Во власти Скорпиона. Большая игра - Гриша Громм

Гриша Громм, Александр Майерс

Во власти Скорпиона. Большая игра

Глава 1

Солнце уже клонится к вечеру, окрашивая всё в золотистые тона. Да, здесь дни короткие, горы загораживают свет.

— А куда, собственно, едем, господин? — осторожно спрашивает Олег, бросая на меня взгляд.

— К Свиридову, — отвечаю я коротко.

— Зачем?

— Надо.

Олег понимающе хмыкает и больше не задаёт вопросов. Мы едем молча.

Дорога к усадьбе Свиридовых уже знакома. Та же запущенная аллея, тот же обшарпанный, но гордый фасад дома.

Останавливаемся во дворе. Я выхожу и, не дожидаясь приглашения, иду к входной двери. Стучу.

Через некоторое время дверь открывает сам Фёдор. При виде меня его лицо бледнеет, а в глазах мелькает смесь страха и неприязни, что и в прошлый раз.

— Граф… — бормочет он. — Я… я как раз хотел…

Я прохожу мимо него в прихожую, похлопывая коллекционера по плечу.

— Мне нужно с тобой поговорить, Фёдор. Пойдём-ка.

Он беспомощно отступает, пропуская меня дальше в дом. Я иду прямиком в его мастерскую — ту, где мы разговаривали в прошлый раз. Захожу, оглядываюсь.

Свиридов семенит за мной.

— Граф, я клянусь, я искал Паяльное Жало! Его нет! Возможно, его действительно украли, или…

Поднимаю руку, и он замолкает.

— Я приехал по другому вопросу, — говорю спокойно.

Испуганная болтовня обрывается на полуслове. Фёдор смотрит на меня с удивлением.

— Тогда… по какому? — тихо спрашивает он.

Я подхожу к его рабочему креслу и сажусь в него, откидываясь на спинку. Веду себя как хозяин.

Потому что скоро им и стану. В каком-то смысле.

— Я готов забыть про потерю фамильной реликвии, — начинаю я. — Особенно учитывая, что она, в конце концов, всё равно ко мне вернётся. Но при одном условии.

— Условии? — Свиридов подходит ближе, нервно перебирая пальцами.

— Если будешь сотрудничать со мной. Не как сосед с соседом. А как… союзник с сюзереном.

Его глаза расширяются. В них читается непонимание, но и любопытство.

— Что… что вы имеете в виду? Что я должен делать?

Я смотрю ему прямо в глаза.

— Я предлагаю тебе то, чего ты, по сути, хотел. Покровительство. Силу. Защиту. Но не просто так. Я предлагаю тебе стать признанным слугой рода.

Он моргает, как будто не расслышал.

— Слугой… рода? Вашего рода? Скорпионовых? — он произносит фамилию с благоговейным трепетом.

— Именно. И получить то, что следует из этого статуса. Покровительство, моё и… сам знаешь кого, — тычу пальцем вверх, но не произношу имя нашего бога. — Доступ к ресурсам. Возможность заниматься своим делом под моей защитой и на благо моего дома. И… фамилию. Ты будешь Проскорпионовым. Или как там принято.

Родион Евграфович рассказывал мне про такую практику. Глава рода может взять человека чужой крови, сделать признанным слугой и даровать ему соответствующую фамилию.

Это означает обязательства с обеих сторон, но также и всё мной перечисленное. Я даже подумывал, да и всё ещё подумываю, даровать эту милость Ольге.

Почётно, в общем. Многие простолюдины мечтают стать признанными слугами аристократов. Но такая почесть обычно достаётся лишь избранным.

Свиридов отступает на шаг, прислоняется к верстаку. Его лицо выражает полное неверие в своё счастье.

— Но… Почему? Что я должен сделать взамен? Это… это слишком большая честь.

— Взамен ты должен делать то, что и положено слуге рода, — говорю я просто. — Служить. Выполнять мои приказы. Использовать свои навыки на пользу рода. Стать артефактором рода Скорпионовых. Единственным и неповторимым. Вместо того чтобы прозябать здесь, в забытой богом усадьбе, боясь каждого шороха и каждого кредитора.

Я вижу, как в его глазах разгорается огонь мечты, которая, казалось, навсегда похоронена под грузом долгов и неудач. Он видит перед собой спасение. Реализацию всего, о чём грезил. Возможность войти в род, частью которого он себя всегда считал.

— Вы… вы не шутите? — тихо спрашивает Свиридов.

— Я не шучу на такие темы, Фёдор.

Он замирает на секунду, потом резко кивает, почти подпрыгивая на месте.

— Да! Да, конечно! Я согласен! Без раздумий!

Я улыбаюсь. Я и не сомневался. Голодный человек не будет привередничать, когда ему предлагают пир.

— Значит, не будем тянуть, — говорю я, вставая из кресла. — Приму клятву здесь и сейчас.

Он смотрит на меня, не понимая процедуры, но готовый на всё. Я подхожу к нему, протягиваю правую ладонь.

— Дай свою руку.

Он протягивает свою мозолистую ладонь. Я беру её своей. Его ладонь тёплая, чуть дрожит.

— Повторяй за мной. Клянусь верой и правдой служить роду Скорпионовых. Клянусь своей кровью и честью, что никогда не обману, не подведу и не предам своего господина. Отныне моя судьба — с родом, моя сила — роду, моя жизнь — на благо рода.

Выдумал на ходу, вспоминая «Айвенго» и прочие книжки про рыцарей, которые читал в детстве. Но вроде круто получилось, я аж сам прочувствовал момент.

Фёдор, стараясь не сбиться, повторяет слова. Его голос крепнет с каждым словом. Когда он произносит последнюю фразу, где-то внутри, в ядре я чувствую лёгкий толчок той силы, что связана с родом.

И в этот момент мой перстень вспыхивает. Из него вырывается золотой луч и огибает безымянный палец правой руки Свиридова. На нём появляется кольцо — тоньше и меньше, чем у меня, но почти такое же. На печатке — герб рода.

— Я… не может быть, — у Фёдора дрожат руки, а на глазах появляются слёзы. — Господин, я не…

Но ему не суждено договорить.

Серый туман накатывает мгновенно, без предупреждения, вырывая нас обоих из реальности. Мастерская исчезает, замещаясь абсолютной, беззвучной пустотой и непроглядным туманом.

Мы с Фёдором стоим в этом нигде, и я чувствую его ужас. Он ничего не понимает, замирает, боясь пошевелиться.

А перед нами материализуется бог-Скорпион в своей истинной, чудовищной форме. Его ярость бьёт волной, заставляя туман клубиться и рваться.

— Мальчишка! Ты опередил меня!

Его голос грохочет, полный негодования. Свиридов беззвучно распахивает рот при виде чудища и падает на колени. Да, на него это зрелище явно произвело фурор.

— Знакомься, Фёдор. Это наш бог, Скорпион, — широким жестом указываю на огромное членистоногое. — А это Фёдор, с этой минуты Проскорпионов, — позволяю себе лёгкую улыбку.

Скорпиоша прав — я его опередил. Потому что после нашей последней встречи я так и думал, что он захочет прибрать Свиридова и его семью к своим лапам. Ведь вряд ли у него есть ещё один запасной аэродром. В Крыму, по крайней мере.

— Как