#Мы никогда не знаем… - Ирина Борисовна Оганова

время. Матрас пропускал воздух, и среди ночи я оказался на твёрдом полу. Мне было всё равно, я ничего не чувствовал. Я был предельно спокоен и строил планы на будущее. Сначала надо найти работу – конечно, логистом. И вернуть кота. Это казалось наиболее важным, остальное, я был уверен, приложится.

Лина ревновала меня люто, и мне пришлось удалить все телефоны знакомых баб. Я с трудом вспомнил телефон одной и набрал. Она сразу пригласила меня к себе и я, не раздумывая, попёрся. Все было как прежде, до Лины, небеса не разверзлись, только я всё время терял её в постели. По сравнению с Линой она была прозрачной и невесомой, и мне было непривычно. Мы зависли на пару дней. А потом ты всё знаешь. Я не знаю, как так получилось, и смог бы я в итоге прыгнуть с многоэтажки. Тогда был уверен, что смогу. Один-единственный шаг, и больше ничего нет. Дурак! Я бы никогда не встретил тебя!

Я не скрывал, что искал спасения в чём-то или ком-то. Но всё было мимо. И я продолжал болеть Линой. Но с тобой вышло по-другому. Ты не стала моим убежищем от неё. Ты стала моим новым миром, где нет Лины и всё по-настоящему – без истерик и боли. Я счастлив, и, главное, я – это я, а не кто-то другой.

* * *

Дверь отворилась, на пороге стояла молодая женщина в белом халате.

– Антон, извини, что я тебя отвлекаю, но к тебе посетители. Это опять Лина. Накинь халат, я проведу тебя в кабинет. Может, всё же тебе стоит встретиться с ней?

Антон испуганно посмотрел на край кровати, словно там кто-то есть. Потом приложил палец к губам:

– Тихо, Женечка только заснула, и я не смогу её оставить одну. Я не хочу никого видеть, так и передайте. Никого! Никогда! А когда она проснётся, мы будем есть борщ со сметаной. Мы купили её на углу в маленьком гастрономе…

Врач хотела что-то сказать, потом, видно, передумала, засунула руки глубоко в карманы и молча вышла.

– Не выйдет он из этого состояния! Боюсь, не выйдет. Надо позвонить родным в Саратов. Пусть забирают, мы сделали всё, что смогли.

Какая разница, где находиться, если Женя всегда рядом и любит так, как он всегда мечтал? Независимо ни от чего, навсегда, любовь до конца, которую, наверно, можно только выдумать.