Божественная комедия - Алигьери Данте

Оно не потерпело промедленья,

82 Но: «Как же это?» – сквозь мои уста

Толкнуло грузно всем своим напором;

И вспыхнула сверканий красота.

85 Тогда, еще светлей пылая взором,

Ответил мне благословенный стяг,

Чтоб разум мой не мучился раздором:

88 "Хоть ты уверовал, что это так,

Как я сказал, – твой ум не постигает;

И ты, поверив, не рассеял мрак.

91 Ты – словно тот, кто имя вещи знает,

Но сущности ее не разберет,

Пока другой помочь не пожелает.

94 Regnum coelorum принужденья ждет

Живой надежды и любви возжженной,

Чтобы господней воли пал оплот.

97 Она, – не как боец, бойцом сраженный, -

Сама желает быть побеждена,

И побеждает благость побежденной.

100 Тебе в брови и первая странна,

И пятая душа, и то, что в стане

Бесплотных сил горят их пламена.

103 Из тел они взошли как христиане,

Не как язычники, в пронзенье ног

Тот как в былое веря, тот – заране.

106 Одна из Ада, где замкнут порог

Раскаянью, в свой прах опять вступила;

И тем воздал живой надежде бог,

109 Живой надежде, где черпалась сила

Мольбы к творцу – воззвать ее в свой час,

Чтоб волю в ней подвигнуть можно было.

112 Тот славный дух, о ком идет рассказ,

На краткий срок в свое вернувшись тело,

Уверовал в того, кто многих спас;

115 И, веруя, зажегся столь всецело

Огнем любви, что в новый смертный миг

Был удостоен этого предела.

118 Другой, по благодати, чей родник

Бьет из таких глубин, что взор творенья

До первых струй ни разу не проник,

121 Направил к правде все свои стремленья;

И бог, за светом свет, ему открыл

Грядущую годину искупленья;

124 И с той поры он в этой вере жил,

И не терпел языческого смрада,

И племя развращенное корил.

127 Он крестник был трех жен господня сада,

Идущих рядом с правым колесом, -

Сверх десяти столетий до обряда.

130 О предопределение, в каком

Скрыт недре корень твой от глаз туманных,

Не видящих причину целиком!

133 Ваш суд есть слово судей самозванных,

О смертные! И мы, хоть бога зрим,

Еще не знаем сами всех избранных.

136 Мы счастливы неведеньем своим;

Всех наших благ превыше это благо-

Что то, что хочет бог, и мы хотим".

139 Так милостью божественного стяга,

Чтоб озарить мой близорукий взгляд,

Мне подалась целительная влага.

142 И как певцу искусный лирник в лад

Бряцает на струнах и то, что спето,

Звучит приятнее во много крат,

145 Так, речи вторя, – ясно помню это, -

Подобно двум мигающим очам, -

Я видел, – оба благодатных света

148 Мерцали огоньками в лад словам.

1 Уже моя властительница снова

Мои глаза и дух мой призвала,

И я отторгся от всего иного.

4 Она, не улыбаясь, начала:

"Ты от моей улыбки, как Семела,

Распался бы, распавшись, как зола.

7 Моя краса, которая светлела

На ступенях чертогов божества,

Как видел ты, к пределу от предела,

10 Когда б не умерялась, такова,

Что, смертный, испытав ее сверканье,

Ты рухнул бы, как под грозой листва.

13 Мы на седьмое вознеслись сиянье,

Которое сейчас под жгучим Львом

С ним излучает слитное влиянье.

16 Вослед глазам последовав умом,

Преобрази их в зеркала видений,

Встающих в этом зеркале большом".

19 Кто ведал бы, как много упоений

В лице блаженном почерпал мой взгляд,

Когда был призван к смене впечатлений,

22 Тот понял бы, как я свершить был рад

Все то, что госпожа повелевала,

Когда б он взвесил чаши двух услад.

25 В глубинах мирокружного кристалла,

Который как властитель наречен,

Под чьей державой мертвым зло лежало,

28 Всю словно золото, где луч зажжен,

Я лестницу увидел восходящей

Так высоко, что взор мой был сражен.

31 И рать огней увидел нисходящей

По ступеням, и мнилось – так светла

Вся яркость славы, в небесах горящей.

34 И как грачи, едва заря взошла,

Обычай свой блюдя, гурьбой толкутся,

Чтоб отогреть застывшие крыла,

37 Потом летят, одни – чтоб не вернуться,

Другие – чтоб вернуться поскорей,

А третьи все над тем же местом вьются,

40 Так поступал и этот блеск огней,

К нам с высоты стремившийся согласно, -

Столкнувшись на одной из ступеней.

43 И к нам ближайший просиял так ясно,

Что в мыслях я промолвил: "Этот знак

Твоей любви понятен мне безгласно".

46 Но мне внушавшая, когда и как

Сказать и промолчать, тиха; желанье

Я подавляю, и мой выбор благ.

49 Она увидела мое молчанье,

Его провидя в видящем с высот,

И мне сказала: «Утоли алканье!»

52 Я начал: "По заслугам я не тот,

Чья речь достойна твоего ответа.

Но, ради той, кто мне просить дает,

55 О жизнь блаженная, ты, что одета

Своею радостью, скажи, зачем

Ты стала близ меня в сиянье света;

58 И почему здесь в этой тверди нем

Напев, который в нижних кругах Рая

Звучит так сладко, несравним ни с чем".

61 "Твой слух, как зренье, смертей, – отвечая,

Он молвил. – Потому здесь не поют,

Не улыбнулась путница святая.

64 Я, снизошед, остановился тут,