Танька - Лен Андреевский

сына одна, обнаружили опухоль мозга. На операцию в Германии денег, конечно, не хватало. Саша в отчаянии искал заработок. Уже на следующий день Таня с Сашей пришли на поклон к Файзуллину, чей офис располагался на свежеотремонтированном третьем этаже Вычислительного центра. Серж тут же взял на работу обоих, оставив Таню при себе, а Сашу услал на другой конец Москвы, на склад оргтехники. Так Таня стала маркетологом.

А через месяц, когда срок ее проживания в Доме студента подходил к концу и она судорожно искала новое жилье, подвыпивший Серж поздним апрельским вечером, после того как все разошлись по домам, завел Таню в подсобку на первом этаже и изнасиловал. Таня кричала, но никто не отозвался. Серж дышал ей в лицо перегаром и твердил одно и то же: «Я тебя обожаю! Переезжай ко мне! Я тебя обожаю! Переезжай…» Когда все кончилось, Серж увез онемевшую Таню к себе в Барвиху, где недавно купил огромный двухэтажный дом сталинского наркома. Так Таня поселилась в наркомовском кабинете на втором этаже в окружении шкафов из карельской березы и собраний сочинений Маркса, Энгельса и Ленина.

Глава 35

Первое время она жила как во сне. Она была так растеряна, что и сама не понимала – то ли ее пленили, как персидскую княжну, то ли так выглядит настоящая мужская любовь. Файзуллин представлял ее всем както неопределенно: моя спутница. Таня чувствовала себя дорогим охотничьим трофеем, чемто вроде медвежьей шкуры. Серж, впрочем, вел себя элегантно. На следующий день после похищения Тани он привез в Барвиху целый багажник цветов и шампанское. Снова были объяснения в любви и просьбы простить его. Таня поставила только одно условие: она пишет диссертацию, и, если она работает у себя в кабинете, Серж не должен ей мешать. Файзуллин заржал и заявил, что первый раз видит женщину, которая требует от мужчины, чтобы он не мешал ей работать.

Таней овладело какоето смутное бессилие. Возможно, надо было хлопнуть дверью и уехать в Москву. Но куда? Из общежития ее выписали, скудные пожитки в двух коробках стояли в лаборатории. Она пыталась понять, какое чувство связывает ее с Сержем, но видела внутри себя нечто бесформенное и прохладное. Иногда ей доставляла удовольствие ироничная вечерняя болтовня с ним, но, когда, выпив, он бросался на нее в приступе страсти, ей казалось, что он искренне забывает, как ее зовут. Она подозревала, что Серж остановил свой выбор на ней вовсе не изза любви именно к ней, Тане Белоиван, а просто потому, что она считалась звездой лаборатории. Она искала в его глазах хотя бы тень теплоты, но не находила ничего. Этот чингизид с виртуальным ятаганом у пояса жил, в сущности, совершенно отдельной от нее жизнью. Хотя, рассуждала она, что она вообще знала о мужской любви? Ничего. Вполне вероятно, что она именно такая – грубое соитие и холод.

Новая жизнь Тани не была лишена приятности. Огромный дом и кабинет, уютно и удобно. Она так долго жила в тесноте общежитий, что необъятные пространства наркомовского особняка давали ей чувство свободы. У нее появилось больше времени для работы. Хозяйством у Сержа занималась пожилая татарка тетя Рая, трижды в неделю она убирала дом и набивала холодильник разными вкусностями. Не особенно обременяли Таню и маркетинговые обязанности, которые свелись к нехитрым расчетам пару раз в неделю. На работу в ВЦ уходило примерно столько же. Остальное время она отдавала математике. Задача равенства классов заслоняла все. На устройство своей судьбы не хватало сил. И Таня остановилась гдето между небом и землей, безразличием и отвращением, одиночеством и Сержем, решив пока ничего не менять.

Она увлеклась работами американца Ричарда Карпа о проблеме полноты задач класса NP. Полнота – это свойство задачи, которое означает, что она «представляет» весь класс задач. Если удастся быстро решить такую задачу, то можно будет быстро решать и все остальные задачи из этого класса. В 1971 году Карп предложил список из двадцати одной NPполной задачи. Сейчас их было уже куда больше, и проблема определения NPполноты для математиков становилась массовой. Карп задался вопросом: можно ли поставить некие ограничения в условия NPполной задачи так, чтобы получившаяся подзадача сохраняла свойство NPполноты. Например, в задаче коммивояжера искать не единственно возможный маршрут, а маршрут не длиннее определенной величины. Оптимизированная таким образом задача коммивояжера сохраняет полноту, то есть ее решение легко проверить.

Карп доказал NPполноту двадцати одной задачи и предположил, что вопрос о сохранении NPполноты при четких правилах оптимизации разрешим. Однако доказать этого не смог. И вот за дело взялась Таня.

Серж мало интересовался тем, что она делает в его отсутствие. Иногда ей казалось, что, мотаясь по делам, он и вовсе забывает, что дома его ждет женщина, считающаяся его возлюбленной. Первое время она еще пыталась объяснить ему, чем занимается, установить с ним какоето профессиональное общение, но быстро поняла, что за два года в бизнесе Серж просто стер из памяти все, что касалось математики. Теперь он с трудом вспоминал, что такое интеграл. Куда больше Сержа волновали ее маркетинговые достижения. Все Танины расчеты неизменно доказывали одно и то же: Москва и – шире – вся Россия остро нуждаются в персональных компьютерах и ксероксах. Спрос не просто превышал предложение, но рос в геометрической прогрессии. Краткие реляции Тани Серж слушал, как музыку, радуясь несказанно. Таня тоже была довольна. Ей казалось, что чем меньше он сосредоточивается на их отношениях, тем спокойнее ей жить.

Больше всего она любила дни, когда Файзуллин улетал в командировки. Тогда весь дом и сосновый лес вокруг оставался в ее распоряжении. Шли месяцы, и весна с купами цветущей черемухи и сирени сменилась нежным дождливым июнем. Она бродила под старыми соснами, собирала маленькие, мокрые, как собачьи носы, маслята и думала. Густые запахи земли и грибной свежести действовали на нее странно. Она как будто отключалась от реальности, переносясь в мир, где ее мысль свободно и уверенно чертила в душном воздухе подмосковного лета бесконечные ряды формул. Жизнь этих формул была настолько причудлива, полна таких коварных ловушек и открытий, что больше всего напоминала сюжет хорошего детектива. Все самое главное происходило не между ней и Сержем, не в «ОргТекнолоджи», а там, где формулы торопливо бежали за ее мыслью.

Полной идиллии мешал только Серж. После скудной зарплаты старшего научного его бизнес и легкое богатство стали для него источником небывалых желаний. Он хотел всего и сразу. В просторном наркомовском гараже уже стояли один «ниссан» и два «мерседеса». Бар ломился от коньяков, а в комнатах громоздились экзотические, дорогие и совершенно