Статус: Всё ещё клинок системы - Андрей Мельник

Статус: Всё ещё клинок системы

Глава 1

Целые сутки я просидел на продавленном диване в зале у Тарна. И единственным развлечением для меня были два экрана, на которые я таращился попеременно. Ел, пил, дремал урывками, но всё равно возвращался к этим проклятым мониторам…

За двадцать четыре часа я выучил расположение кнопок на пульте до автоматизма: приблизить, отдалить, повернуть камеру, переключить ракурс. Наблюдать сразу за двумя экранами получалось не очень. Глаза бегали с одного на другой, и ни с одного картинка не приносила мне душевного спокойствия. Чувствую, у меня такими темпами скоро косоглазие разовьётся…

На правом экране разворачивалась карта магматического подземелья, залитая красно-оранжевым светом лавовых рек. Зачищенные зоны подсвечивались зелёным, и за последние полчаса их стало заметно больше. Аватар Миры работал методично: золотистые вспышки магии расчищали коридор за коридором, уничтожая тварей, о существовании которых я предпочёл бы не знать…

Огромные полурасплавленные фигуры взрывались от каждого удара, оставляя после себя только искры и пепел. На карте периодически проявлялись новые отнорки и тоннели, о которых раньше никто не подозревал. Обнаруженные проходы подсвечивались синим, а Алиса отмечалась на карте маленькой золотой меткой в виде лисички.

Лисонька, судя по всему, нашла себе уютный закуток подальше от огненного безумия и выступала в роли разведчика между битвами. Её метка перемещалась вдоль ещё не зачищенных зон, держась на безопасном расстоянии от сражений.

Ну, хотя бы за неё можно не переживать… Мира превращала каждого магматического монстра в труп и делала это с пугающей лёгкостью. Понятно, почему Алиса её так боялась, а сама Мира говорила, что гарантирует её безопасность. Боюсь, даже я не смогу ей ничего противопоставить в прямом столкновении.

А вот левый экран заставлял мои пальцы нервно барабанить по подлокотнику…

На чёрный замок открывался вид сверху, панорамный обзор: массивные стены с четырьмя башнями, внутренний двор, мощёные дорожки между постройками. Я покрутил колёсико на пульте, приближая изображение, и камера послушно нырнула ниже, показывая крепостные стены крупным планом. Можно было разглядеть отдельные камни кладки, трещины в них и даже мох между плитами.

Отдалил обратно, изменил ракурс. Теперь смотрел на восточную башню. Внутрь камера не заходила, лишь облетала замок снаружи, давая общий обзор и показывая маленькую надпись в углу экрана: «Участник: статус — активен». Зелёная точка мерцала, указывая, где находится Маша, и подтверждая, что моя дорогая невестушка жива. И это единственное, что не давало мне встать с дивана и начать ходить кругами.

Число красных точек чересчур большое…

Всё на экране, кроме этого мерно пульсирующего зелёного огонька, выглядело тревожно. Здоровенные твари в костяных панцирях, похожих на черепашьи, и с вытянутыми мордами, как у помеси гиены с ящерицей, охраняли замок. Они носились по крепостным стенам и переходам, перекрикиваясь друг с другом. Бегали парами, заглядывали в каждую комнату, переворачивали мебель и срывали гобелены со стен.

Трупы их сородичей валялись в коридорах и на лестничных пролётах. Я насчитал семь тел за последние двадцать минут. Маша убивала чисто и быстро, потому её никак не могли обнаружить. И это, похоже, очень бесило стражу замка.

Амулет, который ей дал Тарн, пока не активировался. Значит, критических ситуаций не возникало и Маша контролирует происходящее. Но я всё равно нервничал. Одно дело знать, что у неё есть страховка, и совсем другое — наблюдать, как сотни разъярённых тварей прочёсывают замок в поисках призрака, которого не могут поймать.

Я отклонился на спинку дивана и потёр переносицу. Маша справляется. Она не подаёт признаков паники, работает методично: убивает и уходит. Как бы я хотел ей помочь… Но тогда, боюсь, она никогда не превзойдёт тот предел, что установлен для неё Системой. Лишь бросая вызовы, мы можем идти вперёд и становиться всё сильнее и сильнее.

Я покосился в сторону столовой. Имирэн сидел за дальним краем стола над листом бумаги и писал. Перо двигалось медленно, а эльф то и дело останавливался, закрывал глаза и беззвучно шевелил губами, подбирая слова. Вчера Тарн велел ему использовать оставшиеся сутки с умом: выспаться, помолиться, поесть и написать письма. Спал он хорошо, помолился у купели, поел всё, до чего дотянулся, а письма, судя по стопке уже готовых, собирался отправить половине Натимбора.

Я вернулся к экранам. На левом камера сместилась, показывая внутренний двор замка. Панцирные стражники перекрыли все выходы, выставили караулы у дверей и окон. Решение разумное, хоть и бесполезное против Маши. И в целом ей так стало легче двигаться к своей цели: количество охраны вокруг сокровищницы уменьшилось, офицеры разбрелись по всему замку, перекрыли все входы и выходы.

Я переключился на правый экран и приблизил карту подземелья. Метка Алисы переместилась к северному краю карты, где нашлись три новых прохода. Один подсветился красным — завален. Второй мигал жёлтым — что-то его охраняет.

Лисонька разведывает, а её божественная коллега в теле аватара всё зачищает. Нормальное распределение ролей, если не считать того, что моя покровительница сейчас на другом краю мира и я не могу с ней даже поговорить. Непривычное ощущение… Как ходить без одной руки.

Я усмехнулся и переключил внимание обратно на Машин экран. Красотка в этот самый момент бесшумно устранила ещё двоих и замерла у двери. Приблизил как мог и через стены замка увидел, как к её позициям двигается ещё тройка черепах. Наверное, шум услышали и побежали проверять… Но досмотреть развязку короткой стычки я не сумел: за моей спиной послышались тяжёлые шаги. А значит, Тарн проснулся.

Друид прошёл мимо, зевая, с бутербродом в руке. Замер у входа в столовую, потёр глаза и посмотрел на Имирэна.

— Ну всё, купель готова. Пришло время решать, — произнёс он негромко. — Ты как, готов? Не передумал?

Имирэн поднял голову от письма. На мгновение я увидел его лицо. Ни страха, ни сомнения. Лишь абсолютная решимость, которая бывает у воинов, сделавших свой выбор давно и окончательно. Эльф аккуратно сложил перо, закрыл чернильницу и поднялся из-за стола.

— Готов, — только и сказал он.

Тарн кивнул и двинулся в сторону купели. Я встал с дивана и пошёл следом, не в силах усидеть на месте. Имирэн шёл впереди не оглядываясь. Его письма остались на столе аккуратной стопкой, придавленные чернильницей.

Купель мерцала алым, нагоняя тревогу. Имирэн подошёл к краю и посмотрел в неё. Алая поверхность слегка подрагивала, отражая его лицо искажённым красноватым