Кофейные романы. Насыщенные истории с ярким вкусом и нежным ароматом - Айгуль Наилевна Галиакберова

Леон осматривал двор.

– Какая здесь толщина стен?

– Около четырёх футов.

Леон продолжал осматривать двор замка и подумал, что в средневековье дворы были скорее функциональными, чем красивыми. Вот кузница, и на широком столе – молот и наковальня, а если приглядеться, то можно увидеть горнило. Недалеко конюшня с развешенными на стенах сёдлами и поводьями. Другая часть двора – «женская». Большой колодец, вёдра вокруг него, приспособления для разделывания рыбы, мяса, всяческие корзины и утварь.

– Наверное, здесь ужасно пахло, – задумчиво сказал он. – Здесь готовят еду, а здесь живёт лошадь…

– И не одна, – заметил охранник.

Леон на несколько мгновений нырнул в прошлое и уловил запах лошадиного пота, дрожжевого теста, увидел багряный отблеск раскалённого металла, женщин с большими корзинами. Услышал плач ребёнка, ржание лошади, позвякивание посуды, громкие разговоры. Двор замка был многослойный, сложный, кипучий и одновременно лишённый суеты.

– А внутрь можно попасть?

– Безусловно, – охранник словно волшебник достал большую связку ключей. – Прошу следовать за мной.

Они зашли в тёмный коридор. Внутри было заметно холоднее, и глазам потребовалось время, чтобы привыкнуть к полумраку. Но провожатого Леона это ни капельки не смутило – он ходил здесь ежедневно и. вероятно, мог обойти весь замок с повязкой на глазах.

Поднимались по узкой винтовой лестнице, высеченной в толще стены. Леон прикасался ладонью к холодной, шершавой поверхности стены и думал о том, что в щелях каменной кладки застряли обрывки древних разговоров, звон монет, музыка и свист стрел.

– Ай! – вскрикнул он.

– Что случилось? – голосом, не сильно изменившимся в интонации, спросил охранник.

– Зацепился локтем за камень.

– Что-то серьёзное?

– Нет, кажется, просто царапина. Просто неожиданно.

– Иногда в стенах делали специальные острые углы, чтобы человек, незнакомый со строем замка, не смог пробраться в него тайно.

– Охранная сигнализация?

– Можно и так сказать…

– Миленько.

Вскоре они вышли на верхнюю галерею крепости. Ветер, которого не было во дворе, обрушился на них. Но воздух был теплее, чем внутри. И дышалось свободнее. Леон зажмурился от дневного света. Осмотрел свой локоть: так и есть большая, но не глубокая царапина, которая практически не кровоточила. По длинной полосе пунктиром выступили капельки крови, словно обозначая путь.

– Почему эта крепость построена далеко от исторического города? – спросил он охранника.

– Жан де Вержи любил уединение…

– Кто это?

– Владелец замка.

– Но ведь внизу написано, что замок построил Бертран де… – Леон запнулся, забыв фамилию.

– Уверяю вас, Бертран де Мальвадес присвоил себе это достижение! – горячо воскликнул охранник.

– Почему же тогда написано другое имя? Почему не исправят?

– Потому что слишком мало сведений, подтверждающих мои слова. Но уверяю, всё именно так.

Леон улыбнулся. Он давно заметил, что смотрители музеев, или, как здесь, целого замка, люди, влюблённые в своё дело. Они могут часами рассказывать о картинах, порой не замечая, что собеседник уже потерял интерес к теме. Лучший способ прекратить монолог – дослушать его до конца, не вставляя комментарии, даже если не согласен. Словно подтверждая это, собеседник принялся рассказывать.

– Жан де Вержи был знатного рода. Он был начитан, умён и являлся прекрасным стратегом. Благодаря этому он выигрывал сражения. Но одновременно с этим у него было большое сердце. Он слишком доверял тем, кто был рядом, и этим пользовались бесчестные люди. У Жана был лучший друг Антонио. Он не был из знати, но так вышло, что их детство прошло бок о бок, и они стали друг другу как братья. Антонио всячески стремился дотянуться до своего друга, он был обучен грамоте и был достаточно умён. Но всё же простоват. Хотя это никогда не мешало их дружбе.

Сторож смотрел вдаль, словно видел на горизонте картину. Чуть помолчав, он продолжил своим мягким певучим голосом.

– Однажды Жан де Вержи отправился в поход. Подразумевалось, что он пробудет в нём не меньше года. Казну он оставил на своего советника – Бертрана. В помощники ему был друг Антонио. Однако Бертран не выдержал испытание деньгами и начал жить с невероятной роскошью, растрачивая казну. Обманными путями он выведывал у Антонио информацию о владельце замка, а тот – наивная душа – рассказывал.

Когда стало известно о возвращении Жана в родной замок, Бертран обставил всё так, как будто не он, а Антонио растратил казну. Он привёл такие доводы, что Жан де Вержи поверил ему, но не своему лучшему другу.

Охранник протяжно вздохнул, провёл рукой по стенам. Леон с любопытством спросил:

– А дальше что? Неужели Жан де Вержи поверил Бертрану, а не своему другу?

– В том-то и дело, что да. Я же говорил ранее, что он был наивен. А Бертран слишком хитёр и не зря выуживал информацию у Антонио. Он привёл такие доводы, что Жан поверил, что лучший друг предал его.

– И?

– И велел казнить.

– Серьёзно?

– Да… В то время, друг мой, действовали другие законы.

– Сурово. А что потом?

– Бертран организовал бунт, и Жан де Вержи был изгнан из своего собственного замка. А Бертран де Мальвадес стал его «основателем», хотя, безусловно, таковым не являлся.

– Как-то всё глупо получилось… – протянул Леон.

– Все великие ошибки случаются по глупости и от того, что люди не хотят слушать друг друга.

– Но ведь они дружили с детства! Неужели это не аргумент?

– Антонио переживал личную драму, он стал закрытым, скупым на слова. За время отсутствия Жана двое его детей умерли от болезни. Бертран использовал это против него.

– А проверить?

Охранник развёл руками.

– Ах, если бы всё было так просто. Но ведь вы знаете – человеку свойственно усложнять. И всё произошло слишком стремительно. Жан был уставшим после похода, Бертран слишком убедительным, Антонио слишком молчаливым.

– Слишком много «слишком».

– Всё так… Впрочем, нам пора. Мне кажется, вы уже окоченели от ветра.

Охранник проводил Леона к выходу, попутно рассказав историю некоторых предметов интерьера. Как они создавались, для чего использовались. Напоследок Леон ещё раз окинул взглядом большой двор замка. Поблагодарил стражника за возможность прогуляться внутри крепости и познавательные истории.

– А куда делся Жан де Вержи? – спросил он напоследок.

Охранник пожал плечами:

– Сгинул… Но это уже никого не интересовало. По одной из версий он утонул в болотах.

– Жаль…

Охранник одарил его грустной улыбкой и открыл створки тяжелых ворот.

Леон возвращался той же дорогой, обдумывая слова сторожа замка. Он только сейчас подумал, что, наверное, было бы уместно оставить ему чаевые. Но ситуация не особо располагала, и никакого намёка со стороны самого мужчины не было. Хм, он даже не спросил, как его