Тайна мистера Сильвестера - Анна Кэтрин Грин

и мысль о вашем столкновении с нечестивой частью человечества будет не так мучительна для вас. А теперь, милая моя, на сегодня достаточно серьезных разговоров! Вы знаете, что мы едем на прием и нам пора одеваться. Сказать вам секрет? – спросил он веселым таинственным тоном, видя, что глаза Поолы все еще наполнены слезами.

Она подняла на него глаза, внезапно заинтересовавшись.

– Я, Поола, терпеть не могу публичных собраний, и сегодня мне будет весело только в таком случае, если я увижу, что веселитесь вы. У жизни есть и мрачные, и веселые моменты. Вы сегодня должны покорить всех самой прекрасной и блистательной вашей улыбкой.

– Вы увидите ее, – сказала Поола. – Когда нам подарят ларец с сокровищами, мы не станем открывать его при всех, а спрячем его подальше и откроем в тиши ночной, когда останемся одни.

Он улыбнулся, а она пошла к двери.

– А с собой мы всегда носим воспоминание о нашем спрятанном сокровище, – прибавила она, улыбаясь и оглядываясь на него, когда поднималась на лестницу.

XVII. Весело и серьезно

– Кто это разговаривает с мисс Стьюйвесант? – спросил Сильвестер, подходя к жене во время затишья, которое иногда случается на больших вечеринках.

Мистрис Сильвестер последовала за направлением его взгляда и ответила:

– Это мистер Энсайн, один из самых завидных женихов. Он, по-видимому, знает, за кем ухаживать.

– Я спросил, потому что он сейчас просил меня представить его Пооле.

– Неужели! Представь же его, для нее это была бы прекрасная партия. Не говоря о его богатстве, он принадлежит к высшему кругу, и его рыжие бакенбарды очень красиво бы смотрелись около черных волос Поолы.

Сильвестер нахмурился, потом вздохнул, но Поола видела, что через несколько минут он подошел к Энсайну. Ее бледные щеки вспыхнули, и после формального представления молодой человек весело спросил:

– Остались ли вы довольны вашей прогулкой?

– О, ответила она очень тихо, – не вспоминайте об этой прогулке здесь. С нами произошло нечто неприятное, после того как мы расстались с вами.

– И возле вас не было защитника? Если бы я знал! Случилось что-то серьезное? – спросил он другим тоном, видя, как печально ее лицо.

– Спросите мисс Стьюйвесант, – ответила Поола. – Я сегодня не хочу говорить об этом. Музыка увлекает все мои мысли.

Он подал ей руку, и они пошли танцевать.

Между тем двое мужчин говорили в углу:

– Сильвестер хорошо держится сегодня.

– Как всегда. С такой внешностью человеку стоит только войти в комнату, чтобы дать почувствовать свою значимость. Кроме того, он еще и прекрасный оратор. Вы слышали, как он говорит?

– Нет.

– Вы многое потеряли. У него очень приятный и звучный голос. Словом, Сильвестер человек замечательный во всех отношениях.

– Мне и самому так кажется.

– И такой удачливый! Отдайте, не раздумывая, ему свои деньги и разбогатеете непременно. Жаль, что он оставил дела в Волской улице, теперь там все похожи на стадо баранов, потерявших своего вожака.

– Разве Сильвестер оставил Волскую улицу?

– Закончил последнее предприятие две недели тому назад, перед тем как его выбрали президентом Медисонского банка. Оно лучше, знаете. Медисонский банк учреждение солидное, а Сильвестер честолюбив.

– Я с Сильвестером не знаком. Большая у него семья?

– Жена – вот эта красавица, которая говорит с Дитманом, и, кажется, племянница, вон там.

– Вижу, очень хорошенькая. Как вы думаете, сколько стоит наряд мистрис Сильвестер?

– Тысяч десять, не меньше; одно брильянтовое перо в волосах стоит тысяч пять.

– Так, так. Они живут в великолепном доме, я полагаю?

– В настоящем дворце, на углу Пятой Аллеи и ***.

– Его собственном?

– Должно быть.

– Есть и экипаж?

– Разумеется. А еще яхта и ложа в опере.

– А жалованье какое он получает?

– Тысяч пять, а может быть, и десять.

– Вероятно, имеет много акций банка?

– Достаточно, чтобы влиять на дела.

– Они, кажется, стоят ниже номинальной цены?

– Когда-то да, теперь, однако, поднимаются.

– И он больше не занимается спекуляциями?

– Насколько мне известно, нет. Он сколотил состояние и теперь хочет жить в свое удовольствие.

– Доверяете ли вы моему мнению, Стедлер?

– Более, чем к чьему бы то ни было.

– Помяните же мое слово. Через два месяца мистер Сильвестер сдаст внаем свой дом и уедет на юг поправить свое здоровье, или же при хорошем стечении обстоятельств – его хорошенькая племянница выйдет замуж за какого-нибудь богача, который даст взаймы Сильвестеру сто или двести тысяч долларов и таким образом поправит его финансовое положение.

– Вы знаете что-нибудь?

– У меня есть рудники в Колорадо, и я всегда держу руку на пульсе.

Они ушли, не заметив бледную, низенькую девушку, рассеянно кивавшую головой на замечания юноши, стоявшего возле нее, не заметили, с каким волнением она вдруг встала, когда они отошли, и отделалась от своего собеседника под каким-то предлогом. Эта девушка была мисс Стьюйвесант.

Она быстро оглянулась вокруг и увидела недалеко от себя высокую фигуру мистера Сильвестера, а именно с ним она и желала переговорить немедленно. Но при первом своем движении в его сторону она заметила другое лицо и вдруг задрожала от волнения и попыталась найти укромное местечко, чтобы остаться незамеченной. Но через минуту глаза ее опять устремились на лицо, так взволновавшее ее, и, видя, что оно наклонилось к ней, она уронила букет лилий, который держала в руке. Прежде чем она успела опомниться, обладатель лица исчез, а с ним вместе и ее нерешимость, и испуг. Торопливо подошла она к Сильвестеру.

– Дайте мне вашу руку на минуту, – сказала она с умоляющим и выразительным взглядом.

– Мисс Стьюйвесант! Как я рад видеть вас.

Ей показалось, что он никогда не смотрел так весело, и никогда его улыбка не казалась ей приятнее.

– Непродолжительный разговор с никчемной девочкой не очень вам повредит? – спросила она, взглянув на группу мужчин, отступивших при ее приближении.

– Вы, напротив, освободили меня от скуки слушать деловые разговоры на балу.

Она отвела его к жардиньерке, наполненной тропическими растениями.

– Я хочу сказать вам кое-что, – сказала она поспешно, но робко, прошу извинить меня, если я поступаю нехорошо, но папа так уважает вас… Мистер Сильвестер, знаете ли вы человека, которого зовут Стедлер?

Удивленный таким вопросом, Сильвестер ответил:

– Да, если вы говорите о том, кто сейчас вошел в столовую.

– А того, кто шел с ним, вы знаете? – продолжала Сисилия, – такого дородного, напыщенного мужчину в золотых очках?

– Нет.

В его тоне слышалось беспокойство, поразившее ее.

– Он приезжий и говорит, что не знает вас, но, судя по его вопросам, очень интересуется вашими делами. Он говорил о рудниках в Колорадо. Я сидела