Двадцать два несчастья – 4 - Данияр Саматович Сугралинов

«экстракт редкого морского микроорганизма». Проще говоря, это крайне перспективное вещество, которое умно расширяет только «проблемные» мелкие сосуды, помогая им работать как надо. Что важно, не снижая общее давление, не нагружая сердце и не теряя эффективности со временем, в отличие от обычных сосудорасширяющих препаратов. Потенциально — золотая жила, но это для корпораций. Для меня же — объект научного интереса и миллионы спасенных жизней.

С этими мыслями я собрал сумку, погрозил хмурому Валере на прощание, чтобы вел себя хорошо, и поехал в спа-салон на такси.

Дорога пролетела в мыслях о новом препарате, так что сам не заметил, как добрался.

Я вышел из такси и направился к административному корпусу.

Домики-пагоды выглядели нелепо посреди ноябрьской слякоти с их восточным декором, бумажными фонариками и стилизованными крышами с загнутыми углами. Да уж, это не Токио и не Шанхай, и вместо разлитого запаха цветущей сакуры в воздухе стояла вонь выхлопных газов.

Не успел я дойти до входа, как двери распахнулись, и навстречу мне выплыла делегация из двух человек. Впереди монументально шагала Снежана Арнольдовна, возвышаясь над дверным проемом так, что ей пришлось чуть пригнуться, следом семенил Иннокентий — тот самый менеджер, который увольнял меня за отсутствие сертификата массажиста.

Снежана Арнольдовна улыбалась, и на ее лице с тяжелым подбородком и властным взглядом это выглядело примерно так, как если бы очень сердитый бульдог вдруг решил изобразить приветливость.

— Сергей Николаевич! — разнеслось по всей территории. — Наконец-то! Мы вас заждались!

Иннокентий забежал вперед, открывая передо мной калитку, которая и так была не заперта.

— Добрый день, Сергей Николаевич, очень рады, очень рады, — затараторил он, избегая встречаться со мной глазами. — Ваш павильон готов, все как вы любите, простыни свежие, масла по списку…

Все как я люблю? Ему-то откуда знать? Но спорить не стал, потому что свежие простыни — это хорошо.

Тем временем Снежана Арнольдовна пошла рядом, подстраиваясь под мой шаг и активно покачивая могучими бедрами, обтянутыми юбкой до колен.

— Клиентки по сей день постоянно звонят и требуют вас, — сообщила она каким-то странным тоном. — Это все после того стрима с Лейлой Хусаиновой. Все спрашивают, когда вернется Сергей Николаевич, и готовы ждать, причем некоторые отказываются записываться к другим мастерам. Говорят, только к вам.

Так вот где собака зарыта! Дело не только в моем фан-клубе, но и в стриме Лейлы. Что ж, одной загадкой меньше. Но говорить я ничего не стал, промолчал, потому что комплименты от руководства обычно означают, что за ними последует какая-нибудь просьба.

— На сегодня у вас двенадцать записей, — продолжила она вкрадчивым голосом. — Я лично проследила, чтобы между сеансами были хотя бы короткие перерывы по десять минут. Больше не получилось, желающих слишком много.

Двенадцать клиенток за день означало работу с десяти утра до семи вечера, если считать по сорок минут на сеанс плюс перерывы. Руки к вечеру отвалятся, но ничего не поделаешь, раз вписался.

— Приемлемо, — сказал я. — Спасибо.

Павильон номер семь встретил меня знакомым запахом аромамасел и благовоний. Все было как прежде, в этом двухэтажном домике в псевдовосточном стиле внизу располагалась зона приема с бамбуковыми креслами и журнальным столиком, а наверху — собственно, массажный кабинет.

Я поднялся по скрипучей деревянной лестнице и осмотрелся. Топчан был застелен свежим бельем, полотенца сложены аккуратной стопкой, на столике выстроились флаконы с маслами, а кто-то даже позаботился о термосе с горячим чаем.

День обещал быть длинным, этого я не боялся…

…но даже не предполагал, каким кошмаром все обернется.

Глава 20

Что удивительно, на весь день ко мне были записаны только женщины, хотя мужчинам массаж тоже лишним не будет. Вероятно, в нашей стране прекрасному полу в целом свойственно больше заботиться о себе, и такой перекос именно у нас. На Западе, да и в Азии, мужики также ревностно ухаживают за собой и следят за здоровьем. Наши же предпочитают терпеть до последнего.

Первые три клиентки слились в одну непрерывную работу: офисные спины, затекшие шеи, «вдовьи горбики», жалобы на головные боли от компьютера. Стандартный набор современной женщины, проводящей по восемь–десять часов в неправильной позе перед монитором.

Массаж при таких проблемах работает через простой механизм: стимуляция механорецепторов в мышцах и фасциях снижает спазм и кратковременно улучшает кровоток. Эффект подтвержден множеством научных исследований, и ничего мистического в нем нет. Да, это симптоматическое облегчение, а не лечение причины, но клиенткам и этого хватает. А вот по-хорошему им бы, помимо массажа, самим побольше двигаться. Да хотя бы активные двухминутки каждый час делать: встать, поприседать, подняться по лестнице, сходить поболтать с коллегой.

В общем, первые три прошли буднично, а к полудню я начал замечать странное.

Четвертая клиентка, Алия, женщина лет под тридцать, оказалась мамой в декрете. Под глазами у нее залегли тени, плечи были опущены, а в движениях читалась заторможенность от хронического недосыпания.

— Муж подарил сертификат в это спа на день рождения, — объяснила она, укладываясь на топчан. — Сказал, что мне нужно расслабиться. А я даже не знаю, умею ли еще расслабляться.

— Сейчас проверим, — сказал я и начал работать мягко, без глубокого давления, потому что ее организму сейчас нужна была не проработка мышц, а активация парасимпатической нервной системы.

Медленные поглаживающие движения, равномерный ритм и тепло рук снижают уровень кортизола и запускают релаксационный ответ. Плюс дают лимфодренажный эффект — умеренный, но хотя бы на час–два она выключится из своей бесконечной гонки.

Минут через пятнадцать ее дыхание стало глубже и ровнее.

— Сергей Николаевич, — вдруг сказала она, не открывая глаз. — Можно спросить?

— Слушаю.

— Вы женаты?

Вопрос прозвучал настолько неожиданно, что я на секунду замер.

— Нет. Почему спрашиваете?

— Не знаю… — Она помолчала с минуту, а потом все же объяснила: — Просто подумала, что женщине, которая с вами, наверное, очень повезло. У вас руки такие… как будто вы понимаете, где и как болит, еще до того, как я сама это осознаю.

Она резко замолчала, и я почувствовал, как под моими ладонями ее мышцы снова напряглись.

— Простите, — быстро проговорила она и отвернулась, повернув голову в другую сторону от меня. — Не знаю, почему это сказала. Просто с вами почему-то хочется быть честной. Глупо, да?

— Не глупо. Расслабьтесь, мы еще не закончили.

Она выдохнула, вернула голову на место, и послушно расслабилась,