Дом с секретом и истинные лица. Часть 1 - Ольга Станиславовна Назарова

– Но сейчас же вроде туман уходит…

– Уходит там, откуда его прогоняют. Человек, который может это делать, один-единственный на все исконные земли, а в тумане много чего водится. Есть места, куда ей и заходить нельзя – не вернётся. (Примечание автора – уважаемые читатели, об исконных землях и тех, кто там обитает, можно узнать из серии «По ту сторону сказки». Первая книга серии довольно детская, зато остальные по большей части читаются как раз взрослыми.) Короче, пока проще это растение здесь поискать! А ты у нас как раз травами занимаешься. И, как мне кажется, не только простыми закупками, верно?

– Верно… Я и сам ищу, – Уртян первый раз взглянул в глаза Соколу иначе – уверенно и с достоинством. Это была его вотчина – леса, тончайшие оттенки запахов, которые он не просто чуял, а буквально видел, словно они были разноцветными нитями, ведущими его к источнику.

Он словно вновь ощутил под лапами моховые кочки, переплетение корней, рыжие прошлогодние иглы, устилавшие его тропы. Словно вновь распутывал плетение запахов, принесённое ветром, дрожал от возбуждения, уловив что-то очень-очень редкое, торопясь за ним…

– Хорошо! Тогда посмотри вот эти травы и скажи, что это? – Филипп крутанулся на кресле, подхватил стоящий на полке деревянный ящичек с плотно закупоренными стеклянными широкогорлыми пузырьками. Крамеш узнал бы и их…

Уртян потянулся к пузырькам, взял один из них, внимательно осмотрел, потом принюхался к горлышку, не открывая пробку, чуть ослабил её, потом вернул на место и безошибочно назвал содержимое.

– Ещё! Перебери все! – приказал Филипп.

Уртян не смог назвать пять трав, выставив пузырьки с ними из ящичка, все остальные опознал даже не задумываясь.

– Ну ты и дурак! – неожиданно вздохнул Соколовский.

– Почему? – Уртян в начале разговора был готов к любым оскорблениям в свой адрес, но сейчас растерялся, словно со всего лисьего наскока врезался в стену.

– Потому что, имея такой дар, редчайший, драгоценный дар травника, ты чуть не вышвырнул свою жизнь в помойку! – хмуро покосился на него Соколовский. – Ты хоть соображаешь, что таких, как ты, днём с огнём можно искать и не найти?

– Таких, как я? – недоумённо протянул лис.

– У тебя острейшее обоняние на травы плюс, как я подозреваю, особое видение запахов – ты же их воспринимаешь как цвета, да?

– Да… – Уртян как-то признался об этом бабушке, но она только презрительно фыркнула, не придав этому никакого значения – кицунэ не владела этим даром, не считала такое восприятие чем-то важным, вот и среагировала так на слова любимого внука.

Кто бы мог подумать, что Уртян сможет первый раз в жизни поговорить о своём странном обонянии именно с этим невыносимым типом?

– Те растения, которые ты не узнал, как раз из тех редчайших, которые растут в исконных землях и тут… на плато Путорана. Добудешь мне хотя бы одно из них, будем считать, что ты виру отработал полностью. Если найдёшь два или больше – возьму на постоянную работу с хорошей оплатой.

– Эти травы стоят гораздо больше, чем моя вира, – криво усмехнулся Уртян. – А если я предпочту чистить гусятник, а потом, освободившись, сам отправлюсь туда? Вы же сказали куда!

– Глупый ты лис! На Путорана сам ты только сгинуть сможешь! Тебе потребуется и снаряжение, и тот, кто сможет его переносить, а возможно, и охрана… Всё это я могу тебе дать, – Соколовский вовсе не оскорбился тем, что Уртян высказал, – понимал, что на самом деле это игра по-честному.

Лис принципиально не желает с ним хитрить, вот и говорит открыто.

– Я… я должен подумать.

– Думай. Но не очень долго. На Путорана очень короткое лето, если ты решишься туда отправиться, то у тебя есть ещё неделя, дальше уже бессмысленно и начинать – не успеешь в этом году.

– Я… уже решился, но я очень хотел бы перед отъездом кое-кого увидеть… – Уртян отчётливо понял – надо соглашаться.

Он не простит себе, если упустит эту редчайшую возможность. Правда, он не очень много знал о плато Путорана, но даже слышанное краем уха давало основания полагать, что поездка будет весьма рискованная.

– Лисичку? Я поручусь за тебя перед её родителями – если ты принял моё предложение, то ты уже отнюдь не уборщик, а мой сотрудник с редчайшим даром, – усмехнулся Соколовский. – Так что можешь или к ней ехать, или сюда пригласить – с этого момента у тебя тут нормальная комната и всё прочее…

– И я родителям хочу позвонить перед поездкой. Оттуда же можно и не вернуться! – Уртян прямо взглянул в глаза Филиппу.

– Можно. Правда, и с боёв, и с гонок, куда ты так рвался, тоже можно и не вернуться. Так что это дело такое… А родителям, кстати, тебе никто и не запрещал звонить. Ладно. Рад, что ты перешёл в другую весовую категорию, – Соколовский кивнул лису, намекая на окончание разговора.

И только ночью, засыпая в новой, удобной комнате на втором этаже гостиницы, Уртян сообразил, что речь-то шла совсем не о его переходе из уборщиков в травники.

Уважаемые читатели! Это на этой главе заканчивается первая часть четвертой книги из серии «По эту сторону». Книга разделена на две части из соображений комфортности восприятия – она очень объёмная. Продолжение книги, то есть, главы с двадцать восьмой по пятьдесят вторую, ждет вас во второй части.