Сибирский приключенческий роман 2 - Галина Алексеевна Беломестнова

Михаил попытался что-то сказать ей в ответ, но в голове была пустота, во рту – сухость, язык окаменел, воздуха стало не хватать…

– Михаил Михайлович, вам плохо? Может, скорую помощь вызвать? – запричитала пожилая соседка.

Михаил закрыл рот и с удивлением смотрел на пожилую, седую, полноватую женщину, приблизившую к нему свое лицо.

Нет, это была не Инга, а соседка из квартиры напротив.

– Да нет, у меня все нормально, – попытался отстраниться от навязчивой женщины Михаил.

– А что ж это вы, дорогой, так тяжело дышите, с сердцем плохо?

– Да спасибо, все прошло, – соврал Михаил.

– А что ж это вы так? Нужно следить за собой. А то уперлись в машину, думала, заглядываете в нее. А это, оказалось, вам плохо. Сбежала вниз, а вы уже на скамейке сидите…

– И никого рядом не было? – перебил надоедливую соседку Михаил.

– Так вроде и никого. Женщина какая-то там стояла, глазела на мои окна. Да вон она! – вскрикнула баба Аня.

– Где? – Выдохнув и сдавив губы, Михаил осмотрелся по сторонам.

– Ой, да уже и ушла. Что, знакомая?

– Кто?

– Так та женщина…

– Да нет, – замотал головой Михаил.

– Наверное, с дружками засиделись? – продолжала расспрашивать баба Аня.

– Да, да, вы правы, – согласился с ней Михаил, пытаясь хоть на какое-то время освободиться от любопытной женщины. – Работы было много… – И, встав со скамейки, потихонечку засеменил на улицу.

А тяжесть так и не сходила с груди, расплылась, как мокрая тряпка, на кости ребра, давя своей массой на легкие и сердце.

И снова он увидел шестисотый черный «мерседес» Инги, стоящий на той стороне улицы, но уже не стал рассматривать сидящую в нем хозяйку, а наоборот, прикрыв глаза «про себя» перекрестился, еще раз, и еще. Перекрестивши свое тело со всех сторон, и снизу, и сверху, он тут же почувствовал душевное облегчение, вдохнул свежего воздуха, еще – раз, и открыл глаза только после того, как почувствовал свежесть внутри лобной части головы, снимающую тяжесть и разрывающую ее на мельчайшие части, растворяя в себе.

С той стороны не было «мерседеса», а только какая-то невысокая женщина, одетая в длинное черное платье, не спускала с него глаз.

«Ну и прекрасно, – подумал Михаил и, окрестив ее «про себя», – прошептал, да так, чтобы она видела движение его губ, – аминь!»

Как ее лицо после этого дернулось, словно кто-то неожиданно с силой толкнул ее в спину. И, опустив лицо вниз, она быстро пошла по переулку, теряясь среди людей, словно стремясь побыстрее убежать.

«Неужели это и есть та самая ведьма Феодора?»

Глава 3

Мын-Лунг

1

Володя так и не вышел из псарни, чтобы поздороваться с Михаилом, а продолжал медленно водить по холке Цэсы, словно что-то пытаясь найти у нее в шерсти. Собака в напряжении смотрела куда-то за сетку, скорее всего, и не смотрела, а ждала, когда ее хозяин Володя Чиж ей сделает больно. Да, да, именно этого она и ждала, догадался Михаил, так как сразу же после этой мысли лайка начала ерзать, попыталась встать на задние лапы, но Чиж цыкнув, ее тут же осадил.

– Миша, лезь сюда, помоги, – попросил он. И, дождавшись, когда Филиппов, согнувшись в три погибели, влезет в псарню, ткнул подбородком в сторону табуретки, на которой лежали скальпель, медицинские щипцы, йод, ватка. – Щипцы подай и отойди, а то еще куснет, – прошептал он и, оседлав собаку, заставил ее лечь. – Да месяц назад на мишку ходил, всех порвал кутят, оладь ему в душу, только сучку старую оставил. Боюсь уже, что крест на ней можно ставить.

– Что, ранил ее? – поинтересовался Михаил.

– Да, но не в этом дело, ей восемь лет, даст еще приплод или нет, не знаю. Кобеля соседа не подпустила к себе, когда течка была.

– А это не ее был кутенок?

– Да ее. Так он же кобель, неужели снова в Екатеринбург ехать за новой собакой, договариваться? Вот оладь ему в душу, а. Больше таких звероловов не попадалось. Все на птицу падки, а эта еще полугодовалым кутенком сразу на мишку пошла, еле спас.

Цэска, вывернув голову, начала поскуливать, но Сергеичу это, видно, было только на руку, и, опустив щипцы в ее шерсть, резко рванул ими назад. Собака, взвизгнув, успокоилась и положила свою морду на лапы.

– Вот смотри. – Чиж протянул щипцы Михаилу, а сам, взяв с табуретки вату с йодом, начал смазывать собаке рану.

В щипцах была зажата какая-то то ли кость, то ли сук от дерева, но потрогать пальцами это Михаил не решился, уж больно неприятные чувства она вызывала.

– Это обломок когтя.

– Медведя?

– Ты чего, – с удивлением посмотрел на Михаила Чиж, – рыси. – Если б мишка, оладь ему в душу, ее полоснул, то точно бы не спас Цэску. У него ж когти, оладь ему в душу, как ножи столовые.

– Ой, какие гости у нас! – Радостный вскрик жены Чижа, Веры Павловны, был настолько неожиданным для Михаила, что тот, испугавшись, вскочив с корточек, сильно ударился затылком о крышу клетки, покрытую сеткой-рабицей.

– Верка, да что ты, оладь в твою душу, – зашипел Чиж.

Но Вовка, став на корточки и вылезая из клетки, широко улыбаясь, сказал.

– Бывает же такое, напугался так, что чуть сетку-рабицу головой не продырявил. – И протянул руку Вере Павловне.

Вера обняла гостя и, подхватив его под локоть, повела к столу, стоявшему у дома.

– Как хорошо, что ты пришел, посмотри Лешку, – сказала Вера Павловна и позвала внука, пятилетнего мальчишку, копавшегося в огородной грядке. – Леша, иди сюда, дядя Миша пришел.

Пацаненок, увидев Филиппова, с радостными восклицаниями побежал к ним на встречу и, обняв Михаила, повис на его груди.

– Вот какой богатырь ты стал! – Михаил подбросил мальчугана вверх.

– Дядя Миша, дядя Миша, а там жук вот с таким рогом! – кричал Лешка. – Пошли, покажу. Только не бо-ойся его, он мой друг. Да, бабушка?

И они все вместе пошли искать в листве щавеля рогатого жука.

– Мишенька, ну как он, а? – подергивая за локоть гостя, наступала с радостными распросами Вера Павловна. – Ты посмотри, с тех пор совсем не заикается. Какой ты, Мишенька, молодец!

– Только не перехвали меня, – улыбаясь, обнял за плечи женщину Михаил. – Этого побаиваюсь, а то сглазят.

– Да кто такой дурак будет, чтобы попытаться тебя сглазить?

– Ну, это как сказать…

Вера Павловна, когда работала медсестрой в больнице, не раз приглашала со своим врачом Иваном