Рассвет русского царства. Книга 4 - Тимофей Грехов

Тимофей Грехов, Ник Тарасов

Рассвет русского царства. Книга 4

Глава 1

С самого утра меня пригласили в малую светлицу. Князь сидел на том же месте, что и вчера вечером, когда сделал мне серьёзное и крайне выгодное предложение.

— Ну, Дмитрий, — едва я переступил порог начал он без предисловий, — вижу по глазам, ночь ты провёл в раздумьях, но решение принял верное.

Получив разрешение, я сел напротив.

— Да, Андрей Фёдорович, — ответил я спокойно. — Я всё взвесил. Для меня большая честь породниться с вашим домом и домом Шуйских. И я согласен.

— Вот и славно! Я знал, что ты парень неглупый. Тогда давай к делу, не будем тянуть кота за хвост.

Он пододвинул ко мне лист пергамента, исписанный мелким, но разборчивым почерком.

— Смотри, — ткнул он пальцем в верхнюю строку. — Это приданое. Я дочь свою не в чём попало отдаю. За Алёной пойдёт, во-первых, сундуков десять с добром: ткани, меха, утварь серебряная, жемчуга… Мать её, Ольга, с рождения собирала, так что стыдно не будет.

Я кивнул, пробегая глазами по списку, и он внушал уважение.

— А, во-вторых, — продолжил князь, — земли. Я даю за ней деревеньку Сосновку и пустошь за оврагом, что аккурат к твоим владениям примыкает.

Я поднял на него глаза. Это был щедрый жест. Сосновка была небольшой, дворов на пятнадцать, но крепкой деревней.

— Земли — это серьёзно, Андрей Фёдорович, — с уважением сказал я. — Благодарю.

— То-то же, — усмехнулся он. — Я понимаю, что тебе сейчас люди нужны и прокорм. Сосновка тебе в этом подспорьем будет. Но и ты, зятёк будущий, не плошай. От тебя требуется, чтобы дочь моя жила в достатке, чтобы терем у неё был не хуже моего, и чтобы слуг хватало.

— С этим проблем не будет, — заверил я. — Терем уже стоит, но, если понадобится, я перестрою. Благо денег у меня на это теперь хватает.

Князь кивнул, соглашаясь.

— Да, хватка у тебя есть, это хорошо. Теперь о сроках. Тянуть не будем, но и спешить негоже. Сейчас лето в разгаре, страда на носу. Думаю так… сыграем свадьбу после сбора урожая, на Покров*(14 октября по новому стилю). Как раз закрома полные будут, пива наварим, медов наставим. Да и дороги подмёрзнут, гостям ехать сподручнее, чем по осенней распутице. Что скажешь?

Покров… Октябрь. У меня было около двух месяцев. Времени, с одной стороны, вагон, а с другой, катастрофически мало для всего того, что я задумал и к чему уже приступил. Но, разумеется, спорить я не стал. Всё-таки осень традиционное время для свадеб на Руси.

— Разумно, — согласился я. — Как раз успею закончить основные работы по строительству и подготовить всё к приёму молодой хозяйки.

— Вот и договорились, — князь откинулся на спинку кресла, и официальный тон в его голосе сменился на более тёплый, почти отеческий. — Что со сватами? Отца пришлёшь или…

— А так можно? Без родителей? Просто, я уже говорил, что Григорий в Москву отправился, и сколько он там пробудет неизвестно.

— Да… — задумался князь. — Ладно. Уверен, что отец твой против не будет. Так что скажем всем, что вместо себя он попросил сговориться моего брата. Я с ним сам позже поговорю.

— Хм, — задумался я. — Андрей Федорович, а не подумают ли что наша спешка слишком подозрительна? Тем более, наш брак неравный… — я сделал паузу, давая додумать князю.

— Я понял, о чём ты говоришь. И меня радует, что ты печёшься о чести своей будущей жены. И да, ваш брак выглядит поспешным, но что нам мешает сказать, что мы сговорились о нём сразу после возвращения из Москвы? Когда ты только получил дворянские грамоты. И мы не спешили об этом объявлять, решив подождать, когда ты встанешь на ноги. Это будет звучать вполне правдоподобно. Но, если найдутся глупцы, то… — пожал он плечами. — Одним кнутом брехло не отделается.

Я кивнул, поняв, что у князя всё под контролем.

В этот момент мне в голову пришёл вопрос, который вертелся на языке с самого начала разговора. Всё-таки мы тут судьбы вершим, земли делим, а главный «объект» договора вообще в курсе?

— Андрей Фёдорович, — спросил я, — а Алёна… она уже в курсе нашей договорённости?

Князь на мгновение замер, потом уголки его губ дрогнули в улыбке.

— Да, — просто ответил он.

— И как она отнеслась к этой новости? — подался вперёд я. — Не было ли… слёз? Всё-таки я не княжеский сын, не ровня ей по крови.

Князь Бледный прищурился, и в его взгляде была какая-то хитринка.

— А сам как думаешь? — вопросом на вопрос ответил он.

Я пожал плечами, вспоминая наши встречи, её взгляды на охоте, недавний случай с серьгами.

— Эм… я не знаю, — честно признался я. — Женская душа потёмки, а уж княжеская тем более.

Раздался раскатистый смех князя.

— Ох, Дмитрий, Дмитрий… Воин ты справный, купец хваткий, а вот в девках, видать, пока не особо разбираешься, — он вытер выступившую от смеха слезу. — Скажу тебе так: Алёна, хоть и постаралась скрыть свою радость, воспитание всё-таки, но от меня это не укрылось. Глаза-то сияли, как те изумруды, что ты ей подарил.

Я выдохнул, чувствуя, как с плеч свалился невидимый груз. Вдруг князь перестал улыбаться. Он подался вперёд, и лицо его стало серьёзным.

— Вот только имей в виду, Дмитрий, — произнёс он, чеканя каждое слово. — Дочь мою обидишь, хоть словом, хоть делом, хоть взглядом косым… и…

Он не договорил, но угроза повисла в воздухе. И несмотря на обстоятельства он всё же оставался отцом.

Я поспешил перебить его, не дожидаясь продолжения угрозы.

— Этого не произойдёт, Андрей Фёдорович. Даю слово. Алёна ни в чём не будет нуждаться. Я буду уважать её и беречь.

Несколько долгих секунд князь внимательно, сверлящим взглядом смотрел на меня. Но я легко выдержал этот взгляд.

Наконец-то князь откинулся назад и кивнул.

— Вот и славно, — уже мягче сказал он. — Верю. Дочь у меня, хоть и с характером, вся в мать, но воспитана правильно. Она станет тебе верной опорой, если ты будешь ей добрым мужем. Ну, — он хлопнул ладонями по коленям, поднимаясь, — дело сделано.

Я вышел из кабинета князя Андрея Фёдоровича и, признаться, чувствовал себя так, словно только что разгрузил пару телег с углем.

— О! — раздался знакомый, донельзя довольный голос.

Я поднял голову и увидел Ярослава. Он стоял, прислонившись плечом к