Эксперимент «Тринадцать» - Татьяна Петровна Новикова

так и поделом. Те и сами летят на его огонек десятками. А я в городе не последнее место занимаю. Те, кому положено, знают силу моего авторитета и вес кошелька. Время даром не теряла, многие в городе мне должны. Финансы меня интересуют в последнюю очередь, теперь у меня их достаточно, а вот потребовать долг можно и не деньгами. Поэтому у меня везде свои люди – от начальников до уборщиков. Мне информацию еще горячей приносят. Не скуплюсь на вознаграждение. Кому слово доброе скажу и долг прощу, кому подсоблю, нужные контакты подкину, а кому-то и акции. То, что Игорь к Асе прикипит, я могла предположить. Выделялась внучка на фоне городской тусовки, притягивала внимание мужчин. Одно не рассчитала, что и Ася к Игорю отнесется всерьез и так быстро к нему переедет. Наверное, очень хотела от меня сбежать. Да и опыта общения с мужчинами – ноль. А тут взрослый, сложный. Вот и… Хороший мог проект получиться. Несмотря на репутацию и капитал, надо признать, с каждым годом моя власть слабеет, а с таким союзником можно долго на плаву держаться. Жаль, не сложился родственный союз, но шанс еще есть. Накрутила потенциальному зятю хвост, авось чего и выгорит».

38. Ух! Понеслось!

Москва. Тридцать первое августа 2023 года, четверг

Саринян влетел в триста тридцать третий кабинет. Свистушкина и Ворожцова были на месте, Армен опаздывал, но до «ежедневки», как успел он окрестить совещания у начальника, оставался еще час.

Подполковник сел на свободный стул. Помолчал, собираясь мыслями, и, наконец, произнес:

– Доброе утро, дорогие. Хочу нас поздравить. Ми подписали себе приговор.

– Что случилось? – заволновалась Елена Борисовна.

– Ми получили дело Лихоманова, да-а! – неестественно весело выпалил Петрос Багдасарович.

– Так это же хорошо? – Ася почему-то запереживала.

– Это очень хорошо! Я бы даже сказал за-ме-ча-тель-но, да-а! Не знаю, готовы вы озвучить рабочие версии или нет, но напротив окон университета только что затушили вагон, в центре которого стоял и горел человек. Па-анимаете, да?

– Пока нет, – призналась Свистушкина.

– Она не па-анимает! Лена-джан, сосредоточься, да-а! Так вот… Университет: кабинеты, кафедры, лаборатория. Напротив окон здания – рельсы-шпалы, шпалы-рельсы. Поставили железнодорожный состав с углем. Один вагон загорелся. Это понятно, да-а?

– Понятно, но…

– Не перебивай! В университете профессор Лихоманов смотрит в окно… И что он видит? – Саринян, волнуясь, приложил ко лбу ребро ладони. – Что напротив, в вагоне, горит его сын. Мне сообщил об этом следователь, который вел дело о пропаже Сергея Лихоманова. То самое, что сейчас привезет Казарян.

– Быть этого не может, – пролепетала Ася.

– Извини, Ася-джан, я правильно понимаю, что ты считала Соловьеву виновной в пропаже программиста, да?

Ворожцова кивнула.

Петрос Багдасарович тяжело поднялся, помолчал и, тщательно выговаривая каждое слово, произнес:

– Просто, чтобы вы понимали… Одно дело нам могли бы простить, но два…

– А я предупреждала! – начала оправдываться Свистушкина, но в кабинет зашел Армен:

– Уже слышали? Нашли труп Лихоманова. Я же говорил, что ваша версия тупиковая.

Ася сидела, как пришибленная. Груз ответственности придавил так, что стало сложно дышать. Ее предположение летело под шикарный хвост игуаны. Значит, ее метод не работает? Накатили слезы, она с трудом сдерживалась, чтобы не разрыдаться.

– В Армении говорят: «Постучи в семь дверей, чтобы одна открылась». За работу! – скомандовал подполковник.

39. Физическая форма

Областной город Киров. Тридцать первое августа 2023 года, четверг

Караваджо не зря съездил в столицу. Вот только докладывать о результатах не спешил. Кумекал, как бы аккуратнее довести до Игоря Викторовича добытую информацию.

Когда Света сообщила, что Твердый ждет его вечером в резиденции, начальник службы безопасности насторожился. Позвонил администратору, спросил, заказана ли банька для гостей. Получив отрицательный ответ, уточнил, вызвал ли хозяин Милу. Администратор подтвердил: «Да, Мила будет».

Плохой признак. Значит, шеф лютует.

Вадим Жорович привык, что его деятельность изобилует неприятностями, запутанными ситуациями, рискованными встречами. Работа требовала хорошей физической формы, но уже не для участия «в боях без правил». Здоровое тело призвано было обеспечивать главную функцию, ради которой его держал Твердый, – аналитическую. Мимо него не должно было пройти даже мало-мальски важное событие. Касалось ли дело продажи одной-единственной акции стратегических объектов интереса шефа, или появления новой машины у любовницы губернатора, или внезапной головной боли главного бухгалтера, – Караваджо точно знал, с чем эти события связаны и, главное, к чему могут привести. Откровенно говоря, последние пять сытных лет не пошли на благо. Не часовая, а двадцатиминутная зарядка, не обливание холодной водой, а обтирание влажным полотенцем, не строгая диета, а двадцать килограммов лишнего веса. Мозг заплыл жиром, и, как следствие, Вадим Жорович стал упускать много мелких деталей. Поездка показала, что глубину провала Караваджо недооценил. Предстояло объяснение.

В кабинете Твердого царил полумрак. Он сидел на диване. Свет не включал.

– Игорь Викторович, разрешите?

– Заходи, Вадим Жорович. Заждался тебя.

– А чего в темноте? Давай свет включу.

– Не надо. Ты же знаешь, я и в темноте вижу хорошо, а слышу еще лучше. Докладывай!

– По «дятлу»… Моему появлению он не удивился. Говорил обстоятельно. Их служба безопасности все перерыла. Ничего. Исчез разработчик, как в Бермудский треугольник канул. Начальство в ступоре, но замену ищут. Кандидатов пригласили на беседу. Список я привез. Только, Игорь Викторович, чую неладное! Юлит мой протеже. Знает он больше, чем рассказывает. Оставил я за ним пригляд, выведу на чистую воду!

– Боюсь, как бы «дятел» этот не утопил нас. Одно его присутствие тень на нас бросает. А уж если он еще и какую-то свою игру ведет, жди прилета.

– Ничего, Игорь Викторович, разберемся, что к чему.

– Дальше…

– Ася Савельевна действительно работает психологом в каком-то экспериментальном отделе. В базе сотрудников ее нет, есть однофамилица. Мутят что-то. Официально документы ушли на проверку.

– Это все?

– Нет, не все. Сегодня дело программиста передано в тот самый отдел. Когда я уже сел в самолет, поступило сообщение, что тело Лихоманова найдено. Прошу прощения, но я все же скажу: а не с целью ли шпионажа вам Георгина внучку подложила? Этот вариант стоит учитывать при анализе ситуации.

Твердый заскрежетал зубами.

– Если докажешь, что это так, я Асю… – он захрипел, захлебнувшись злостью, – я из нее плетку для Милы сделаю! Лично распущу на ремни! А Георгину собакам скормлю.

Покинув резиденцию, Караваджо гнал свой джип на максимальной скорости. Перевести стрелки на Асю ему показалось хорошей идеей, тем более что догадка могла быть верной.

Ярость Твердого отрезвила Вадима Жоровича. Голова стала ясной. Как бы ни крутанулась ситуация, поскольку она касается Аси, он,