Двое в Барселоне - Анна Берсенева

проклятый ночной клуб с его гнусной Ксенией, безропотной Людкой, опущенной Ритой!.. Но без этой, опостылевшей, жизни была бы для нее невозможна другая жизнь – и надо было терпеть.

Одно хорошо: от злости прошла сонливость. К тому времени, как зал наполнился народом, она уже чувствовала себя вполне готовой к любым неожиданностям сумасшедшей клубной ночи.

Сонливость прошла, но раздражение осталось, и, по актерской привычке поглядывая на себя со стороны, Аля догадывалась, что оно написано у нее на лице.

Особенно одна компания выводила ее из себя – человек пять, сидевших за столиком у самого входа в зал. Это были явно не бандиты и даже не бизнесмены средней руки – так, непонятно кто. Скорее всего, мелкие оптовики, живущие от быстрой купли-продажи.

«Вторую палатку, наверное, открыли, – с ненавистью думала Аля, шваркая на их стол тарелки с горячей осетриной. – Большой праздник!»

Похоже, мыдлоны решили за свои деньги поиметь все удовольствия, доступные в ночном клубе вроде «Терры». Они уже успели по очереди поиграть в биллиард, потолкаться у бара, потанцевать, а теперь сидели, изрядно нагрузившись, и продолжали напиваться по инерции, чтобы уж по полной программе. Есть они уже не могли и гасили окурки в тарелках с остатками осетрины, хотя Аля то и дело ставила перед ними чистые пепельницы.

Особенно один был мерзкий – в мятом поблескивающем пиджаке, со шкиперской узкой бородкой. Он-то и спросил слегка заплетающимся языком, когда Аля неизвестно в который раз вытерла вино, пролитое им на темный неполированный стол:

– Чего это у тебя лицо такое недовольное?

– А почему оно должно быть довольное? – не сдержавшись, съязвила она. – Думаешь, очень приятно за тобой подтирать?

– А это твоя работа, – назидательно растягивая слова, заявил он. – Тебе за это бабки платят.

Нагло глядя ей в глаза, он толкнул другой, полный, бокал. Вино разлилось по только что вытертому столу.

– Ах ты, скотина! – вконец обозлилась Аля. – Мне бабки не за то платят, чтоб я всяких свиней обхаживала!

С этими словами она развернулась, чтобы отойти от столика. Но тип со шкиперской бородкой схватил ее за руку.

– Ку-уда? – выдохнул он. – Куда п-шла? Сильно крутая, да? Да ты у меня счас языком тут все вылижешь, еще спасибо скажешь!

Чувствуя, как темнеет у нее в глазах, Аля размахнулась и изо всех сил хлестнула его мокрой тряпкой по лицу. Мыдлон отпустил ее руку, как-то слишком громко хлюпнул носом – словно втянул в себя грязную влагу – и быстро-быстро заморгал. Вид у него был удивленный – он явно не ожидал отпора, а спьяну и не мог сразу сообразить, что произошло. Глядя на этот хлюпающий и моргающий блин, Аля расхохоталась.

Пожалуй, это было уже лишнее. То ли от мокрого удара, то ли от ее смеха он все-таки пришел в себя. И тут же заорал:

– Сука! – Голос его сорвался на визг. – Ты мне!.. Я тебе!..

Он выбросил вперед толстый кулак, и Аля еле успела отшатнуться, одновременно качнувшись в сторону. Кулак просвистел в сантиметре от ее уха.

Хорошо что в зале гремела музыка и стоял шум множества голосов. Никто не обратил внимания на слишком резкие движения пьяного мыдлона: мало ли, может, это он так танцует. Но вся эта ситуация не предвещала ничего хорошего. «Шкипер» был явно доволен тем, что разгорается скандал, – значит, вечер и впрямь удался на всю катушку, не зря деньги плачены!

Он поводил налившимися пьяной влагой глазами – похоже, в поисках чего-нибудь тяжелого, чем можно было бы запустить в наглую девку, – и взгляд его остановился на литровой бутылке «Смирновской», на донышке которой еще плескалась водка. Зашевелились и собутыльники: отвлеклись от пьяного трепа, недоуменно уставились на приятеля.

Что делать в этой дурацкой и, несмотря ни на что, смешной ситуации – было совершенно непонятно. Аля стояла в двух шагах от рассвирепевшего пьяного мужика, в тесном пространстве между столиками. Бежать? Но куда бежать, когда кругом полно людей; она и так еле протискивалась среди них, разнося заказы. Не под стол же лезть, в самом деле!

Хотя почему бы и нет? Только под стол и остается, больше некуда. Или по столам от него удирать.

Дурацкие мысли вихрем проносились в Алиной голове, а сама она стояла неподвижно. Мыдлон тоже застыл с бутылкой, поднятой над головой, словно граната пионера-героя. Остатки водки текли из горлышка ему в рукав.

– Витя, Витек, ты чего добро переводишь? – вдруг услышала Аля. – Там же водочка еще есть, допил бы.

Голос, перекрывший общий шум, донесся от входной двери. Отведя глаза от «шкипера», Аля увидела человека, которому он принадлежал. Витек тоже обернулся на голос.

– Рома! – воскликнул он, опуская руку; в его голосе проскользнули какие-то заискивающие нотки. – А ты чего тут?

Услышав этот возглас и приглядевшись, Аля узнала мужчину, входившего в зал, хотя больше недели прошло с того утра, как она оставила его в машине на улице Удальцова.

– Как – чего? – хмыкнул Рома, подходя к столу. – Выпить пришел, развлечься. А ты тут, смотрю, драку затеваешь?

– Да не-ет… – промямлил Витек. – Я тоже – выпить. Это я так, блядь эту поучить хотел!

– Ну-у, Витя, нехорошо так с девушкой! – укоризненно-хамоватым тоном протянул Рома; теперь было особенно заметно, что Витек почему-то перед ним заискивает. – Женщина – она друг человека, забыл? Что ж, выпить так выпить. Давай, знакомь с друзьями!

Не глядя на Алю, он подсел за стол. Витек послушно уселся рядом.

Воспользовавшись этим неожиданным обстоятельством, Аля отошла от стола.

– Рит, – попросила она, – возьми себе моих, во-он тех, которые у входа сидят, а? А я твоих каких-нибудь возьму.

– А что такое? – насторожилась Ритка.

Дружба дружбой, а искать себе приключений никому неохота!

– Да ничего особенного, я с одним там поругалась просто. Так-то они уже дошли до кондиции, скоро отвалят. А тот, который только что пришел, он чаевые всегда дает, не волнуйся.

Избавившись таким образом от новой встречи с Витьком, Аля побежала к бару за очередной порцией выпивки для клиентов, которые сидели за длинным столом у самой эстрады. Услышав заказ – шесть коктейлей, – Ксения благосклонно улыбнулась ей. Аля прекрасно знала, что все коктейли будут расписаны барменшей как отдельно проданные напитки, а разница ляжет ей в карман.

Казалось, можно было радоваться, что так удачно завершилась история, обещавшая столько неприятностей. Но ничего похожего на радость Аля не испытывала.

Наоборот, ей стало так тошно – хоть беги отсюда совсем.

«Где ж тот предел? – едва не плача, думала она, не забывая, впрочем, собирать грязные стаканы со столиков. – До