Чистое везение - Марьяна Брай

Марьяна Брай

Чистое везение

Глава 1

— Ты же трактор, Лен. Самый настоящий трактор «Беларусь». Прешь напролом и в делах, и … в общем, во всем, — моя единственная подруга Кира могла себе позволить и назвать меня так, и пожалеть, и совет дельный дать.

А я и правда, даже внешне, наверное, похожа на этот чертов трактор. Потому что, как говорится: «я и лошадь, я и бык…». А мне нельзя иначе, потому что у меня за спиной дочь с внуками. Больше у нас никого нет. Да и Кира была не всегда. Кира появилась только когда мы переехали в Москву.

Дочка моя Алиса, очень поздно родила. А как первого смогла родить, второй тут как тут. А мы и рады были. Потому что уже и не надеялись.

Из морозного сибирского городка решение уехать приняла дочка, когда ее муженек ушел в туман. Да, как ежик: собрал манатки в узелок и, пока мы спали, отчалил. Я хотела им добра, поэтому не ввязывалась особо в их отношения. Квартирку справила, помогла с обустройством, детишек забирала на выходные.

Да и после его пропажи не держала зла на гуляку: благодарна была за внучков. Он ведь вместе с дочкой по врачам да по клиникам. Не один и не три года, а больше шести.

А сама уставала, как проклятая, потому что работа была тяжелой: крановщица на заводе металлоконструкций. Да, платили там нормально, а коли кого подменить надо было, так еще и сверху приплачивали. Кроме этого, сиделкой подрабатывала вечерами.

Но везде было ощущение, что судьба ставит палки в колёса. Только дело пойдет на лад, что-то да портится: доучиться не смогла, поскольку ухаживала за заболевшей, да так и не выздоровевшей матерью. Муж мой ушел к другой, как только чуть располнела после родов. Завод, где работала, обанкротился. У дочери жизнь как будто тоже из-за меня не складывалась.

В общем, карусель из тяжелых дней и коротких, словно ворованных ночей.

Жила в поселке: домик, баня, небольшой загон с курами. Только дома я бывала редко.

Дочка стала хорошим кондитером. А вот со вторым ребенком все никак не могла на работу выйти: болел и болел. Она и принялась дома торты эти печь на заказ. Да так бойко у неё получалось, что я диву давалась. Но и тут нашлись нехорошие люди. Пожаловались куда-то, и пришлось закрыть «лавочку».

И как-то после поездки в Москву к хорошему доктору, мальчонке нашему вдруг легче стало уже к вечеру. Еще до посещения врача. Эскулап потом объяснил, что климат ему нужен помягче. В идеале вообще бы юг выбрать.

Тогда-то мы и затеяли передислокацию. Юг нам был недоступен, да и с работой там трудно. А вот Подмосковье — вполне себе, коли в трех-пяти часах от столицы. Все, что было, продали, купили квартиру в ипотеку и переехали.

Вчетвером в однушку. На радостях даже не расстроились, потому что Ванюшка через неделю выглядел здоровым. А дочка моментально рекламу сделала по городку, и пошли заказы.

Но этого было мало, потому что ипотеку надо было платить ежемесячно. Крановщицей меня здесь не брали. Возраст уже не тот. И я, как говорится в сказках, закручинилась.

Ездила на собеседования, как на работу. А проезд в столицах совсем не дешевый. В итоге собиралась уже уборщицей в несколько мест пойти. Пока не встретила Киру!

Кира работала в конторе, которая подбирает персонал. Я пришла туда с последней надеждой устроиться сиделкой, как раньше. А Кира Петровна на меня тогда глянула и зачем-то спросила:

— Вы же из Сибири, так?

— Да, из Сибири. А что? — я распахнула пуховик, сняла колючую вязаную шапку и положила на колени.

— А баню любите? — эта самая Кира даже прищурилась.

— Конечно. Что-что, а баня у нас на первом месте, — ответила, а потом подумала, что зря, наверное. Решит еще, что жалею о переезде.

— Тогда у меня для вас есть отличная вакансия, Елена Васильевна. Парильщицей. В самом центре. На Ордынке! — подняв палец вверх, Кира хотела дать понять, что это не хухры-мухры, а мне что «ордынка», что «мордынка» — те же яйца, только вид сбоку.

— Ну и что там? — аккуратно спросила я.

— Да это же в Москве. В самом центре! Приличная баня. Не «Сандуны», но и не хуже. И платят там прилично, — даже возмутившись немного, что я не раскрыла рот от такого предложения, разъяснила Кира.

— Там, наверно, девушки помоложе нужны, да пофигуристее, — чтобы зря воду не лить, я сняла пуховик и показала свой прекрасный почти шестидесятый размер.

— Леночка, — вдруг перешла на более дружественный тон Кира, — это самое то! Они и запрос отправили, прямо как будто с тебя писали! Вот читаю: «Женщина в теле за пятьдесят… хорошие физические данные, крепкое здоровье.».

— Ну, если и правда банщицей, то еще куда ни шло. А-а… далеко ведь от городишки нашего, — я показала на карту за моей спиной.

— По зеленой ветке, а дальше электричка. Все идеально Елена Васильевна. Сутки через трое можно или два дня через два. Ночь между сменами можно в общежитии остаться. Тут указано, что приезжим предоставляется, — Кира даже мне показала этот самый запрос.

— А зарплата? — я понимала, что это самый неудобный вариант из всех имеющихся на данный момент, и готовилась услышать цифру, которая меня рассмешит.

— Если два через два, то около ста пятидесяти выходит. А…

— Чего? Тысяч? — несколько ошалев, переспросила я. Мне показалось даже, что вот он, счастливый билет. За все то, что пережила. И теперь судьба, наконец, повернется к нам лицом.

— Да, это на руки, — подтвердила она, снова сверившись со своими данными в компьютере.

— Пишите адрес или что там надо? Куда ехать? — в моей голове уже сложились все цифры, и я понимала, что с этими деньгами мы за пару — тройку лет закроем ипотеку и сможем придумать что-то еще, чтобы не жить как цыгане.

Кира почему-то стала мне подругой. Сначала предложила просто посидеть в кафе. Потом позвонила и заказала у Алиски пару тортов на юбилей к сестре, а потом и вовсе пригласила к себе.

Оказалась одинокой женщиной моего возраста. Правда, выглядела куда моложе меня.

Через полгода мы были не разлей вода. Встречаться удавалось редко, потому что большую часть своей новой жизни я работала.

И что удивительно, я не чувствовала, что работаю. Даже представить не могла, что можно