Двадцать два несчастья – 4 - Данияр Саматович Сугралинов

Он задумчиво покачал головой и вздохнул. — Другие что, думаешь, не говорили мне? «Бросай курить, бросай курить!» А нет бы как ты, четко сказать, успокоить, объяснить…

— Так я врач, — пожал я плечами. — Рефлекс.

— Рефлекс, — повторил он. — Хороший рефлекс. Правильный.

Мы посидели молча. Где-то каркала ворона, издеваясь над Танюхой. Соседка делала болгарские выпады, поставив одну ногу на скамейку.

— Курить бросили? — спросил я, хотя и так знал ответ.

— А то. Да и какой дурак после такого курить будет? — выдал риторический вопрос он, разводя руками. — Но е-мое, первую неделю чуть с ума не сошел, руки не знал куда девать. Все порывался стрельнуть у кого… На стену лез, так курить хотелось!

— А сейчас?

— Честно? — спросил он, посмотрев мне в глаза, и снова тяжко вздохнул. — Очень хочется! Скажи, Сергей, это всегда теперь так?

— Не-не-не, Эльдар Александрович. Вы уже самое сложное прошли. Вообще, все от стажа зависит, кто-то вообще ничего особенного не испытывает и не страдает. Но, в целом, многочисленные отзывы бывших курильщиков говорят, что продержаться нужно примерно сто дней. А потом они даже не вспоминают. И не тянет.

— Эх… — протянул дед. — Жена моя, царство ей небесное, всегда говорила: брось. А я ей: отстань, мое дело. Вот и додымился.

— Сейчас главное режим соблюдать, Эльдар Александрович. Лекарства по расписанию принимать.

— Пью. Пью! Таблеток горсть утром и вечером. Противно, но жить хочется.

— Так они вам и правда жизнь спасают. Наверняка выписали что-то от давления, от тромбоза и для снижения холестерина. Антибиотики уже пропили, скорее всего? Шея не болит?

— Уже нет.

— Ну вот видите. Скоро снова начнете жить, причем как новенький. Главное, не возвращайтесь к этой никотиновой отраве. Она при каждой затяжке спазмирует сосуды, понимаете? Вредно это.

Я поднялся со скамейки.

— Мне бежать надо, Эльдар Александрович. Рад, что у вас все хорошо.

— Подожди.

Он тоже поднялся, тяжело опираясь на трость, и протянул мне руку, крепко пожал.

— Спасибо, Сергей. Серьезно.

— Не за что.

— Есть за что, — замотал он головой, не отпуская мою руку. — Ты мне жизнь вернул! Если что-то будет нужно — скажи. Я человек небогатый, но связи кое-какие остались.

— Связи?

— В налоговой, — лукаво ухмыльнулся дед. — Инспектором был, потом начальником отдела. Много чего видел, много кого знаю. Если надо кого-то проверить или, наоборот, чтобы не проверяли — обращайся.

Что-то он недоговаривал. Начальник отдела в налоговой и «небогатый»? Или по каким-то своим меркам небогатый? Впрочем, никак подозрений я озвучивать не стал, смысл? Человек же от всей души.

— Спасибо, Эльдар Александрович. Учту.

— Учти. И бегай. Это правильно. Полезное дело!

Кивнув ему, я вернулся к Танюхе, которая как раз заканчивала серию выпадов и отряхивала руки.

— Ну что, поговорили? — спросила она. — Что за старик?

— Поговорили. Он тут в парке постоянно сидел, курил, пока я его на операцию не отправил. Вовремя.

— И чего он хотел?

— Спасибо сказать.

Она посмотрела на меня как-то странно и хмыкнула:

— Ты, Серега, странный человек. Все тебе спасибо говорят. Собрал вокруг себя всех дедушек, бабушек, нас со Степкой и Валеру. Мать Тереза!

— Побежали, остыли уже.

— Ты остыл, а я нет, — запротестовала она. — Я разогретая!

Мы сделали еще два круга по парку, потом перешли на шаг возле выхода. Воздух уже слегка посветлел, хотя солнце пряталось за плотными облаками. По дороге домой Танюха болтала про Степку, про то, как перед сном смотрела видео про самбо, потом заново начала эмоционально рассказывать, как распаковала рюкзак и офигела…

Наконец, мы вернулись, и на моей площадке распрощались. Наверх Танюха героически пошла пешком, чтобы усилить эффект от тренировки.

Дома у двери меня встретил свирепый Валера с видом обманутой тещи, хотя с момента моего ухода прошло минут сорок. Миска поражала пустотой, зато у его туалета красовался разбросанный веером наполнитель. Валера жестко мстил и мстя его была ужасна.

— Валера, вот это ты зря, — сказал я суровым непедагогичным голосом. — С какой целью бунт?

Но Валера вдаваться в пространные дискуссии не желал. Он был не в духе, поэтому просто демонстративно отвернулся.

Сменив наполнитель, я отругал котенка, особо не выбирая выражений, но на его продувной морде было написано, что чхать он хотел на мои нотации, и вообще, у него лапки.

Выгнав его из ванной, я залез под контрастный душ, а там уже по сложившейся ежедневной традиции изучил свои показатели:

Самодиагностика завершена.

Епиходов Сергей Николаевич, 36 лет.

День с момента активации: 25.

Текущее физическое состояние: тяжелое, ближе к умеренному (устойчивая положительная динамика).

Прогнозируемая продолжительность жизни: 20–24 месяца.

Динамика патологий:

— Атеросклероз коронарных сосудов: стеноз 34–35%. Системное воспаление низкой активности. Эндотелиальная функция улучшена. Признаков нестабильности бляшек не выявлено.

— Печень: стеатоз продолжает снижаться. Биохимические показатели в референсных значениях. Фиброз F1 без регресса.

— Углеводный обмен: инсулинорезистентность снижена суммарно на 31–33%. Гликемические пики сглажены. Преддиабет сохраняется.

— Бронхолегочная система: вентиляция улучшена. Остаточное воспаление минимальное. Сатурация 97–98%.

— Реология крови: вязкость умеренно снижена. Агрегация тромбоцитов контролируемая.

— Масса тела: 120,6 кг (–8,4 кг от исходного). Потеря жировой массы преобладает. Мышечная масса сохранена.

Ключевые показатели:

— Без алкоголя: 600 часов.

— Без никотина: 614 часов.

— Артериальное давление: устойчивая тенденция к нормотензии.

— Кортизол: стабильно снижен, без компенсаторных пиков.

— Сон: стабильный, глубокий, 7 часов 52 минуты в среднем. HRV 55.

— Физическая активность: регулярная. Адаптация завершена. Признаков перетренированности не выявлено.

Системная оценка: организм закрепляет переход в режим восстановления. Улучшения носят кумулятивный характер. Изменения остаются обратимыми при возврате к прежнему образу жизни.

Малюсенькие цифры прогресса очень радовали, потому что лучше по чуть-чуть, по миллиметру, но не вниз, а вверх! К здоровью! К долгой жизни!

Под конец я облился ледяной водой, обтерся махровым полотенцем и пошел готовить завтрак: овсянку на воде с горстью замороженных ягод и грецких орехов, пару вареных яиц и черный кофе без сахара, но с чайной ложечкой меда. Ничего выдающегося, но организму после пробежки нужен был правильный белок, хорошие жиры, клетчатка и медленные углеводы, а не быстрые калории из булок и колбасы.

Пока ел, освежал в памяти все, что нашел в сети о Vasorelaxin-X. Малый пептид, пептидомиметик, заявленный в БАДе Гоман Гоманыча как