контакты полезла из-за спешки. Звонок сбросили. Валерия собиралась позвонить еще раз, но тут пришло сообщение от АРИНЫ: «Пришлите локацию». Валерия выполнила просьбу. Следующее сообщение: «Видите синий киоск с сигаретами?» Валерия подняла голову и увидела синий обшарпанный киоск с надписью «Табак 24». Следующее сообщение: «Идите к нему, там налево до конца дороги». Валерия хотела написать ответ, но пришло еще одно сообщение: «Вам нужно дышать 3 р вдох носом 3 р выдох ртом и идти быстрее».

Валерия почувствовала, как вновь подступает тошнота. Из машины с музыкой вышел молодой человек с идеально уложенной челкой, он направлялся к киоску «Табак 24», крутил в руке зажигалку с изображением дикого пляжа с желтым песком и зелеными пальмами. Он ускорил шаг, когда проходил мимо Валерии, которую опять тошнило в урну. Она дождалась, пока он купит сигареты и пойдет обратно, закрыла лицо капюшоном ветровки, чтобы он не увидел, что ее кожа порозовела.

Марина Сергеевна сунула проводнице двадцать тысяч рублей четырьмя купюрами, чтобы ее пропустили в поезд. Поезд стоял всего минуту, никого не впускали и не выпускали. Георгий Петрович сообщил Марине Сергеевне номер купе и места. Она долго шла в нужный вагон, заваливаясь, так как поезд только набирал скорость и его часто мотало. Когда она оказалась в купе Валерии, то увидела только пустой матрас. Достала фонарик из кармана тренча и посветила на пыльную в катышках белую ткань. Включила запись и заговорила в маленький квадратный диктофон: «Обнаружены оранжевые щетинки, скорее всего, с двигательных конечностей, для дальнейшего исследования я беру три образца».

Марина Сергеевна заметила, что мальчик, который увлеченно рубился в телефон, пока родители спали, уставился на нее и проиграл уровень. На экране телефона появилась красная надпись LOSE и взрывы.

Марина Сергеевна достала из кармана небольшую косметичку персикового цвета с ярко-красной надписью beauty. Оттуда вынула щипцы и целлофановый пакетик пять на пять сантиметров. Положила щетинки туда. Опустилась на нижнюю полку, где спокойно храпел мужчина с очень длинными ногами, которые Марина Сергеевна задела, когда заходила в купе. Она вытерла пот со лба тыльной стороной ладони. Мальчик все так же безотрывно смотрел на нее.

— Вы пришли за той странной тетей?

— Да, что с ней случилось?

— Она убежала. На прошлой станции.

Марина Сергеевна легко улыбнулась мальчику в знак благодарности, глаза у нее стали тревожные, бегали туда-сюда, брови поднялись. Она не знала, что делать. Знала, когда надо было встать с кровати и в домашней одежде, накинув тренч, сунуть голые ноги в кроссовки, сесть в машину, бросив на переднее сиденье косметичку с пробирками. Знала, как построить маршрут, знала, что надо найти банкомат и дрожащими от волнения руками снять деньги. А что теперь делать, не знала. Мужчина перевернулся на другой бок, сладко вздохнув в глубоком сне. Она увидела у него фляжку с коньяком, захотела стащить, но не смогла — мальчик все еще разглядывал ее, хотя делал вид, что вернулся к игре.

В коридоре она прошла вдоль вагона туда, где располагались холодный и серый, с яркой красной ручкой стоп-кран, нагреватель для горячей воды и купе проводников. Одна проводница спала, вторая разгадывала кроссворды. Марина Сергеевна посмотрела расписание — до следующей остановки еще час. Она вышла, сама не зная зачем, в тамбур. Там все громко колотилось, стучало. Раньше в тамбурах разрешалось курить. Во время полевых экспедиций летом она выходила в одной юбке и майке, закуривала, и все потом удивлялись, что от нее пахнет табаком и что она вообще курит. Почему-то это всегда вызывало у коллег, однокурсников, однокурсниц сильный шок и вопрос: «Ты что, куришь?»

Поэтому она не курила на людях, она старалась делать это вдали от всех, а вот в поезде спрятаться было негде. Зачем она все время старается спрятаться?

После этого глупого воспоминания Марина Сергеевна вновь зашла в вагон и опустила ручку стоп-крана. Состав почти мгновенно затормозил, вещи попадали с полок, столов, матрасы под некоторыми пассажирами сдвинулись. Сердце Марины Сергеевны билось так громко, что, казалось, сейчас выскочит из ушей. Это была кровь в височных долях. Она ринулась вперед, оттолкнув проводницу, которая быстро шагала, на ходу застегивая теплую кофту.

Проводница включила свет, побежала к стоп-крану. Марина Сергеевна, сняв тренч, чтобы никто не подумал, будто она только что с улицы, спокойно протиснулась мимо нее. Она как будто просто направлялась с косметичкой в руках в сторону туалета, но на самом деле двигалась к выходу. Марина Сергеевна, потянув железную задвижку на себя, открыла дверь и спрыгнула в поле, больно ударившись ногами и руками, прокатилась и испачкалась. А потом встала и побежала по грязи обратно к машине.

Валерия тем временем медленно шла, дышать старалась, как рекомендовала Арина. Персона, которую она никогда в жизни не видела и которой почему-то очень доверяла ее мама. Что, если это сама Марина Сергеевна? Сейчас в целом было уже не так важно. Валерия чувствовала, что еще чуть-чуть, и она высохнет изнутри.

Она шла и смотрела под ноги. Здесь дороги были еще хуже, чем у нее в городе. Раздолбанный бордюр, сквозь который иногда пробивалась трава, трещины, превратившиеся в мусорки для окурков, полевые цветы-сорняки. Что, если это конец? Дорожка оборвалась. Валерия подняла глаза. По другую сторону проезжей части на Валерию смотрела высокая женщина, очень похожая на Марину Сергеевну. Рядом с ней играла с собакой-проводником девочка в солнцезащитных очках.

Женщина приветливо улыбнулась и помахала Валерии. Та, не смотря по сторонам, перешла дорогу. Женщина усадила Валерию в машину, села