Ты пахнешь как спасение - Эллин Ти

Я не готова на сто из десяти, и из-за этих страхов будущего я просто не могу довериться вообще никому. Настолько, что за эти три года у меня было от силы три поцелуя! Два на спор, один случайный. И как избавиться от этого страха будущего и разрешить своему сердцу открыться хоть кому-то, я понятия не имею.

Артурик: Завтра приезжаешь?! Не передумала?

Звук сообщения отвлекает от настойчивого Паши, и, как только я вижу имя отправителя, улыбаюсь экрану.

Катя: Естественно приезжаю! Я уже отменила пилатес, пути назад нет:)

Артурик: Мы еще ни разу не праздновали твой день рождения вместе, я даже немного волнуюсь.

Катя: Дурень. Давай волноваться из нас двоих буду только я, ладно? Коленки трясутся, если честно. Ты заберешь меня?

Артурик: Конечно. Буду стоять с табличкой «девчонка, укравшая сердце».

Катя: Не ври, твое сердце я не крала!

Артурик: А кто сказал, что я про свое?

Экрану улыбаться больше не хочется, и я даже оставляю это сообщение без ответа. Не хочу спрашивать, что он имеет в виду, мне достаточно моей догадки, и я не хочу знать, правильна ли она.

Ухожу на лекцию, потом мы с девчонками идем за вкусным лимонадом, а после я мчу домой, собираю вещи и еду на вокзал, чтобы лицом к лицу встретиться с тем, что я в панике бросила три года назад…

Глава 2. Катя

AIDA – Ветром

Никогда не думала, что вернусь, если честно, но жизнь иногда (всегда) штука такая непредсказуемая, что просто невозможно угадать, что будет завтра.

Три года назад я уезжала отсюда с разбитым сердцем, разорванной душой, обидой, болью, синяками и ссадинами и ехала в неизвестность начинать новую жизнь. Сегодня я возвращаюсь с любовью к себе и залеченными ранами, но сердце все равно начинает колотиться сильнее, когда я вижу из окна поезда тот самый город, в который обещала никогда не вернуться…

Проводник оповещает о прибытии, и я выхожу наперевес со своим огромным чемоданом навстречу теплому весеннему ветру. Вот здесь всегда было тепло в апреле, настолько, что даже в ветровке уже кажется жарковато.

Вытаскиваю чемодан, поправляю сумочку на плече и иду через вокзал, рассматривая спешащих куда-то людей. Это мое любимое занятие, я удивительно люблю столпотворения после того, как долгие годы жила в заточении и почти не общалась с людьми. Из-за этого я люблю концерты, торговые центры, кинотеатры и вот вокзалы. Тут всегда самые сильные эмоции, самые правдивые слезы, самый искренний смех. Три года назад я здесь тоже очень искренне плакала, а сейчас на моем лице цветет улыбка, потому что я замечаю его.

Артур и правда стоит с табличкой «девчонка, укравшая сердце», а еще с букетом цветов. Он так повзрослел! Узнать его не оказывается сложной задачей, но я немного теряюсь, замечая его, потому что…

Он стал очень похож на Давида. И это немного выбивает меня из колеи. Они и раньше были похожи, но Артур был еще совсем мальчишкой, и это не так бросалось в глаза, как сейчас.

Замечает меня, улыбается, я не могу сдержаться и широко улыбаюсь в ответ, а через секунду уже утопаю в его крепких объятиях, укладывая голову на его широкой груди.

– Привет, красавица. – Он целует меня в макушку, и я не могу поверить, что мы все-таки встретились. Три года разлуки, три года общения в Сети, редкие созвоны и частые сообщения. И вот мы вернулись туда, где расходились, и страх перестает сковывать мою грудь.

– Приве-е-ет, – бормочу в его объятиях.

– Если бы не фотки, в жизни бы тебя не узнал! Расцветаешь, Цветкова. Не зря фамилию сменила обратно.

И… да. Я вернула себе фамилию родного отца, и это было одним из этапов моей терапии. Не то чтобы я хотела отдать дань отцу, скорее, хотела избавиться от любых упоминаний Олега в моей жизни. Мне катастрофически не нравилось быть Симоновой, а Цветковой мне гораздо комфортнее.

– А ты все такой же мастер комплиментов, да? – хихикаю. – Как дела у Тани?

– Она обиделась на тебя, что ты не остановилась у нас.

Закатываю глаза. Нет, а как они себе это представляют? И Таня, и Артур, оба настаивали на том, чтобы я в этот приезд осталась жить у них. Да, у них большая квартира, и места бы хватило, но я просто не могу себе позволить мешать молодой семье жить так, как им того хочется.

Поэтому я сняла квартиру посуточно в том же доме, где живут Таня с Артуром. Так мы сможем видеться когда угодно, но при этом жить отдельно, и никто точно никому не будет мешать.

– Я еще успею вам надоесть, – хихикаю и наконец-то отрываюсь от друга. – Таня на учебе?

– Да, – кивает, – увидитесь вечером. Ты вообще решила, насколько в наши края?

– Пока дней десять, квартиру так оплатила, а там посмотрим. Вдруг я захочу завтра сбежать?

– Кто тебя отпустит, – хмыкает он. – Поехали, отвезу тебя. А, и кстати! С днем рождения!

– Спасибо, – хихикаю и принимаю красивый букет из множества разных цветов. Нежный и дико красивый! – Мы же сходим вечером поужинать куда-нибудь втроем?

– Конечно. Куда захочешь. Мы все дни с Таней твои, только свистни.

– Принято.

Мы усаживаемся в машину Артура и едем к дому, где все десять дней я планирую жить. Нужно будет закупить продуктов, осмотреть район, но сначала я просто хочу прогуляться и подышать свежим воздухом.

Я никогда не гуляла здесь одна. Никогда, ни разу. А как только попыталась выйти на улицу самостоятельно, это обернулось трагедией.

Теперь я знаю, что все будет хорошо, поэтому мне хочется просто ходить по улочкам и дышать свежим апрельским воздухом.

Через тридцать минут мы уже в центре города, в красивом жилом комплексе, Артур помогает мне с чемоданом и провожает меня до самой квартиры.

– Мы живем на три этажа ниже, – сообщает мне он, – тут все рядом, что тебе нужно, на первых этажах корпусов все есть. Если что надо, звони и пиши обязательно, я пока поеду на работу, ладно?

– А ты где сейчас трудишься?

Не понимаю почему, но именно эту информацию я все еще не знаю.

– У отца. Давид отошел от дел и открыл свой бизнес, поэтому с папой теперь работаю я.

– Оу… – Я понимала, что без упоминаний Давида не обойдется, но мозг очень странно на него все равно реагирует. – Ну хорошо. Я