Системный рыбак 7 - Сергей Шиленко

Системный рыбак — 7

Глава 1

— Марен, — я отставил свою чашку. — Я тоже на пике девятого, и мне нужно перейти на вторую ступень, «Заложение Основ». Для этого нужна подходящая техника культивации. У тебя есть такая?

Она подняла взгляд от огня.

— Нет. У меня техники прорыва на вторую ступень нет, но в поселении есть.

— Можешь провести меня туда?

— Нет. Чужаков в поселение просто так не пускают.

Я помолчал секунду. Она сказала «просто так не пускают», а значит возможность зайти туда есть. Наверняка, какие-нибудь торговцы или бродячие практики попадают туда.

— Марен, я дважды спас тебе жизнь сегодня. Встал между тобой и Гребнехвостом, который размазал бы тебя по камням. Потом три часа простоял в воде с острогой, пока ты стабилизировала прорыв. А еще приготовил блюдо, которое подняло тебя на два уровня за вечер. Сколько стоит такая услуга в твоём поселении?

Между нами повисла тишина.

— Я не отказываюсь помочь, — она наконец заговорила, и каждое слово давалось ей с усилием. — Могу спрятать тебя в лесу у поселения, пойти в школу культивации и купить свиток с какой-нибудь подходящей техникой для прорыва. Этого хватит?

Что бы защитить семью мне нужно стать «Небесным Рыбаком». Именно так я ответил, когда Беллатрикс, Амелия и Молли спросили о моей цели. А с такой целью размениваться на посредственность не мой вариант.

— Нет. Мне не нужна «какая-нибудь» техника. Мне нужна лучшая техника водной стихии, которая есть в вашем поселении. Как такую можно получить?

Марен замолчала надолго. Тяжело вздохнула, запрокинула голову и уставилась в небо, будто искала там подсказку.

— Лучшая техника… — она произнесла это так, будто я попросил достать луну с неба. — Она в Гротах Основателей, подводной пещере под поселением. Первые поселенцы оставили там своё наследие. Техника водной культивации такой силы, что все наши методы прорыва — обрывки, собранные из того, что удалось оттуда вынести. — Марен опустила голову. — Только за всю память живущих ни один практик не освоил её целиком. Она слишком сложная и большая… Вот только просто так туда попасть не получится. Вход открывается раз в год, в День Почитания Предков. Он как раз через несколько дней. Гроты впускают только пятерых молодых практиков до тридцати лет, поэтому проводится отбор.

— Что за отбор?

— Состязания для молодых рыбаков и охотников на водных монстров, — она с сомнением посмотрела на меня. — Сомневаюсь, что ты хоть что-то знаешь о рыбалке и охоте на водных тварей.

Я замер, уставившись на неё.

Состязание рыбаков и охотников на водных монстров?

Губы сами собой разъехались в широкой усмешке. Вселенная, конечно, та ещё шутница, но в этот раз она дала мне идеальный шанс. Искать технику водной стихии на соревновании для рыбаков парню с Системой Легендарного Рыбака, Тысячелетней Удочкой Эпического Рыбака и Пятизубой Острогой. Ну серьёзно?

— Я буду участвовать в этом отборе.

Марен вскинулась. На её лице мелькнуло то самое выражение, с которым она впервые навела на меня лук.

— Даже если я каким-то чудом протащу тебя в поселение, чужаков к соревнованию не допускают. Оно для наших, — она загнула палец. — А во-вторых, там будут лучшие практики от каждого клана, включая Брута Хардмида, наследника главной семьи. Он фаворит в этом году, и он… — Марен запнулась, подбирая слова, — свирепый. Может убить тебя прямо под водой, и ему за это ничего не будет.

Я молча кивнул в сторону туши Гребнехвоста, потом повернулся к горе рыбы, которую набил за три часа, стоя по колено в воде.

Марен проследила за моим взглядом и замолчала.

— Мне нужно, чтобы ты обеспечила мне возможность участвовать, — сказал я спокойно — Придумай, как это сделать. Дальше я справлюсь сам.

Она долго смотрела на остывающие угли, перебирая пальцами тростниковый браслет на запястье, и наконец подняла голову.

— Ладно. Проведу тебя в поселение и что-нибудь придумаю с допуском, — Марен посмотрела мне в глаза. — Но если тебя убьют на арене, это твои проблемы.

— Договорились.

…

Сборы заняли четверть часа.

Я запихивал перья в перстень вязанками, и пространство внутри артефакта потихоньку заполнялось. Шкура Гребнехвоста, свёрнутая в тугой рулон, отправилась следом, а за ней когти, гребень и жилы. Всё, что Марен назвала ценным, ушло в хранилище.

Когда очередь дошла до горы рыбы, перстень забуксовал. Первые двадцать тушек вошли без проблем, потом ещё десяток, а на тридцать пятой пространство выплюнуло рыбину обратно.

— Упёрся, — я повертел перстень на пальце и мысленно прощупал границы хранилища. Примерно десять кубометров объёма и тонн десять по весу. Внушительно, но для туши бронированной курицы, горы рыбы и трёх вязанок перьев хватило впритык.

— Рид, Дина. Всё, что не влезло, ваше.

Повторять не пришлось. Рид скользнул к куче, выбрал самую крупную тушку и унёс в тень, где принялся методично хрустеть. Дина атаковала ближайшую рыбину с привычным энтузиазмом: челюсти клацнули, хвост мотнулся, и серебристая тушка исчезла в розовой пасти за три глотка.

Через десять минут от горы остались только чешуя и запах.

— У тебя лодка где? — спросил я Марен, стряхивая чешую с коленей.

Она кивнула в сторону камышей. Раздвинула стебли и с тихой гордостью указала на узкую лодку-долблёнку, покачивающуюся у привязи. Судёнышко было метра три длиной, аккуратно выдолбленное из цельного ствола, с подлатанными бортами и одним коротким веслом.

— Садись, — Марен кивнула на нос. — Вдвоём легко поместимся, и к утру будем на месте.

Я посмотрел на лодку. На Рида, который сидел на камнях и в боевой форме занимал места примерно как взрослый леопард, на Дину, которая семенила следом, постукивая панцирем по гальке, и снова на лодку.

— М-да, — я тяжело вздохнул. — Пожалуй, поплывем на моём.

Духовная энергия потекла из ладони, и «Экспедиционный плот» материализовался на воде рядом с долблёнкой. Шесть на четыре метра, два яруса, глиняная платформа под Котёл, тент наверху, ограждения по бортам. Понтоны мягко сели на воду, плот покачнулся и поднял волну, которая чуть не опрокинула лодку Марен.

Долблёнка рядом с плотом выглядела как зубочистка рядом с разделочной доской.

Марен стояла с приоткрытым ртом. Взгляд прыгал с плота на лодку и обратно, губы шевельнулись,