Зимняя почта - Саша Степанова

окружающей среды… кстати, я бы хотел переодеться. Организуешь? — Он стягивает шмотку через голову. — В общем, когда температура одежды приблизилась к нулю, я смог сбить тепловые датчики с толку. Изначально я не знал, что у тебя стоит: магнитные датчики или инфракрасные, поэтому пришлось повозиться — в ноль градусов, в мокрой кофте, оцени, — но здесь я уже решил смухлевать, зная ответ.

Алексия стягивает с себя кардиган, оставаясь в тонкой белой рубашке, и протягивает Мигелю:

— Держите, — а потом спрашивает: — И что? Это все так просто?

— Я в это не влезу, — наперед говорит он, но все равно крутит кофту в руках. — И нет, это не совсем просто… не, мадам, точно не влезу. Можешь поискать вещи бывших, м? — Мигель проходит мимо нее на выход с чердака. — Если бы я полез со своими 36,6, датчики бы сразу сработали на перепад температуры. А так… Я стал холоднее. В первый момент одежда была почти ледяной, так что у меня был небольшой временной зазор. Я двигался быстро, но аккуратно, чтобы не разогреть тело слишком сильно. Это было рискованно, да, но, честно говоря, весело. — Мигель пожимает плечами.

Алексия смотрит на него с легкой насмешкой, скрестив руки на груди.

— Весело, да?

— Ну так. Нормально было. Нормально. Идем дальше.

Дело получается комфортабельным — не каждый вор может похвастаться такими изысканными условиями работы, — и вот: Мигель стоит в коридоре к кабинету Алексии, в уродливом рождественском свитере неизвестного ему мужика и с чашкой какао. Жаловаться не на что — только спина от свитера чешется.

Негромко прихлебнув, он указывает:

— Я прошелся вокруг дома и примерно знаю, что твой кабинет находится во-о-он там. — Он машет рукой вперед. — Мне нужно туда дойти. Здесь все довольно просто. Ты даже не старалась. Внутри дома у тебя нет ни камер, ни датчиков. Почему так?

Он смотрит на нее поверх чашки и слегка прищуривается.

— Я… не самая внимательная женщина. Боялась, что что-то включу, забуду, и тогда оно начнет орать, а потом охранное агентство приедет и будет смотреть на меня как на идиотку. И объяснять им еще что-то придется…

— Не нравится разговаривать с людьми?

— До ужаса, — соглашается Алексия.

— Ну, у тебя уже есть тепловые датчики на окнах. Это неплохая защита, но как видишь, их не так сложно обмануть. Я немного померз на улице, а дальше уже препятствий-то и нету. Поставь хотя бы простые камеры. Или датчики движения внутри. Это стоит смешные деньги — хотя не то чтобы для тебя это важно, конечно, — но поверь, с такими системами вор будет чувствовать себя менее вольготно.

Мигель допивает какао и ставит чашку на тумбу, рядом с горшком, покрытым рябой майоликой.

— Гипотетически: я захожу, я вижу там камеру, и мне уже сложнее здесь работать. Я ведь не знаю, куда транслируется запись: в охранное агентство или на локальный видеорегистратор. Мне нужно напрячь булки и держать эти камеры в уме, искать слепые зоны, рассчитывать свои движения. Но дело твое, конечно. Идем.

Они проходят до кабинета Алексии: знакомая лаковая дубовая дверь. Мигель ее толкает и пропускает хозяйку внутрь. Непонятно, откуда в нем все это, но он даже говорит ей: «Только после вас», — а потом заходит сам.

Эту комнату он уже знает: симпатичный ковер без ворса; засыпанный бумажками стол; белая доска с надписью «ЛОГИЧЕСКАЯ ДЫРА» красным маркером и пятком разноцветных стрелок, идущих к баблам с мелким текстом. В углу валяются инструменты — их Мигель узнает сразу. Было бы хорошо, если бы Алексия позволила ему их забрать: он все-таки вложил в этот набор не одну сотню баксов.

— И вот мы здесь.

— В месте, где ты меня подкараулила и огрела по башке, да, — без энтузиазма соглашается Мигель.

— Ага. Прошу, продолжайте, маэстро. — Ей явно весело. Приходится поджать губы, чтоб самому не улыбнуться.

Картина на стене выглядит… симпатично. Написано красиво, цвета приятные, полотно большое — производит впечатление.

— Рассказывайте, — просит Алексия, усаживаясь на свое место и вновь открывая ноутбук.

— Ты повесила картину за антивандальным стеклом. Это триплекс? Закаленное стекло? — Мигель бросает взгляд через плечо, Алексия отвлекается от адской барабанной дроби по клавиатуре и хлопает на него глазами. — Господи. Ладно. В любом случае такое стекло черта с два разобьешь. Плюс если это триплекс, то он многослойный — если верхний слой треснет, нижний, ближе к картине, будет цел. Соответственно, полотно тоже останется в целости.

Алексия угукает себе под нос. Мигель шумно вдыхает, чтобы продолжить, но она останавливает его по-королевски поднятой рукой и, не отвлекаясь от экрана, приказывает:

— Повторите.

— Что?

— Весь этот пассаж про стекло, — и только потом она вспоминает, что чего-то не хватает, и отводит серые глаза от ноутбука: — Пожалуйста.

«Пожалуйста» творит чудеса. Мигель прокашливается и бросает, чтобы разделить бубнежом себя и осознание, что глаза у Алексии вообще-то красивые:

— Только в благодарностях меня не указывай, коллеги засмеют.

— Да поняла я уже, поняла. — Она посмеивается (смех у нее тоже красивый, со скрипом признает Мигель). — Ну так?

Разумеется, он повторяет, а потом продолжает:

— Я полагаю, тут есть и тревожная система, привязанная к витрине. Это распространенная штука для частных коллекционеров. Для галерей, кстати, тоже. Работает просто: пытаешься снять стекло — сигнализация сразу срабатывает. Такие системы реагируют на изменение давления или движение креплений, на которых держится стекло. Даже небольшая вибрация может запустить тревогу.

— До этого этапа вы не дошли.

— Ты огрела меня по голове раньше.

— Вас не тошнит, кстати? Все в порядке?

— О. Спасибо за беспокойство. Нет, у меня все отлично. — Мигель фыркает и прячет руки в карманы, прохаживаясь мимо картины туда-сюда. — Вообще, по-хорошему у тебя тут могли бы быть лазеры, например, но их я откинул сразу, когда понял, что картина висит над твоим рабочим местом. Человек, который не удосужился повесить камеры, вряд ли запихнул в место, где активно и часто ходит, лазеры. Так что моей основной проблемой было, как снять стекло и как не допустить истерики от потенциальных датчиков температуры и влажности. Они же тут есть?

— Мне сказали в аукционном доме, что стоит их повесить для сохранности картины.

— Не врали. Если картина подвергается резкому изменению температуры или влажности, это может сигнализировать, что кто-то вмешивается в ее окружение. Например, если снять стекло, датчики это зафиксируют. Мой план был примерно такой: аккуратно открутить крепления, не создавая лишних вибраций. Но прикол в том, что если резко убрать стекло, то в свою очередь среагируют датчики температуры и влажности.