Кошмары Братьев Гримм - Якоб и Вильгельм Гримм

И чем более приближался к концу двенадцатилетний срок, тем озабоченнее становился купец и даже скрыть не мог опасений, выражавшихся на лице его.

Вот и спросил его однажды сын, чем он так озабочен. Сначала отец не хотел говорить ему, но сын продолжал у него допытываться до тех пор, пока тот не рассказал ему, что пообещал его отдать (сам не сознавая, что он обещает) какому-то маленькому человечку и получил за это груду денег.

– Обещание свое, – сказал отец, – я скрепил распиской и печатью и вот теперь, по истечении двенадцати лет, должен тебя выдать ему.

Сын отвечал отцу:

– Батюшка, уж вы не беспокойтесь, все устроится к лучшему – черный человечек не может иметь надо мною никакой власти.

Сын, когда пришел час его выдачи, вместе с отцом вышел в поле, очертил круг и стал внутрь него с отцом.

Черный человечек явился и спросил отца:

– Ну, привел ли ты с собою то, что мне обещал?

Тот молчал; а сын спросил:

– Чего тебе здесь надо?

– Не с тобою я говорю, – сказал черный человечек, – а с твоим отцом.

Но сын продолжал:

– Ты моего отца обманул и соблазнил – выдай мне его расписку!

– Нет, – отвечал черный человечек, – я своего права не уступлю.

Так они еще долго между собою переговаривались, наконец сговорились на том, что сын, который отныне принадлежал уже не отцу, а исконному врагу человеческого рода, должен сесть в суденышко, спущенное на текучую воду; отец же обязан ногою оттолкнуть его от берега и предоставить течению воды.

Таким образом сын простился с отцом своим, сел в суденышко, и отец оттолкнул его от берега. Суденышко тотчас перевернулось вверх дном, и отец, подумал, что сын его погиб, и, возвратясь домой, долго горевал о нем.

А суденышко-то не потонуло; преспокойно поплыло вверх дном по течению, и плыло долго, пока наконец не врезалось в какой-то неведомый берег.

Тут сын купца вышел на берег, увидел перед собою прекрасный замок и пошел к нему.

Когда же он в замок вступил, то убедился, что он заколдован: прошел он через все комнаты замка, и все были пусты; только придя в последнюю комнату, он нашел там змею, лежавшую на полу и извивавшуюся кольцами.

Эта змея была очарованная девица, которая очень обрадовалась юноше и сказала:

– Ты ли это пришел ко мне, мой избавитель? Тебя ожидаю я уже целых двенадцать лет! Все здешнее царство заколдовано, и ты должен его избавить от чар.

– А как же могу я это сделать? – спросил юноша.

– Сегодня ночью придут двенадцать закованных в цепи черных людей и будут тебя спрашивать, что ты здесь делаешь, а ты молчи, не отвечай и предоставь им делать с тобою все, что им вздумается; станут они тебя мучить, бить и колоть – и ты не мешай им, только не говори; в полночь все исчезнет. Во вторую ночь придут двенадцать других, а в третью ночь даже и двадцать четыре, которые тебе и голову отрубят; но в полночь их власть минует, и если ты все это вытерпишь и ни словечка не вымолвишь, то я буду от чар избавлена. Тогда я приду к тебе и принесу в склянке живую воду, опрысну тебя ею, и ты опять станешь живой и здоровый, как прежде.

На это юноша сказал:

– Охотно готов тебя от чар избавить.

Все случилось так, как она сказала: черные люди не могли у него ни слова вымучить, и на третью ночь змея обернулась красавицей-королевной, которая пришла к нему с живой водою и вновь его оживила. Тут бросилась она ему на шею и стала его целовать, и весь замок наполнился радостью и весельем.

А затем была отпразднована их свадьба, и юноша стал королем с Золотой Горы.

Так жили они в полном довольстве, и королева родила красивого мальчика.

Минуло восемь лет, и вдруг вспомнился королю его отец, и истосковалось по отцу его сердце, и пожелал он его навестить.

Королева не хотела мужа отпускать и говорила:

– Уж я знаю, что эта поездка принесет мне несчастье! – но он до тех пор упрашивал ее, пока она не согласилась.

При прощанье дала она ему волшебное кольцо и сказала:

– Возьми это кольцо; стоит только надеть его на палец, и ты тотчас очутишься там, где пожелаешь; но только ты должен мне обещать, что ты не воспользуешься им, чтобы меня насильно вызвать к отцу твоему.

Он ей это обещал, надел кольцо на палец и пожелал очутиться перед тем городом, где жил его отец.

В одно мгновение он там и очутился, и хотел войти в город; но, когда пришел к городским воротам, стража не захотела его впускать, потому что одежда была на нем какая-то странная, хоть и богатая, и красивая.

Тогда он пошел на соседнюю гору, где пастух пас овец, обменялся с ним одеждой и, надев старое пастушье платье, беспрепятственно проник в город.

Когда он пришел к своему отцу, то объявил ему, что он его сын; но тот этому не хотел верить и сказал, что у него точно был сын, но уже давным-давно умер.

– Но так как я вижу, – добавил отец, – что ты бедняк-пастух, то я могу тебя накормить.

Тогда мнимый пастух сказал своим родителям:

– Истинно говорю вам, что я ваш сын, да и неужели же вы не знаете никакого знака на моем теле, по которому вы могли бы меня узнать?

– Да, – сказала мать, – у нашего сына была крупная родинка под правою мышкою.

Он засучил рукав рубашки, они увидели у него под правою мышкою родинку и уже не сомневались более в том, что он их сын. Затем рассказал он им, что он – король с Золотой Горы и что женат на королевне и сын у них есть, семилетний мальчик.

Отец сказал на это:

– Ну, этому уж я никак не поверю: хорош король, одетый в рваную пастушью одежду!

Тогда сын рассердился и, позабыв свое обещание, повернул волшебное кольцо кругом пальца и пожелал, чтобы его жена и сын немедленно к нему явились.

В то же мгновенье они и явились перед ним, но королева плакала и жаловалась на то, что он свое слово нарушил и сделал ее несчастливою. Он сказал ей, что поступил необдуманно, но без всякого злого намерения, и стал ее уговаривать.

Она сделала вид, что готова ему уступить, но между тем на уме у нее было недоброе.

Он повел ее за город на