"Фантастика 2026-68". Компиляция. Книги 1-30 - Сергей Витальевич Карелин

— Что? — видимо, мой хрип девушка не разобрала.

— Вы не видите, человеку плохо? Больно ему! Магическое, конечно, — возмущенно выпалил Вано, и даже стукнул по стойке, — и быстрее… У вас аристократическая клиника или шарашкина контора? Что за отношение к графу Соболеву? На вас давно жалобы не писали? Может быть, с начальством пообщаться?

Несмотря на боль, я не удержался, чтобы не ухмыльнуться. Речь Вано была настолько уверенной, что обе девушки тут же засуетились.

Запрос отправили. Как я понял, обычное лечение мой полис покрывал, а вот магическое — только после уточнений. Мне повезло, подтверждение пришло быстро, меня отвели в кабинет, в котором уже ждал дежурный целитель. Уставший, равнодушный немолодой мужик.

Он не стал ничего спрашивать, просто молча осмотрел рану, обработал и минут пять водил ладонями прямо над ней.

Неожиданно для себя я почувствовал, как боль ушла полностью. Края раны стянулись, место ожога покрыла свежая розовая корочка.

— Ваш полис не покрывает полного исцеления, — сообщил он сухо, — так что пару недель, и все само пройдет. Останется пятно, но это уже косметика. За деньги можно убрать, и следа не останется…

На мой вопрос, сколько это вообще стоит, мне велели «смотреть в интернете».

— Чему ты удивляешься? — усмехнулся Вано на мое недовольство, когда мы выходили из больницы. — У тебя минимальный полис. Социальный, гарантированный империей. Для таких больниц ты невыгодный клиент. Хочешь, чтобы с тебя пылинки сдували? Ну так купи себе нормальный полис. Правда, ты аристократ, тебе он обойдется дороже, чем мне. У меня вот от работы — средний, тоже ничего. Видел, как я на регистраторш наехал? А?

— Это было круто, — признал я. — А если без полиса?

— Без полиса… — нахмурился он, посмотрев на меня, словно на ребенка. — Все никак не привыкну к твоей амнезии. Без полиса — цены такие, что с ума сойдешь. Особенно на магическое лечение. Нам это точно не по карману.

Надо узнать расценки. Магическое лечение мне понравилось — пусть дороже, зато гораздо эффективнее.

— Хотя что это я все о полисе! Ты мне лучше расскажи, что вообще произошло? Псы какие-то трехголовые, сектанты долбанутые. Чего ты им сделал-то? Ну, ладно, среди сектантов маги есть, конечно, но таких чудищ… Они что, их магически вывели?

Пока мы ждали очередное такси, мне пришлось отбиваться от вопросов друга, которые сыпались как из «рога изобилия». Но выбранная мной тактика, заключавшаяся глобально в двух базовых фразах — «откуда я вообще знаю это?» и «я не при делах», — со скрипом, но сработала. Вано немного успокоился, и настоятельно посоветовал мне заявить в СГБСС.

К дому мы подъехали уже ближе ближе к полуночи.

Я предложил Вано остаться, — но он только покачал головой.

— Не, Сема, давай мы лучше какое-то время встречаться не будем, — голос его звучал виновато, — извини, но мне надо переварить сегодняшние события… Надеюсь, ты не обидишься? К тому же у меня завтра дел куча, — поспешно затараторил он, оправдываясь, — про квартиру же тебе говорил — две встречи с утра…

— Да все нормально, — успокоил я его.

Вано я прекрасно понимал. Адреналин прошел, и сейчас я видел испуг в его глазах. Но тем не менее то, как он держался, заслуживало уважения.

На этом мы и разошлись. Я поднялся к себе, и только когда за мной закрылась дверь, почувствовал, как невероятно устал… Похоже, когда окончательно схлынул адреналин, организм решил отыграться — теперь мне хотелось только одного: добраться до кровати и заснуть, не думая ни о чем. Так в итоге и произошло.

Глава 6

И снова… Сон…

На этот раз я, то есть сам Зевс, оказался на берегу моря… Какого-то невероятно странного и загадочного моря. Ну реально, не бывает же на свете такого изумрудного цвета воды, который переливается всеми оттенками зеленого и синего, словно это не простое море, а какое-то волшебное, созданное искусной рукой гениального художника. Хотя о чем я говорю…

У богов наверняка возможно все, что угодно. В конце концов, кто его знает, как выглядели в те далекие времена древние моря, например, Эгейское… Или… Какое там из морей в Греции считается самым известным? Неважно.

Громовержец сидел в каком-то массивном деревянном кресле и, судя по всему, безмолвно наблюдал за живописным закатом… Огромный диск солнца уже начал погружаться в воду, окрасившись в алый цвет. Но суть была вовсе не в этом.

Самое главное было в том, что я чувствовал странную, опустошающую слабость, которая охватила буквально все тело античного бога. Да, его ощущения, как и в прошлые разы, стали моими ощущениями. Боли не было, нет. Только всеобъемлющая, изнуряющая слабость, тянущая к земле. Насколько я мог понять, он даже едва ли мог поднять руку — настолько был ослаблен и подавлен.

Странно, но вокруг не было ни одной живой души. Пустынный берег, покрытый ослепительно белоснежным песком, выглядел абсолютно пустым. Не было даже чаек, казалось, все живое в панике бежало отсюда заранее. Но внезапно послышался шум, что-то похожее на энергичное хлопанье крыльев, и прямо перед Зевсом приземлился юноша. Несложно было угадать его имя. Гермес.

Вид у вестника богов был хмурый. Он выглядел так, словно только что узнал очень плохие новости.

— Что? — проворчал в унисон с моей мыслью громовержец. — Все плохо?

— Да… Так никого и не нашли, повелитель, — глухо ответил Гермес, опустив глаза, не осмеливаясь встретиться взглядом с грозным Зевсом. — Арес только руками разводит. Асклепий тоже.

— Этого еще не хватало… — зло бросил Зевс, угрюмо посмотрев в сторону. — Война на пороге, а я…

— Повелитель, — осторожно, почти вкрадчиво заметил Гермес, поднимая наконец взгляд, — мне кажется, я догадываюсь, кто все это устроил…

— Кто⁈

— Мне кажется… — замялся Гермес, — … я кое-что подслушал… Сами знаете…

— Знаю я, каков ты проныра, — саркастически хмыкнул Зевс. — Так кто это был?

— Похоже, это дело рук вашего брата и вашей жены…

— Аид? Гера?

Я почувствовал, как внутри Зевса нарастает, бурлит, закипает гнев. И этот гнев был таким знакомым, даже родным.

— Да, повелитель…

Гермес невольно отступил назад, и я почувствовал его страх, почти физически ощутил исходящее от него напряжение. М-да, даже ослабленного громовержца все равно боялись и почтительно