Утесы - Джули Кортни Салливан

Джейн казалось несправедливым, что Пол легко стал отцом, хотя не ценил этого и не умел обращаться с детьми. А Дэвиду, который мог стать таким хорошим папой, так и не довелось этого сделать. Джейн считала себя в этом виноватой.

Она была рада отвлечься на свои мысли, но тут Эллисон спросила Женевьеву, являлся ли призрак снова.

– Кажется, нет, – ответила Женевьева. – Но Бенджамин играет в молчанку с тех пор, как рассказал о девочке при Поле – тот сорвался и велел ему не выдумывать.

– А почему он сорвался? – спросила Эллисон.

– Пол терпеть не может разговоры о потустороннем. Даже не знаю почему. Иногда мне кажется, что он в это не верит. А иногда – что верит и злится, что ничего не почувствовал до того, как мы купили дом.

– Я всегда знала, что в этом доме есть призраки, еще когда мы в школе учились, – заметила Эллисон. – А ты, Джейн?

– Э-э-э… нет. Что? Ты так всегда считала?

Господи, неужели все вокруг верят в призраков, кроме нее самой?

– Мне можешь не рассказывать, – обронила Женевьева и закрыла лицо ладонями.

Они прибыли к паромной переправе на двадцать минут раньше графика. Клементина просила предупредить, когда они будут на пароме. Джейн ей написала.

День выдался прекрасный. Было не слишком жарко, тепло и безветренно. На чистом голубом небе ярко светило солнце.

На паром выстроилась очередь примерно из полсотни человек. Джейн заметила, что мужчин среди толпы было всего трое. И двое из них явно сопровождали жен. Одной супружеской паре было около пятидесяти лет; они смотрели в телефоны. Другой – около восьмидесяти. Она вязала, а он смотрел на море в иллюминатор.

Третий мужчина был среднего возраста, в костюме. Он сидел один и читал «Таймс». Он выглядел настолько странно среди этой публики, что Джейн еле удержалась, чтобы не спросить, не перепутал ли он паромы.

Через пятнадцать минут паром подошел к острову.

На большой лужайке впереди высилось величественное старинное здание с бледно-желтыми стенами и широким крыльцом. Справа от пристани раскинулся небольшой пляж. В воде колыхались женщины с седыми волосами. Бухту оглашал их смех. На деревянном указателе была надпись: «Добро пожаловать в Лагерь Мира».

На причале их ждала Клементина. Она была в фиолетовом, как и в предыдущую встречу. Дома у матери Джейн это казалось странным. Здесь же медиум напоминала королеву, плывущую над толпой.

Клементина обняла Джейн, как старую подругу.

– Я так рада, что вы приехали, – сказала она. – Через десять минут у меня сеанс, и дальше все занято до двух часов. Но после этого смогу с вами поговорить. Приходите ко мне в бунгало.

Женевьева протянула руку и представилась.

– Я хозяйка дома, о котором говорила Джейн. Это у меня привидение, – сказала она. – Путь был долгий, надеюсь, вы удостоите нас индивидуальной аудиенции.

Джейн поморщилась. Какая же она нахалка. Думает, весь мир ей принадлежит.

– Боюсь, индивидуальные сеансы надо бронировать сильно заранее, я предупреждала об этом Джейн, – ответила Клементина. – Лучше делать это в сентябре. Я надеялась, что кто-то отменит прием, но увы. Приходите на демонстрацию в час. Там можно задать вопросы. К сожалению, ничего больше пообещать не могу.

– Но я думала, если мы приедем, вы найдете для нас окошко, – не унималась Женевьева.

– Увы, я могу проводить только определенное число сеансов в неделю, – сказала Клементина. – Моя энергия истощается.

– Мы понимаем, – вмешалась Джейн.

– Не волнуйся. – Клементина похлопала Женевьеву по плечу. – Вы сегодня многое увидите. Обязательно сходите на регрессию в прошлые жизни. Такое нельзя пропустить. Пойдем. Следуйте за мной.

Клементина провела их по усыпанной гравием дорожке мимо желтого дома с широким крыльцом.

Она сказала, что раньше, в период расцвета лагеря, здесь находился отель на сто двадцать пять номеров, но теперь здание используют главным образом как склад.

За старым отелем тянулась скалистая местность, поросшая травой. Вдалеке у океана виднелся шатер с тремя куполами. Рядом располагались около двадцати бунгало, окрашенных в пастельные оттенки и расставленных без какой-либо системы. Домики выглядели новыми и красивыми, в оконных ящиках росли цветы, а маленькие квадратные лужайки были украшены всевозможным декором: ветряными колокольчиками, ловцами снов, фонтанчиками с розовыми кристаллами и статуями фей. В одном дворике Джейн заметила статую Девы Марии.

По тропинкам парами или по трое ходили женщины.

– Сегодня много народу, – сказала Джейн.

Клементина пожала плечами:

– Сто лет назад летом сюда приезжали несколько десятков тысяч человек. Паромы ходили каждый час с конца мая до начала сентября. А сейчас только два в день. Но мне ли жаловаться. Работы полно, не то что в других лагерях. Многие давно закрылись. Но ты права, в погожий день тут много народу. Нам только на руку. – Она взглянула на часы. – Мне пора. Увидимся в обед. Мой дом там.

Клементина указала на один из нарядных домиков. Темно-фиолетовый с белым штакетником по колено. Вдоль забора росли подсолнухи.

– Чуть не забыла, держите.

Она вручила каждой из них листок бумаги и ушла.

Джейн взглянула на листок. Это было расписание мероприятий. Она пробежала взглядом по пунктам:

Церемония со свечами

Ведущая: Флоренсия

Энергетическое очищение

(дежурный инструктор)

Регрессия в прошлые жизни

Ведущие: Эванджелина и специально приглашенный гость

Как говорить, чтобы духи-проводники слушали, и как слушать, чтобы духи-проводники говорили

(Групповая дискуссия у костра)

– Боже, – прошептала Эллисон, – как-то многовато для одного дня.

Джейн согласилась; все это казалось чрезвычайно странным. Она уже собиралась поинтересоваться у своих спутниц, не хотят ли те вернуться домой, но Эллисон добавила:

– Это потрясающе. Хочу попробовать все.

– А куда она обязательно советовала сходить? – спросила Женевьева.

– На регрессию в прошлые жизни, – ответила Эллисон и пробежала глазами листок. – К Эванджелине.

Джейн вспомнила, что Клементина уже о ней рассказывала. Эванджелина говорила, что родители и дети выбирают друг друга, а Клементина в прошлой жизни была замужем за своей матерью.

– Обрати внимание, какие у них имена. Ни одной тебе Дженнифер или Ким, – заметила Эллисон.

– Может, это псевдонимы. Как у стилистов, – сказала Женевьева.

До погружения в прошлые жизни оставался час, и они стали спорить, как его провести. Эллисон захотела посетить сеанс у ясновидящей художницы. Женевьева получила три сообщения от мужа. («Завтра приезжают гости, а он понятия не имеет, как готовиться», – сказала она.) Женевьева решила пройтись по пляжу, позвонить мужу и выдать четкие инструкции, какой сыр и крекеры купить, так как, видимо, сам он этого не знал.

Джейн выбрала лекцию о феминистской истории спиритуализма. В расписании говорилось, что лекция проводится в «ХХБ».

Она